Читаем без скачивания Уникумы Вселенной–2 - Юрий Иванович

Юниус к этому эпатажу отнесся с полным равнодушием и на этот раз со всей решительностью довел-таки свое тело во внутренности храма. Ловкая, поворотливая Лариса вместе с Николаем уже успела соорудить постель из надувных матрасов для божественной парочки в одной из палаток, и Абелия растянулась на них с томным блаженством. Глаза ее сразу закрылись, а губы зашептали:

– Спать, только спать…

Юниус, со старческим кряхтением рухнувший рядом, умудрился напоследок пошутить деревенеющими губами:

– Может, мы все-таки вначале отправимся на бал? Как Пеотия?

Его единственная за шесть тысяч лет супруга вполне отчетливо открыла левый глаз и пригрозила:

– Я тебе это припомню! Но не сейчас… потом…

Выскользнувшая из палатки последней Лариса постаралась запахнуть плотно закрывающиеся створки брезента. Затем обернулась ко всем присутствующим в храме и приложила палец к губам:

– Если кто-то посмеет наших гостей разбудить шумом, я собственноручно зажарю провинившегося им на завтрак!

Все дружно кивнули. Только Александр Константинович в это время уже стоял за спиной Пузина и с нетерпением выпытывал самые последние новости:

– Ну не томи! Рассказывай!

Глава 14

ШЕСТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ НАЗАД

Еще во время сосредоточения в госпитале основной массы инфекционных больных среди них образовалась маленькая группка из бывших граждан уничтоженного Хрустального города. А началось все с того, что на пятнадцатый день один из самых подвижных выздоравливающих пациентов обратился к сестре милосердия со странным вопросом:

– Извините, а много людей в этом госпитале вообще?

– Тысячи! – ответила измученная бессонницей и тяжким трудом женщина.

– И все только из Харди?

– Да откуда мне знать? У нас сейчас одна задача: спасти как можно больше людей.

– А у кого я могу узнать, допустим, про своих друзей или земляков?

– Да ни у кого. Разве что сам пройдешься по всем палаткам и выспросишь у пациентов. А нам некогда такими делами заниматься.

Она поспешила по своим делам, а больной, который в недалеком прошлом числился вторым пилотом одного из транспортных самолетов, подхватил свои костыли и отправился в дальний путь, бормоча:

– Все равно мне в сорок лет двигаться не просто полезно, а необходимо…

Уже в первый день он узнал, кто такой капитан и откуда тот родом. К третьему дню сумел отыскать еще пять человек из Океании и создал в госпитале, так сказать, землячество. А на четвертый ему удалось прорваться к самому храму, встретиться с необычайно занятым Донтером и доложить о своей готовности по мере улучшения самочувствия выполнять любое поставленное перед ним задание.

Военный лидер обрадовался явившемуся перед ним пилоту несказанно. А вечером того же дня навестил и остальных своих земляков, которых по такому случаю всех передислоцировали в одно место: палатку с двумя равнозначными изолированными отделениями. Потому что из шести подданных Океании три человека оказались женщинами. Причем одна из них, по имени Розалия, была супругой погибшего при катастрофе консула. Точнее, уже вдовой. По счастливой случайности она в самый критический момент прохождения первого цунами вместе со своими подругами оказалась в одном из подвалов. И все они выжили. Разве что эпидемия свалила их с ног раньше других.

Еще один мужчина тридцати шести лет, с умным проницательным взглядом, оказался водителем консульства. Вдобавок он имел отличный послужной список и как человек, служивший больше шести лет в чине капрала. Отчего впоследствии к нему так и прилипло прозвище «капрал» как основное имя. А вот третий соотечественник из Океании был стар, немощен и чуть ли не при смерти. Его лысая, мечущаяся в горячке голова блестела от пота, и осмотревший больного Бензик с прискорбием констатировал:

– Слишком слаб, в таком преклонном возрасте может и не выжить.

По утверждениям Розалии, она знала этого человека:

– Это господин Юран, из рода Гердако. Кажется, ему семьдесят три года. Он из числа почетных гостей, прибывших самолетами на бракосочетание. Муж говорил, что старик – академик, один из самых знаменитых астрономов мира.

Новость капитана немного разочаровала. Ведь он всеми силами пытался разыскать в первую очередь геологов, механиков и простых кузнецов, которые могли помочь в наращивании военной мощи возрождающегося города. В крайнем случае, архитекторов или специалистов по кустарным промыслам. Конечно, от пилота и водителя автомобиля тоже никакой практической помощи ждать не приходилось. Но они хоть были молоды и полны сил. К тому же – люди, прошедшие хорошую армейскую подготовку. Им Донтер намеревался в будущем доверить самые важные и ответственные посты в администрации, потому что своим землякам доверял во всем безоговорочно. Все-таки воспитание десятков поколений, основанное на честности, гуманизме и личной ответственности, давало о себе знать. Само собой, что со временем он и для старика найдет посильное занятие, слишком уж ощущалась на то время недостача просто сообразительных людей, умеющих вести сложные расчеты, но сначала больному предстояло выжить.

Поэтому в тот день капитан перед уходом просто попросил Бензика:

– Постарайся, чтобы и этот умнейший человек выжил. Астроном ведь тоже может порадовать нас своими знаниями и помочь в возрождении города.

Как он ошибался! Впоследствии, узнав страшную новость, Бензик воскликнул сгоряча прямо в лицо растерянному астроному:

– Лучше бы ты молчал и не «радовал» нас своим всезнайством! Теперь вся оставшаяся жизнь пойдет насмарку!

Но в тот вечер предвидеть такое он не мог. Просто так и умчался по своим важным делам, оставляя образовавшееся землячество выздоравливать и набираться сил. Затем в мрачном калейдоскопе невероятного напряжения пронеслось еще три недели. Осталась позади первая большая битва. Еще через неделю – новое сражение с небольшой армией грабителей и разбойников. И только на шестидесятый день Новой эры выживший и совершенно оправившийся от тяжелой болезни астроном попросил поздним вечером двух лидеров о встрече, передав через Массума, что это дело невероятной важности и касается будущего всего человечества.

На совещание в одном из внутренних помещений храма собрались помимо врача и капитана самые доверенные лица. Недавний заместитель по военной части, Даниэль, теперь носил высокое звание главнокомандующего армией Харди. В его прямое подчинение попадали все воинские формирования города, а также интендантское и воинское снабжение. Должность в создавшейся ситуации не столько хлопотная, сколько невероятно ответственная и требующая порой крайней жесткости при общении не только с явными врагами, но и с собственными подчиненными. По всеобщему мнению, Даниэль Баругви с ролью главнокомандующего справлялся великолепно.

Обязанности личного адъютанта Бензика многим горожанам казались мелкими и незначительными. Тем более что выполняющий эти обязанности Массум в последнее время вообще редко находился при своем патроне, пропадая где-то в глубинах катакомб и появляясь на поверхности лишь для приема пищи, общения с лидерами и короткого отдыха. Некоторые подозревали, что мальчонка просто прячется от бытовых неурядиц, то ли отсыпаясь в укромных местах, то ли усердствуя в познании новой, пока еще мало кому понятной религии. На самом же деле Массум больше других посвященных проводил время в путешествии разума, исследуя, познавая и подслушивая все жизненно важное для новой властной структуры города. Мало того, воспользовавшись редкой возможностью лично сопровождать юного разведчика на большие глубины, все трое лидеров как-то собрались внизу и за несколько часов соорудили довольно простую в устройстве платформу. С помощью нескольких рычажных противовесов система через нужное время приподнимала платформу над уровнем воды и освобождала самозатягивающиеся петли для рук и ног – и юный разведчик оживал самостоятельно. Потом он выбирался из-под переплетения ремней, не дающих всплывать раньше времени, и спешил на поверхность. Ограничителем времени утопления служила обыкновенная свеча, которую устанавливали возле спусковой веревки на должной высоте. Лишь только пламя опускалось до определенного уровня, веревка перегорала и отпускала нагруженные камнями противовесы. Даже если бы что-то и застопорилось, как один раз и случилось, спустя определенный срок вниз спешил кто-нибудь из троих посвященных и устранял неисправность, вытаскивая слишком задержавшегося в путешествии разведчика. В итоге Массум знал обо всех угрозах и неприятностях едва ли не раньше того момента, когда они возникали.

Присутствовала на собрании и Розалия. Вдова погибшего при катастрофе консула Океании в последнее время все активнее принимала участие в возрождении хозяйственной жизни города, а заодно и в заботах о здоровье и повседневном быте капитана Донтера. Перебираться жить к нему в комнату на постоянной основе она не спешила, но, судя по всему, дело к тому шло. Да и сам лидер в последнее время с трудом представлял, как мог раньше обходиться без помощи этой активной женщины. Розалии исполнился недавно сорок один год, но выглядела она гораздо моложе. И хотя не блистала особой красотой, но ее активность и живая, общительная натура с лихвой компенсировали недостатки внешности, давая в сумме ту высоту над планкой уровня женского очарования, начиная с которой мужчины влюбляются со всей страстью и безрассудством.