мы являемся, точно не будет. Столкновение же с Дороховыми… Это риск, но риск приемлемый.
— Маг Заклятий, особенно новоиспеченный и не обладающий даже одним-единственным Заклятием — толку нам с такого? — упрямо возразил младший из этой парочки. — Учитель, я помню Нежатину Ниву и силу настоящих Магов, так что ни в коем случае не отрицаю их необходимость… Но там речь шла об опытных, обладающих тремя-четырьмя Заклятиями чародеях, при полном наборе артефактов и высочайшего качества алхимии, а здесь речь о совсем недавно взявшей ранг чародейке, силы которой сейчас примерно соответствуют моим и Петра Алексеевича, если мы будем при полном комплекте артефактов? Да что уж там — при полном комплекте мы вдвоем, пожалуй, даже посильнее будем — у неё-то даже знаний, соответствующих восьмому рангу, нет и быть не может! У неё ж вся магия сейчас — это те же чары седьмого ранга, которых, к слову, тоже явно немного, лишь более мощные за счет ранга! Учитель, плюсы не перевешивают минусов — если что-то пойдет не так, нам придется вступить в войну Родов, в которой на помощь Дороховым явно придут многочисленные Великие Рода из числа лоялистов. А кто придет на помощь к нам?
— Что за наглость! — подняла бровь моя невеста. — Если бы кто-то из вассалов моего отца позволил себе подобное… Да что уж там — я представить себе не могу ситуацию, в которой мой отец вынужден был бы оправдываться перед своими подчиненными! Молодой человек, своим поведением вы позорите своего учителя и, что более важно, своего Главу! И заслуживаете самого сурового наказания!
Отповедь Хельги парня не смутила, и он явно порывался что-то ей ответить, но короткий и резкий телепатический импульс от старшего тезки заставил его захлопнуть уже открывшийся рот. Вместо этого пацан отвесил поклон — сперва совсем небольшой, крохотный даже, но затем, после повторного импульса от старшего товарища, он согнул спину значительно ниже. Молодец Смолов, не забывает учить тонкостям своего младшего…
Пете не по чину ставить на место супругу, пусть и будущую, своего Главы. Не в последнюю очередь потому, что она запросто может после этого собрания попросить парня прогуляться с ней до нашей дуэльной площадки для высших чародеев. Где она, под контролем Алёны, которая проследит, чтобы ни один из противников не получил слишком серьёзных травм, вытряхнет всю пыль из паренька. Так-то моя невеста, пожалуй, даже сильнее Смолова. Да что там — точно сильнее, судя по тому, что я наблюдаю.
На, а ещё потому, что нельзя при посторонних подрывать авторитет вышестоящих — а Хельга второй человек в Роду, после меня. Да она, собственно, единственная, кто «натуральным» образом станет частью моего Рода — именно наши дети и будут его основной кровью и наследниками… Которым, если всё пойдет как надо, никогда не суждено будет вступить в наследство — я вместе с женой собираюсь жить вечно.
Однако кое-что прояснить всё же стоит — для внимательно слушающих и наблюдающих за происходящим остальных Старейшин Рода. И для Петьки тоже — ведь мудрый Глава не должен допускать даже самых малых ростков конфликтов между своими приближенными.
— Дорогая, в отличии от твоего многоопытного и мудрого отца, я ещё совсем зеленый Глава Рода и политик, — обратился я к ней и ко всем присутствующим. — Если дело касается магии или, на худой конец, войны — тут я ещё могу быть уверенным в своей компетентности. Но во всем остальном подобным уровнем экспертности я похвастать не могу — а потому всегда открыт советам от тех, кто понимает в проблеме больше меня. Однако кое в чем ты действительно права…
Я перевел взгляд на всё ещё упрямо хмурящего брови парня:
— Петя, я сказал, что я принял решение, и даже объяснил, на основании чего оно принято. Каждый из вас имел возможность высказаться и привести аргументы, и вы это сделали… А уж на их основе я сформировал свое мнение. У всех были равные возможности убедить меня в своей правоте, и ты не сумел этого сделать. Так что запомни на будущее, — обрушил я на его плечи давление, заставив пошатнуться и слегка побледнеть. — Я не потерплю споров со мной и сомнений в моих словах. Ты меня понял, мой нерадивый ученик?
Давление я обрушил в полную силу, не давая поблажек парню, но, надо признать, он сумел его достойно выдержать, не прибегая к активной магии. Воззвал к своей силе, собственному Дару и тем Молниям, что унаследовал от меня, и они, к моему удивлению, встали на защиту своего хозяина, не глядя на то, что я их изначальный творец!
В общем, он выпрямился и глубоко поклонился, прежде чем ответить.
— Простите, учитель, я увлекся спором и забылся, — повинился он, вроде бы даже искренне. — Я всё ещё иногда забываю, что мы больше не маленький Род и что мы не в походе, а дома. Бытность частью Великого Рода всё ещё в новинку для меня, не говоря уж о подобных собраниях.
— Что ж, раз с этим мы разобрались — позовите посланника, — бросил я. — Бедолага и так уже долго маринуется в гостевых покоях.
— О, вовсе нет, скорее уж наоборот — он будет удивлен скорости, с которой его приняли, — заверил меня усмехнувшийся Смолов. — В подобных ситуациях вполне нормально, если посланец удостаивается аудиенции через три-пять дней после своего прибытия.
— Аудиенции, скажешь тоже, — фыркнул я. — Да и с чего посланца заставлять ждать несколько дней?
— С того, что мы Великий Род, а он представитель весьма малого, — пояснила Хельга. — К тому же это для него дело срочное, а не для нас. За исключением особых случаев — если всё действительно срочно и дело не терпит отлагательств, то идут навстречу просителю. Но это уже на усмотрение людей, ответственных за работу по внешним связям Рода. Кстати, пора бы уже создать эту службу и выделить в неё людей, финансы и прочее. А то Петр Алексеевич с его людьми и без того загружены сверх всякой меры, чтобы тянуть на себе ещё и эту работу. У меня есть на примете подходящий человек…
— Мы поговорим об этом в другой раз, дорогая, — оборвал я девушку. — Пока что пусть Пётр Алексеевич и его служба ещё немного поработают и в этом направлении.
— Как скажете, Глава, — послушно склонила она свою прелестную белокурую головку.
Моя невеста ничем не выдала своих чувств, даже Сила Души не помогла ничего ощутить, но я не сомневался ни на йоту — она раздражена моим завуалированным отказом. Я с трудом
