На соседней подушке вальяжно развалился Лёвка. Корзину для сна, установленную в ногах, он нагло игнорировал. На подушку весь уже не вмещается во весь рост. Сопит в две носопырки, а ещё мурчит. Не так громко, как кошка. Это мурчание у него исходит откуда-то изнутри, тихое-тихое, на грани слышимости. Но у меня под ухом достаточно слышимое. Потом оно усиливается. Это он просыпается. Потянулся и спрыгнул с кровати — зов естественных потребностей.
Милли уже встала, разбуженная Полькой, и прямо в пижаме понеслась на перегонки с леопольками вниз, к чёрному ходу. Вот бы они двери сами открывали. И мне вставать пора, чтобы озаботиться насыщением голодных ртов.
Солнце по имени Вейриис, по утрам к нам не заглядывает, не беспокоит, требуя немедленного пробуждения. Окна выходят на юг. Зато оно почти весь день таращится в наши окна, если облака не закроют. Сначала сбоку начинает подглядывать, потом, свысока, бесстыже, и снова, словно стесняясь, но любопытство разбирает, с другой стороны окна. Вот ведь ещё забота — нужны шторы.
После гигиенических процедур встречаемся с Милли на кухне. Она разогрела камни, положенные на широкие подоконники, в столовой на обеденном столе «включила» самовар. Я приставила вариться кашу и занялась горячими бутербродами с сыром. Настрогала на тёрке сыр на лепёшку, положила, на смазанную маслом, сковороду и накрыла второй сковородой. Обойдёмся без духовки. Это мой первый опыт.
Сверху притопали парни, обсуждая на ходу состояние тренировочной площадки. Соскучились по физической нагрузке. Каждый подхватил тарелку с кашей, возвышавшейся оранжевой горкой вулкана, в кратере коего блестело жёлтой лавой растаявшее масло. Я и Милли тоже взяли свои порции. Разместились за обеденным столом, где стоял самовар, пышущий жаром и тарелки с треугольными кусками лепёшек с расплавленным сыром. Пришёл Ярод, его усадили за стол. Милли метнулась на кухню и принесла тарелку с кашей и ложку с кружкой.
После завтрака мы уезжали из дома по разным делам, оставив Ярода заниматься своими, заодно принять горшки и клавир. Милли указала на комнату с камином на втором этаже. Из этой комнаты был выход на большой балкон над входом в дом.
Сначала поехали в секретариат, узнать, в какой стадии исполнения заявки на повара и горничную. С горничной пока ничего утешительного, а повар есть. Девушка по виду чуть старше Милли. Если Милли двадцать лет, а выглядит не старше шестнадцати, то эта выглядела на двадцать. Она мне не понравилась сразу. Было в ней что-то, что вызывало у меня внутри какой-то неприятный зуд, царапучее шеборшание.
Симпатичная, даже смазливенькая, стройная шатенка. Держала себя несколько вызывающе, показывая всем своим видом, что цену себе знает. Но, мы-то не знаем, нам ещё предстоит узнать. Окинула её строгим взглядом. Она ответила мне наглым. Точно! Вот, что мне не понравилось. Я считаю, что перед нанимателем нужно держаться скромнее. Тихонечко поделилась своими ощущениями с Милли.
Милли зашла в кабинет к представителю Гильдии для подписания договора. Я прошла за ней следом. За столом сидел мужчина лет сорока. Но это по земным меркам. Здесь же визуально возраст определить невозможно. Не верь глазам своим — называется. Поздоровалась.
— Сийр Любрен, это моя маммия сийра Лео, — представила меня Милли.
— Прости, сийр Любрен, что вмешиваюсь в деловой процесс, но у меня небольшая просьба.
Секретарь посмотрел на меня, слегка поморщившись, показывая этим, что я не вовремя.
— Моя просьба, сийр Любрен, касается договора о принятии на работу повара в наш дом.
— Договор стандартный. А в чём дело?
— Сийр Любрен, мне эта девушка не внушает доверия.
— Ты эмпат или менталист? — прощупывая меня взглядом, поинтересовался мужчина.
— Нет, не то и не другое. Просто я доверяю своей интуиции.
— Но у девушки имеются рекомендации с прежнего места работы.
— Для меня как нанимателя, это не имеет значения. Я предлагаю и даже настаиваю в договор включить пункт об испытательном сроке, на случай, если к наёмному работнику возникнут серьёзные вопросы. Мы же не можем проверить здесь и сейчас её профессионализм, коммуникабельность. Мало ли, что могут написать в рекомендациях, чтобы только избавиться от не оправдавшего ожидания наёмного работника. Может она неуживчивая скандалистка. Вдруг у неё проявятся эти отрицательные качества через неделю, а уволить мы её не сможем по нашей инициативе. Так?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Так-то оно так, — согласился со мной секретарь. — Ты права. Такие случаи бывают, когда работодатель вынужден расторгнуть договор, если наёмный работник не удовлетворяет всем требованиям. Выплачивает работнику неустойку, лишь бы расстаться с ним. Так говоришь, нужен пункт об испытательном сроке? Договор магический, стандартный, но я попробую добавить такой пункт. Если ничего не произойдёт, значит, такой пункт приемлем. Какой продолжительности указывать испытательный срок?
— Думаю, месяца хватит, чтобы показать свои недостатки, неприемлемые для работодателя.
Секретарь произвел изменения в договоре. Ничего не произошло. Бумага с договором не вспыхнула, не смялась, не почернела. Что там должно было случиться? Пригласили девушку. Она прочла договор и вопросительно посмотрела на секретаря.
— Вот этого пункта раньше не было, — ткнула пальчик в пункт об испытательном сроке.
— Раньше не было, теперь есть, — ответил спокойно секретарь. — Что-то не устраивает?
— Нет, — пожала плечом девушка, — всё устраивает.
Взяла у секретаря ручку, подписала договор в трёх экземплярах. Потом подписала документ Милли, поставив свою печать. Последним подписал секретарь, проставив две печати — свою личную и гильдейскую.
Подписав договор, Милли, не называя моего статуса, как члена семьи, порекомендовала поварихе по всем хозяйственным вопросам обращаться ко мне.
— Сийрина Вейлирия, сейчас ты с нами поедешь закупать кухонное оборудование и мебель, — распорядилась Милли.
— Разве я начну работать не завтра утром? — спросила девица, не проявив даже показного рвения приступить к работе.
— Сийрина Вейлирия, ты внимательно прочла договор? — спросила я.
Повариха, скривившись, посмотрела, недовольно, на меня, словно говоря: «А ты чего суёшься?», но на вопрос ответила:
— Да, я внимательно прочла договор, и что?
— В договоре написано, что ты приступаешь к работе в день подписания, — Милли вновь взяла инициативу на себя. — Мы могли бы предоставить тебе этот день для завершения личных дел, если это нужно. Но нам необходимо оборудовать кухню. А я и сийра Лео понятия не имеем, что покупать.
— У вас что, ничего нет? — разочарованно спросила повариха.
— Представляешь, мы только что вселились в совершенно пустой дом, — весело сообщила Милли. — А ты, как специалист, поможешь нам и на свой вкус обставишь кухню.
— Ну, ладно, — нехотя согласилась девица.
Но когда увидела наших телохранителей, заметно оживилась, преобразилась. На лице появилась улыбка, глазки заблестели.
— Знакомьтесь — наша повар сийрина Вейлирия, — представила парням Милли. — А это сийры Нортон и Петрикс, друзья моей семьи. Они у нас в гостях и помогают обустроиться. И Варьян, воспитанник сийры Лео.
Таким распределением ролей, Милли нарочито дистанционировалась от меня. Умница девочка! Догадливая. Парни понимающе переглянулись. Варьян посмотрел на меня недоумевающе. Я ему заговорщицки подмигнула. Расселись в коляске, Нортон уступил девушке место на сидении, а сам пересел к Варьяну.
Кухонное оборудование и мебель решили покупать, не мотаясь по лавкам, а спуститься на нижний ярус и проехать в квартал, где располагалась гильдия мебельщиков. В мастерской «Лучшая кухня» приобрели готовый полный гарнитур. Я не вмешивалась. Выбирали Милли с Вейлирией, обсуждая каждый предмет.
Вейлирию отправили домой вместе с приобретением и рабочими, специалистами по установке кухонного оборудования, а сами остались посмотреть мебель для комнаты отдыха и гостиной. Раз уж мы оказались в царстве мебели, то Милли решила воспользоваться этим.
