в сторону, а ворота сорвало с петель и те с грохотом обрушились на землю.
До замка дошел-добежал за считанные секунды. После аналогичным методом вышиб двери. Ко мне сразу же, словно тени, вылетели несколько десятков вооруженных клинками бледных мужчин. Вампиры…
Мне не понадобилось и десяти минут, чтобы расправиться со всеми. Сила Драконов Его Величества — самое опасное оружие, которое только может быть.
Когда я остался один, то хмуро глянул на пол, устланный безжизненными телами. Не стоило мне переходить дорогу…
Запах Беллы был настолько сильный здесь, что я без труда взял, словно гончая, след. Пробежал несколько коридоров, после поднялся на второй этаж по лестнице, миновал несколько мраморных статуй и остановился перед высокими дверями, обитыми красным бархатом в черной готической окантовке.
— Генри… Генри, постой… — услышал я голос своей рыжей погибели внутри.
— Боишься? Не бойся, крошка… Я буду нежным…
Нежным? Я усмехнулся. Это я буду нежным. Когда буду нежно сворачивать твою шею, сволочь!
Я даже не применял магию. Двери вышиб ногой. Белла, разгоряченная, распаленная, в платье, рукава которого сползли с плеч, обнажая белоснежную кожу, с припухшими от чужих поцелуев губами, стала последней каплей. Так же как и тот, кого я меньше всего надеялся здесь увидеть.
— Какого черта?! Ты кто такой? — чернявый, смазливый и худощавый король вампиров, Генриер Нораш эр Харр, спешно пытался застегнуть собственные брюки.
— Я — ее жених. А ты — тот, кому она точно не достанется, — прорычал я.
— Да неужели? — осклабился мужчина, а после вдруг под протестующий писк рыжей, притянул ее к себе, жадно целуя, а оторвавшись от ее алых губ, с вызовом глядя на меня. — Тебе не кажется, что ты немного опоздал, дракоша?
— Мне кажется, что я как раз весьма вовремя, — Единый, мне едва удалось сохранить спокойствие в голосе, а после…
После завязался бой. Лязг железа, вспышки магии… Последняя была редкостью в нашем мире, однако, король вампиров обладал достаточными силами, чтобы мне противостоять.
— Эксплор! Вы не имеете права! Ты… Ты не имеешь права, Лиир! Это моя жизнь! Ты не можешь решать за меня! — кричала Белла что-то рядом с моим ухом, но я не слишком обращал на это внимание.
Совсем не время объяснять ей, чего я могу, и как это перекликается с моим хочу и ее не хочу.
— Дракон, ты ведь понимаешь, что у тебя будут проблемы? — сбившись с дыхания в процессе битвы, прокричал Генриер, отражая очередную мою атаку.
— Проблемы? — внутри меня клокотало бешенство. — Вы запятнали честь благородной леди! И, если уж по правде, нанесли ей физический вред! Пили ее кровь!
— С ее согласия, разумеется, — хитро улыбнулся король вампиров.
— Да. Конечно же. Только наверняка забыли упомянуть в процессе ее добровольного донорства, что слюна вампира содержит редкий дурман, наркотик!
— Н-наркотик? — изумленно прошептала Белла, а я усмехнулся.
Конечно же она не знала.
— После продолжительного кровопития вампир уложил бы вас в койку, оплодотворил, а его детки, ваши детки, выжрали бы ваше нутро изнутри, набираясь силы. При родах вы бы умерли, Картем.
Рыжая испуганно взвизгнула.
— Генри! Генри, скажи, что это не так!
Король вампиров обреченно замер. После виновато посмотрел на Изабеллу.
— Ну что ты, детка… Сейчас я уже не думаю, что все бы закончилось так грустно.
— Сволочь! — ввплюнула она, а у меня прямо от сердца отлегло.
Хоть понимает, что ее все это время водили за нос.
— Это было раньше, Изабель…. - тем временем продолжил Генриер. — До того, как я узнал тебя… Какая ты красивая, страстная, нежная… Настоящая! Не такая как все!
На глазах у рыжей блеснули слезы.
— Что это меняет, если ты хотел меня использовать?! Использовать, а потом убить…
Я смотрел за разворачивающейся драмой почти с наслаждением. Я был уверен, что это конец этой кроваво-раздражающей меня истории любви, но я ошибался. Спустя несколько минут выяснений отношений, Генриер вдруг сказал то, что заставило меня испугаться.
— Приглашая тебя сюда, я не думал о том, что ты станешь пустой оболочкой для моего потомства, Белла. Может, вначале так и было… Но после все изменилось. Я желал, чтобы ты женой моей стала… Вампиршей. А в этом случае, тебе бы не пришлось погибать. Более того, твоя жизнь стала бы куда более длинной, нежели у обычных людей.
Глава 19
Каким бывает разочарование? Острым, болезненным, тоскливым и неизбежным… И чем оно может быть вызвано? Предательством? Обидой? Злостью? Я не знала, предал ли меня Генриер. Если уж так судить, то я была виновата во всем сама. Сейчас, когда пелена с моих глаз упала, я смогла как никогда здраво посмотреть со стороны на себя. Ведь я верила, что наши отношения, наши трепетные свидания, были вызваны ничем иным, кроме как любовью. А оказалось, что я была лишь едой. Рыбкой, что плещется в пруду, не понимая, что вот-вот попадется на крючок.
Надо же было быть такой безрассудной!
— Я жениться на тебе хочу! — сказал вполне серьезно Генри.
Только я уже не поверила. Хватит! Достаточно с меня той глупости, которую я когда-то совершила!
Словно наяву перед моими глазами встал день, когда мы только познакомились с Генри.
Это был обычный пасмурный и туманный день. Дождь моросил с самого утра, и у метеозависимой тетушки Коко были мигрени. Они делали ее раздражительной и хмурой, а ее и без того иногда утомительные причуды приобретали еще и агрессивную окраску.
В такие дни я всегда старалась проводить время вне дома. Ходила в театр или оперу, иногда захаживала в многочисленные лавки с дамскими платьями или в магазинчики с парфюмами и косметическими средствами.
Тогда я как раз в лавке, выбирая очередной для себя аромат, неловко повернула крышечку у флакона, и содержимое того оказалось на моей пышной юбке.
Расстроившись, и не зная, что делать, я в панике заметалась по магазину. Вместе с вежливой продавщицей мы попытались отстирать пятно в уборной, но ничего
