открытием.
Все выглядит иначе, чем на космическом корабле, который привез меня сюда. Конечно, я мало что видела за пределами так называемого грузового отсека, но здесь точно все по-другому. На панели, которую я обнаружила, где-то сотня кнопок и изредка мигающий огонек. У электронных устройств ведь есть режим ожидания, и мне интересно: если он до сих пор мигает, означает ли это, что все работает?
Означает ли это, что мы можем вернуться домой?
Украдкой бросаю взгляд на Вектала. Его грубое, но красивое лицо нахмурено, как будто он не совсем уверен, что со всем этим делать. Он был таким милым со мной. А секс? Ладно, секс был просто потрясающим. Но эта планета отстой. Здесь холодно и мерзко, и я не знаю, хочу ли я оставаться здесь, когда есть возможность вернуться домой.
Если такая возможность есть, напоминаю я себе. Если.
Возвращаю потрескивающий факел в костер и снова осматриваю панель. Я вижу множество кнопок и один мигающий огонек, но никаких экранов. Ошибаюсь ли я, надеясь, что это работает? Подхожу ближе и изучаю панель. Мигающий огонек – это кнопка со странным изогнутым символом на ней. Собираюсь нажать на нее, затем останавливаюсь.
Не глупо ли нажимать странную кнопку на еще более странном космическом корабле?
Да, очень глупо. Но какие у меня варианты? Размышляю о том, что может случиться. Кнопка может подать сигнал бедствия, может включить систему безопасности. А может оказаться просто кнопкой. Хочу ли я рискнуть?
Снова смотрю на Вектала.
На самом деле я… не хочу рисковать. Можно развернуться и уйти отсюда вместе с ним. Знаю, с ним я в безопасности. Возможно, я даже смогу быть здесь счастлива. Но у девушек другая ситуация, у них нет большого, чудесного пришельца, который обращается с ними как с драгоценностью и удовлетворяет все их потребности.
Поэтому я делаю глубокий вдох и нажимаю на мигающую кнопку.
Она щелкает.
Ничего не происходит.
Что ж, это… разочаровывает.
Затем я слышу жужжание, как будто что-то запускается. Ровный голос – не то мужской, не то женский – говорит что-то на странном языке, не похожем на мой. Загораются и начинают мигать огни на панели. Раздается шум, а затем шипение, как будто только что включили систему вентиляции.
Вектал хватает меня и прячет за собой, вытаскивая один из своих клинков, чтобы защитить. Я достаточно труслива, чтобы спрятаться за его спиной. Но я похлопываю его по руке.
– Все в порядке. Думаю, система просто… загружается.
Подхожу обратно к панели. Как только я приближаюсь, снова раздается голос. На этот раз интонация, кажется, вопросительная. Меня о чем-то спрашивают?
– Я тебя не понимаю, – говорю я вслух.
Раздается еще один стрекочущий, щебечущий звук, и в воздухе появляется трехмерное изображение Земли.
– Запрос, – произносит голос. – Язык: Земной английский. Верно?
Я выдыхаю.
– Да! Да, верно! Ты знаешь английский?
– Искусственный интеллект этого корабля знает более чем двадцать тысяч языков. Вы хотите изменить выбор языка? Если так, скажите…
– Нет, – быстро отвечаю я. – Оставь английский! – Я указываю на изображение Земли, вращающейся в воздухе. – Это моя планета!
– Настройки приняты. Пожалуйста, подождите, пока система полностью загрузится, прежде чем делать запрос.
– Э… хорошо.
Смотрю на Вектала широко раскрытыми глазами. Он, кажется, удивлен не меньше меня. Он кладет руки мне на плечи и на всякий случай притягивает к себе, готовый к любому повороту событий. Это, на удивление, успокаивает.
Компьютер гудит еще мгновение, а затем я чувствую, как порыв теплого воздуха касается моего лица.
– Контроль среды обитания запущен. Идеальная температура среды обитания людей – 22 градуса по Цельсию или 72 по Фаренгейту. Идеальная температура среды обитания видоизмененных сакхов – 3 градуса по Цельсию или 37 по Фаренгейту. Какую температуру я должен запрограммировать?
– Видоизмененный сакх? – спрашиваю я.
– Мужчина рядом с вами – это вид сакха, приспособленный для обитания на этой планете.
Ох.
– Разве он не с этой планеты? Вектал тоже здесь чужой?
– Сакхи родом с планеты, которую они называют Кес, или «дом» на их языке. Это примерно в 10,5 миллионах световых лет от планеты Земля. Планета, на которой мы сейчас находимся, в 19 миллионах световых лет от Земли.
Как… далеко. Я чувствую слабость. У меня так много вопросов. Я не знаю, о чем спросить в первую очередь.
– Э… что это за место?
– У этой планеты много названий в зависимости от языка. Ваш вид еще не открыл эту солнечную систему. Наше текущее местоположение – вторая планета в двойной солнечной системе. Она совершает оборот вокруг солнц каждые 372,5 дня и вращается вокруг своей оси каждые 27,2 часа. Текущая температура…
– Холодно. Ага, я в курсе. – Я отмахиваюсь, потому что ничего из того, что я сейчас узнала, мне не поможет.
– Так, если он не отсюда, – говорю я, указывая на Вектала. – Как он сюда попал?
– Это судно изначально было прогулочным крейсером сакхов, – продолжает корабль мелодичным голосом. – Из-за солнечной бури экипаж был вынужден укрыться на ближайшей обитаемой планете, на которой вы сейчас находитесь. У них возникли технические трудности.
– Технические трудности? – Это звучит абсурдно. – Серьезно?
– Этот корабль настроен под конкретного пилота. У пилота случился сердечный приступ, второй пилот отсутствовал. Был подан сигнал бедствия, но он не сработал. Дальнейших сигналов не поступало.
Значит, люди Вектала тоже застряли здесь?
– Когда это произошло? – спрашиваю я, чувствуя легкую слабость от этой новой информации.
– 287 лет назад. Пожалуйста, обратите внимание, что «год» – это относительная величина, рассчитанная системой после сопоставления орбиты этой планеты и планеты Земля.
А год здесь, наверное, длиннее. Боже. Смотрю на Вектала широко раскрытыми глазами. Он смотрит на меня с любопытством, его лицо выражает нетерпение. Я знаю,
