От звука имени Эмили, Киро дернулся, словно это причиняло ему боль.
- Что ты хочешь, чтобы я сделал? Стал мать его, Суперменом? Я черт, не хренов Супермен! Никогда им не был. Не могу стать им сейчас только потому, что ты приехал сюда и требуешь этого.
Киро неадекватно воспринимал действительность. Ему было больно, и это все что он мог видеть. Он терял Эмили и он не мог больше ничего воспринимать. Я хотел схватить его и хорошенько встряхнуть. Вместо этого, я сжал руки и сделал глубокий вдох, чтобы успокоить свое разочарование.
- Ты хочешь, чтобы Харлоу потеряла вас обоих? Ты думаешь, она справится с этим? Ты хочешь разбить ей сердце? Разве ты не хочешь быть частью жизни своей внучки? Это твой шанс стать человеком, которым хотела видеть тебя Эмили. Ты и я, мы оба знаем, что ты не был отцом, которого она хотела для Харлоу. Ты не можешь спасти ее, но ты можешь предоставить ей одну вещь, которую как мы оба знаем, она бы очень хотела. Она бы хотела, чтобы ты был самым лучшим чертовым дедушкой на планете для Лилы Кейт.
Я самый лучший дедушка на планете. Ему придется быть вторым, - высказал Дин, продолжая играть в Xboх.
Серьезно? Чувак, что не понимал, что это был очень важный разговор.
Отвали придурок, - проворчал Киро.
Просто поправляю его, - ответил Дин.
Намек на небольшую улыбку коснулся губ Киро.
- Я хочу, чтобы Эмили гордилась мной. Она любит Лилу Кейт. Она расцветает каждый раз, когда Харлоу привозит ее в гости. Если бы она могла, то была бы самой лучшей чертовой бабушкой, которую только видел мир.
- Я стану спорить с тобой по этому поводу, Эмили была особенной, - сказал Дин.
- Она особенная, - отрезал Киро. - Она чертовски особенная.
Дин опустил вниз пульт и повернулся посмотреть на Киро.
- Она особенная, Киро. Но мы оба знаем, она не такая как прежде. Эмили, которая, ушла в день несчастного случая, не вернулась к нам прежней. Она была закрыта в своем теле, не имея возможности двигаться в течение двадцати трех лет. Ты продержал ее намного дольше, чем верили в это врачи. Желать сохранить ее здесь такой, чувак это эгоистично. Я тоже скучаю по ней. Она делала тебя лучшим мужчиной. Тот мужчина также был потерян двадцать три года назад. Мальчик прав. Ты не можешь спасти ее. Но ты, проклятье, можешь заставить ее гордиться тобой. Неужели ты не хочешь, чтобы она была благодарна за ту жизнь, что у нее была с тобой? Конечно же, ты хочешь этого! Ради этой женщины ты сделаешь что угодно. Сделай это ради нее. Сделай это, мать твою. Ради. Нее.
Мне больше не было необходимости говорить что-то еще. Дин все сказал. Идеально. Он жил в том мире, где мой отец любил эту женщину и был счастлив. Он знал вещи, которых не знал я. Видеть Киро глазами Дина было поучительно.
- Она бы хотела, чтобы я был сильным. Она ждала этого, - сказал Киро, смотря на пол перед ним.
Никто из нас ничего не сказал. Мы позволили ему принять все это. Дин встал со своего места на диване, и мы посмотрели друг на друга через опущенную голову Киро. Мы оба хотели, чтобы наши слова дошли до него.
- Я хочу, чтобы это был рай. Я хочу этого для нее. Она должна там смеяться и танцевать. У нее самый лучший смех. Я хочу, чтобы там было место, где она сможет получить все это. Скажите мне, что когда эта жизнь заканчивается, это еще не конец. Что у нее будет другая жизнь, полная всего чего она была лишена в этой жизни.
Я с трудом сглотнул через эмоции сжимающие мне горло. Боже, я бы никогда не хотел пройти через это. Большую часть моей жизни Киро был придурком, но никто не заслуживал такой сильной боли.
Дин подошел ближе и перекинул свою руку через плечо Киро.
- Там есть рай, чувак. Там должен быть рай для ангелов. А Эмили была ангелом. Твоим ангелом. Это не закончится с концом этой жизни.
Киро закрыл глаза и кивнул.
- Ты прав. С моим ангелом все будет хорошо. Она снова будет танцевать.
Дин посмотрел на меня и кивнул. Киро собирался справиться с этим. Впереди его по--прежнему ожидал трудный путь, но теперь он был сосредоточен на том, чтобы заставить Эмили гордиться им. Это было единственное, что могло помочь ему пройти через все это. Он никогда не хотел подвести ее.
Риз
Я затаилась в постели, держа телефон в руках и ожидая звонок от Мэйса, когда он наконец то зазвонил и на экране высветились его ковбойские ботинки.
- Привет, - сказала я садясь, взволнованная услышав его голос. Когда он приедет домой, я собиралась рассказать ему о пикнике с Генри и Капитаном, по телефону это было бы очень сложно объяснить.
- Привет детка. Я отправляюсь домой утром. Я провел день с Киро. У нас был прорыв во второй половине дня, когда он, наконец-то встал с постели, но он так изменчив. Я решил остаться и удостовериться, что он в порядке. И я скучаю по тебе.
- Я тоже скучаю по тебе. Я рада, что у тебя с ним все получилось. Было трудно? - за сегодня я желала более одного раза оказаться там с ним.
- Было не легко, но думаю, теперь я стал лучше понимать его. Он никогда не станет для меня отцом. У меня уже есть один. Но сегодня я что то почувствовал, чего я никогда не чувствовал по отношению к этому человеку. Сострадание.
Мэйс был человеком умеющим сострадать. Я не могла представить, насколько должен был быть плох его отец, чтобы не получать сострадание от собственного сына. Я знала, что он не проводил много времени с ним, пока Мэйс рос, и все же.
- В таком случае поездка помогла и тебе, - сказала я.
- Да, думаю, что помогла, - согласился он. - Но я хочу быть дома с тобой.
- Я тоже этого хочу.
- У вас там все в порядке? На работе по-прежнему все хорошо?
- Да. На работе все замечательно и у меня все в порядке. Сегодня вечером я ужинала у твоих родителей.
- Хорошо. Я люблю тебя, и прежде чем ты скажешь, что любишь меня больше, скажу тебе это невозможно.
Улыбаясь, я подоткнула одеяла под подбородок.
- Я так не думаю.
Он усмехнулся.
- С утра первым делом я сяду в самолет. Ожидай гостя к обеду.
Мой живот скрутило в больной узел, напоминая мне о другом обеденном госте, который всегда появлялся из ниоткуда. Мне нужно обо всем рассказать Мэйсу, когда он вернется домой. Я хотела сохранить работу, но я также не хотела держать Мэйса в неведении.
Буду ждать, - сказала я ему. - Я люблю тебя.
Когда мы закончили разговор, я лежала в постели глядя в потолок, размышляя о том, насколько плохо отреагирует Мэйс, на то что Капитан систематически появляется в моем офисе и приносит обед. Он не сделал ничего плохого, на самом деле, но была бы я в порядке если бы другая женщина приносила Мэйсу ланч и обедала бы с ним? Нет. Ответ был - ни в коем случае. Я бы ревновала.
