Анна заставила себя взглянуть правде в лицо. Гарольд вернулся в ее жизнь, и ей отчаянно хотелось, чтобы он в ней остался. Но для того, чтобы он узнал об этом, необходима была встреча наедине. Анна сгорала от желания увидеть Гарольда, однако от него не было никаких известий.
Дни пролетали незаметно. Анна часто задерживалась в школе после занятий, так что домой она попадала только к вечеру, иногда совсем поздно. Работа постепенно стала забирать все ее время без остатка, незначительное же количество свободного времени Анна проводила одинаково: ждала звонка Гарольда.
В конце концов Анна смирилась с мыслью, что Гарольд не позвонит. Самой звонить ему ей тоже не хотелось. Опасность услышать, как он холодным и враждебным тоном попросит оставить его в покое, была слишком велика. Анна решила спрятать в карман свою гордость и в выходной поехать к Гарольду домой и поговорить с ним. Как бы он ни был занят, в воскресенье он наверняка не работает.
В субботу вечером Анна уже сожалела о принятом решении. Весь день она только и думала о грядущей встрече. Анна позвонила в Бертон, поговорила с матерью, рассказала о школьных делах, о здоровье, но ни словом не обмолвилась о намеченной вылазке. Стоит ли тревожить близких людей, когда неизвестно, что из ее поездки выйдет.
Анна пораньше отправилась в кровать, прихватив купленную днем книгу, но читать не смогла. Она продолжала раздумывать о своем решении. Взвешивая «за» и «против», Анна пришла к выводу, что просто сойдет с ума, если не поговорит с Гарольдом с глазу на глаз. Ее, правда, беспокоило, что его может не оказаться дома. Гарольд легок на подъем и вполне может на уик-энд укатить к кому-нибудь в гости.
Воскресенье после недели проливных дождей выдалось на удивление теплым и солнечным. Настроение у Анны было под стать погоде — бодрое. Волосы наконец отросли и прикрывали шрам на шее, ниспадающая челка до бровей делала лицо Анны слегка кокетливым. Синяки исчезли, на щеках появился румянец. Словом, Анна была уверена, что выглядит хорошо, и надеялась, что Гарольд будет того же мнения.
Правда, существовала опасность, что он, увидев ее, не говоря ни слова, захлопнет дверь перед ее носом.
Анна прогнала тревожные мысли и сосредоточилась на управлении машиной. Ехала она на небольшой скорости не только потому, что после аварии стала предельно осторожной, но и потому что явно тянула время.
И вот путешествие Анны подошло к концу. Все вышло, как в плохом кино. Машины Гарольда перед домом не оказалось. Не было Гарольда и в доме. Напрасно Анна трезвонила в дверь, ей никто не ответил. Обойдя дом, Анна заглянула через окно в кабинет, потом в столовую и в кухню. Никого. До окна спальни, прикинула Анна, без лестницы не добраться. Но, если Гарольд там, и не один, он все равно не откроет.
Обескураженная неудачей, Анна вернулась в машину. Вполне возможно, что Гарольд уехал ненадолго, в магазин, например. В таком случае, стоит его подождать. Во второй раз она ни за что не решится сюда приехать.
Настроившись на ожидание, Анна, как это свойственно многим женщинам, довольно быстро передумала. С чего она взяла, что Гарольд уехал в магазин? Сейчас уже время ланча, он должен быть дома. Нет, он наверняка уехал на весь день, а может быть, еще вчера. Значит, ей следует отправляться домой.
Анна включила двигатель и покатила к воротам — и тут же, задохнувшись от ужаса, ударила по тормозам, чтобы не врезаться в неведомо откуда взявшуюся встречную машину. Автомобиль Анны с хрустом врезался в каменную опору ворот. Анна, перепуганная, но невредимая, выключила мотор и отстегнула ремень безопасности.
Из другой машины выскочил Гарольд, бросился к машине Анны и резко рванул дверцу.
— Анна! Ты цела? — Его лицо было белее мрамора.
— Цела. Только растерялась, — пролепетала Анна. — Твоя машина появилась так неожиданно, что я не успела остановиться. — Она нервно улыбнулась. — Надеюсь, страховая компания пожалеет меня. Я не так давно уже изуродовала одну машину.
— Замолчи! — рявкнул Гарольд. — Неужели ты думаешь, я забыл? — Он выволок Анну из машины и придирчиво осмотрел с ног до головы. — Похоже, все в порядке.
От холодного тона Гарольда Анна даже поёжилась.
— Да. Спасибо. — Она хотела улыбнуться, но под суровым взглядом Гарольда не стала даже пытаться.
— Садись за руль и подай назад, — скомандовал Гарольд.
Анна нырнула в машину, включила зажигание, но не успела проехать и ярда, как услышала ужасный скрежет и резко затормозила. Она испуганно высунулась из окна.
— Что там такое?
— Бампер волочится по земле. Попробуй немного отъехать, я уберу разбитое стекло.
Сердито стиснув зубы, Анна довела машину до дома, затормозила и осталась в ней сидеть. Гарольд принес метлу, смел в кучку осколки стекла, сел в свою машину и тоже поставил ее возле дома. Они дружно вылезли и встали рядышком, разглядывая достаточно серьезные повреждения — вмятину на капоте, разбитую фару, отодранный бампер.
— На такой машине ехать никуда нельзя, — уверенно заявил Гарольд.
— Разве нельзя прикрепить бампер? — робко спросила Анна.
— Нет, — отрезал Гарольд. — Фару тоже заменить нечем. — Он подтолкнул Анну к двери дома. — Заходи. Тебе надо успокоиться.
— Легко сказать! — огрызнулась она. — Я ту аварию до смерти не забуду.
— А мне, если бы я забыл, ты не преминешь напомнить.
— Сейчас точно не я виновата. Ты должен был установить на въезде зеркало, — набросилась на него Анна, злясь прежде всего на себя за то, что ей пришла в голову дурацкая идея притащиться сюда. — Я не ожидала, что ты появишься.
— Кстати, я здесь живу, — с сарказмом сообщил Гарольд, отпирая дверь.
Анна гордо вскинула голову.
— Где-нибудь поблизости можно починить машину?
— В воскресенье? — Гарольд фыркнул. — Сомнительно. Проходи в кухню, присаживайся, а я сварю кофе.
Анна с радостью села и накинула на себя куртку. В кухне было тепло, но Анну сотрясала нервная дрожь. Чуть согревшись и успокоившись, она принялась осматриваться. Свежевыкрашенные стены были теплого терракотового цвета, как она и предлагала. Анна хотела сделать Гарольду комплимент, но остановила себя. Пусть он сам заводит разговор, если хочет.
Когда они сели за стол, запах свежесваренного кофе настолько живо пробудил у Анны воспоминание об их близости в этом доме, что она поперхнулась.
— Горячо? — заботливо спросил Гарольд. — Добавь молока.
Анна молча помотала головой, проклиная себя за то, что приехала. Не было никакого смысла говорить о ее согласии на брак с Гарольдом. Ясное дело, он давно забыл о своем предложении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
