Читаем без скачивания Анна - Нина Еперина

– А что это – кодоны?

– Кодоны – это единицы генетической информации, которые зашифрованы в молекуле ДНК. У наших же детей задействованы почти все кодоны! А еще у наших детей замечены изменения в форме черепа и их печень способна переваривать любую пищу, а диапазон электромагнитных колебаний в пять раз больше чем у нормального человека, если у индиго только в три раза. Например, выяснилось, что мозг детей индиго развивается медленнее и неравномерно, поэтому они с трудом усваивают ту информацию, которая преподаётся в начальных классах, только потом «раскачиваются» и раскрываются полностью.

– Индиго? Развиваются с задержкой? – удивилась Анна.

– Да, представь себе! А наши же дети развиваются гармонично и последовательно, как все нормальные дети, но потом вырастают в гениев! И еще, у большинства обычных людей – линейное мышление. У индиго – многомерное, а у наших детей – объемное! Представь себе! Они легко осваивают современные технические устройства и программы. К окончанию обучения у наших детей на всю мощь работают оба полушария головного мозга с коэффициентом IQ от двухсот до четырехсот пятидесяти и выше, что говорит об их гениальности! Сегодня самое большое IQ, зафиксированное на Планете составляет двести двадцать восемь. Если дети индиго уверены, что пришли в этот мир с особой миссией – спасти нашу Землю, что они есть новое поколение, заселенное для этого, но еще не знают, как это сделать, то наши дети получают свои знания с полным осознанием, как этим воспользоваться! Как создать новую расу людей и вообще, как помочь планете Земля жить и выжить!

– А раньше были вундеркинды. Куда они пропали?

– Они не пропали. У них оказалась короткая исполнительная функция. Они имели данные, но не умели ими пользоваться и бороться за свою жизнь, поэтому их и не стало, а сегодня развитие ребёнка происходит очень интенсивно, он получает множество новой информации не только из книг и телевидения, но и из интернета, поэтому должен обладать очень быстрой реакцией. И не забывай, что основная информация идет к ним из Космоса!

– Я вообще-то что-то читала о детях индиго, но в реальной жизни никогда с ними не встречалась. Я выросла в большой, но нормальной семье, в которой жили нормальные, обычные дети. Кто-то из них был умнее, кто-то талантливее, но все одинаково занимались музыкой, спортом, хорошо рисовали. Но главное, мои родители много времени уделяли нам, детям. Воспитывали нормальными детьми, уделяли нам столько своего внимания, сколько мы хотели, а главное они нас очень уважали и ЛЮБИЛИ!

– Ты права. Мы все любили своих родителей, а они любили нас.

– Я боюсь, что мы с тобой напоминаем безалаберных родителей, которым наплевать на своих детей, мы не участвуем в их воспитании и развитии. Наши бедные дети растут сами по себе, их воспитывают чужие дяди и тети, и они могут стать, как все остальные дети индиго, озлобленными, агрессивными и неуправляемыми. – у Анны даже испортилось настроение.

– Ты права. Наши дети могут не принять общепринятые правила, они могут не знать даже самых элементарных норм поведения и конечно, у них могут возникнуть проблемы в жизни, потому что они живут несколько обособленно. Мы должны уделять им больше внимания и своей любви. Согласна со мной?

– Да! Просто любого ребёнка, индиго он или нет – необходимо прежде всего, уважать, любить и правильно воспитывать. – стала рассуждать Анна очень серьезно. – Как меня воспитывали в семье. Ведь он такой же человек, только маленький! У него уже есть свой характер, свои мысли и переживания, своё мнение, к которому нам нужно прислушиваться. А задача взрослых понять ребёнка и правильно воспитать, помочь раскрыться его таланту, а не навязывать свой авторитет, свои мысли и мнения, особенно через чужих людей, всяких там учителей и воспитателей. Мы должны намного серьезнее отнестись к нашим детям.

– Ты действительно очень серьезно к этому отнеслась! Это меня очень радует! Меня радует, что ты такая сердечная и переживающая за воспитание детей. Может, мы возьмем нескольких детей к себе домой на пару дней? Пообщаемся?

– Посмотрим. – Анна довольно кивнула головой. – Далеко еще ехать?

– Да нет. Мы уже подъезжаем.

Глава двадцать восьмая

Дети

Вилла была большая и очень комфортабельная. Окруженная большим садом, с клумбами, расцвеченными необыкновенной подборки цветами, отчего они, как игрушечки гордо рисовались на зеленых, ровно постриженных лужайках. По саду в хаотическом порядке были расставлены шезлонги; качалки; столы с деревянными стульями под большими и солидными, однотонными зонтами. Большие, деревянные, резные скамейки расположились под патио, затянутыми плетеными и ярко цветущими розами, а тумбы стояли под разноцветными зонтиками. Все говорило о большом присутствии людей, а кое – где лежащие игрушки, указывали на присутствие и детей, что тоже делало сад веселеньким, каким-то радостным и летним.

Во дворе не было никого. Оказалось – ужин.

Питэр и Анна прошли в столовую, сопровождаемые тут же прибежавшей изнутри дома охраной, и остановились на входе.

Анна ожидала увидеть длинные столы, накрытые, как в колледжах или лицеях, скромно и серо. Оказалось же, что столы стоят разбросанными по большой столовой в беспорядке, потому, что вся комната утопала в цветах, стоящих в больших, круглых кадках и четырехугольных, вытянутых в длину вазах на ножках, между которыми и находились столики на четыре человека. На столах были ослепительно белые скатерти, с полной сервировкой, между которыми сновали настоящие официанты в бабочках, как в ресторане. За столами чинно сидели дети разного возраста, и умело пользовались ножами и вилками.

Одеты дети были в разные по цвету и фасону костюмчики и платьица у девочек. На мальчиках были белые рубашечки с бабочками, а на девочках пышные и красивые юбочки, а головы украшали банты под цвет платьям и фасонам. Они выглядели, как нормальные, домашние дети.

Анна стояла совершенно потрясенная. То, что она видела, не сходилось с тем разговором, который они только что вели в машине о несчастных, всеми брошенных детях. Анна с улыбкой посмотрела на Питэра. Он явно веселился от созданного впечатления, которое все это произвело на Анну. Он себе веселился! Видали!

Анна сделала злобное лицо и исподтишка погрозила Питэру кулачком, отчего он от души громко и открыто рассмеялся.

Анна настроилась на жертвенное отношение к несчастным, никому не нужным детям и теперь растерялась. В ее жизнь должны были войти эти дети, она так решила. И что теперь с этим делать, Анна не понимала. Дети не нуждались в ее заботе и участии, но Анна уже взвалила на себя моральную ответственность за них и высматривала теперь, куда бы приложить свою неожиданно проснувшуюся любовь и заботу.

Анна должна была поговорить с Питэром и четко определиться по этой странной, двойственной ситуации. С одной стороны, дети есть, а с другой стороны Анна им совершенно не нужна, даже с моральной точки зрения! Значит, единственное приложение ее сил состояло только в контроле за самим ДЕЛОМ, как таковым. То есть, она должны будет, как самая обыкновенная чиновница, торчать носом в бумагах, и прослеживать движение финансовых средств через счета созданных Питэром фирм и фонда.

Ужас-то какой! Меньше всего Анна разбиралась в финансах. Она всегда старалась эту работу взвалить на Криса, потому, что это была скука смертная и именно сейчас, когда в ее жизни наступил настоящий рай, судьба подсовывала ей вот такую очередную бяку.

Они дружно пообедали вместе с ребятами в столовой, познакомились с некоторыми и даже погуляли по саду. К Питэру они относились с обожанием и необыкновенным уважением. Они все старались прикоснуться к Отцу или поцеловать его. А вообще это были ребята, как ребята. Умели играть, были подвижны, очень хорошо реагировали на шутки, «поведенческие реакции», как назвал это Питэр, были отличные, и всё! Общение получилось, но на самом деле, натянутое, не сердечное.

Анна понимала этих детей. Они не знали о ее существовании до этой первой минуты их общения! А как ещё могли дети относиться к чужой тете, которая стала теперь молодой женой их обожаемого ОТЦА! Она же украла его у них! Конечно, они ее не приняли! Она подспудно почувствовала их внутреннее отторжение и поняла – они ее ревнуют! Элементарно ревнуют к Питэру и вот сейчас, сегодня, не готовы раскрыть ей свои сердца и души.

Всю обратную дорогу она молчала. Думала. Никаких детей домой они не пригласили, потому что это и не надо было, но зато дома Анна потребовала дать ей список всех детей для ознакомления.

Питэр улыбнулся в ответ на такую просьбу, но привел в кабинет и открыл большой стоячий шкаф с выдвижными ящиками. Из этого сейфа на ножках достал несколько папок и положит перед Анной.

В папках оказались небольшие досье на каждого из воспитанников, состоящее из нескольких листочков в отдельных пластиковых файлах с фотографиями, номерами и подробным описанием отличительных черт характера каждого из питомцев. Фотографий было много, начиная от совсем детского возраста, и по день сегодняшний.