с моим дерьмом. Мне снова страшно, когда я представляю, как она на меня посмотрит, только это неважно. Меньшее, что я могу - это преодолеть этот страх и быть с ней рядом.
Даже если она не захочет этого.
Горько. Потому что она не захочет этого…
Позади раздается оглушительный звук клаксона, и я резко поднимаю глаза и натыкаюсь на зеленый сигнал светофора. Точно. Ехать. Надо ехать…
Трогаюсь с места и заворачиваю во двор дома, где находится корпоративная квартира. Потом долго звоню в домофон. Снова тишина.
Блядь.
Где же ты, Лера?…
Беспомощно озираюсь. Новый страх вырастает на глазах: а вдруг с ней что-то случилось? Это гораздо хуже всего того, о чем я успел подумать.
По нутру пробегает холодок.
Быстрым шагом возвращаюсь к машине, с мокрых волос стекают крупные капли. Плевать. Холодно? Тоже насрать. У меня сердце в груди колошматит, а легкие будто бы слиплись.
Где ты?…
Беру телефон, чтобы позвонить ей еще раз, но я звонил ей миллион раз, и смарт последний раз мигает и гаснет.
Сука!
Теперь это бесполезный кирпич.
Бьюсь лбом о руль.
К горлу подкатывает тошнота.
Где ты, Лера?…
***
Я решил, что она могла бы поехать домой хотя бы для того, чтобы собрать свои вещи. Заодно заберу зарядку для телефона и рабочий планшет, где у меня записаны все номера, включая номер моего крестного - крутого безопасника, который может найти кого угодно и где угодно, лишь бы было желание. Около месяца назад я разбил свой телефон, купил уже давно новый, но контакты перенести все руки не доходили. «Отличный» повод это изменить, правда?
Позвоню.
У Леры на телефоне стояло приложение, по которому я мог отследить ее местонахождение. И нет, дело не в том, что я когда-то сомневался в ее честности или хотел контролировать. Где-то год назад она поехала загород, чтобы сфотографировать участок, который хотела купить ее бешеная начальница, а я не мог поехать с ней из-за встречи. Чтобы не переживать, Лера предложила поставить приложение, и хорошо, что мне это сделали. В итоге, встречу я экстренно прервал. Лера застряла посреди поля, пробив шину, а еще увидела волка и сильно испугалась. Плакала…я сорвался тут же. Даже не думал. Она и ее спокойствие было для меня важнее.
Как я тогда оказался в этой ситуации? Блядь, уже неважно…
Хмурюсь и быстро иду до дома. У нее действительно стояло приложение на телефоне, но, видимо, Лера об этом тоже помнила, поэтому ее телефон я нашел у калитки. На земле.
Захожу в прихожую, но тут же замираю. Все убрано.
Первая мысль - она вернулась! Но потом я осознаю всю тупость подобных идей. Даже если бы она вернулась, вряд ли стала убираться. Тогда кто? Может быть, мама? Блядь, только не это. Только не сейчас…
- Мам? - зову ее с надеждой не услышать шагов, а потом вопросов, а потом еще одной разрушительной реакции на правду о том, какой ее сын - мудак.
Но знаете? Лучше бы я услышал голос матери и ее шаги.
- Так меня еще никто не называл, - Кристина выходит из гостиной и слабо улыбается.
Я ловлю дикий диссонанс.
Если честно, я о ней забыл сразу же, как перевернул тумбу, которую Лера опрокинула, и достал из ящика ключи от машины. А сейчас…сказать, что я в шоке оттого, что она до сих пор в моем доме - значит, ничего не сказать.
- Что ты здесь делаешь?! - выходит резко и холодно.
Кристина чуть ли не вздрагивает, смотрит на меня, как баран на новые ворота, чем дико бесит.
Я знаю.
Знаю-знаю-знаю, что не имею права чувствовать это, но я чувствую. Она меня калит. Какого хуя ты здесь делаешь?!
- Я…подумала, что…уберусь для тебя и…вот.
Кристина почти шепчет, окидывая взглядом разгромленную прихожую. В ней сейчас чисто - это факт. Нет осколков, нет крови, нет ничего, что хотя бы издалека намекнет на тот погром, учиненный ранее, но…знаете, что? Лучше бы был погром. Блядь, лучше бы был погром… в нем было многое от Леры, а сейчас в этой чистоте нет ничего, что напоминало бы о ней, будто Кристина своей непрошенной заботой собой все стерла.
И мне это не нравится.
- Не нашел?
- Как видишь, - холодно отсекаю и поворачиваюсь к лестнице, чтобы подняться наверх и забрать вещи, которые мне сейчас гораздо нужнее, чем это все, - Тебе лучше уехать.
Не дожидаясь ответа, поднимаюсь наверх, а потом захожу в нашу спальню.
Гадко.
Я впервые ловлю дикое отвращение от этой комнаты, и мне хочется сбежать отсюда побыстрее…
Что я и делаю. В скором порядке ставлю телефон на зарядку, потом подхожу к шкафу, откуда достаю сухие вещи. Снимаю футболку.
- Ты злишься на меня? - тихо спрашивает Кристина.
Вздрагиваю и резко оборачиваюсь.
Опять.
- Выйди.
- Рома, я…
- Я сказал - выйди! - повышаю голос, она застывает.
Снова этот проклятый взгляд, но на этот раз во мне нет тока или благоговения. Лишь одно отвращение и непринятие.
Пару мгновений мы смотрим друг другу в глаза, а потом Кристина резко щурится.
- То есть, так, да?! Это все, по-твоему, моя вина?!
Нет, вина лежит на мне. Это я изменял своей жене, и пусть хоть трижды в моей башке каша и абсолютное отсутствие причинно-следственной связи…по итогу это неважно. Наверно, такова человеческая суть: мы всегда ищем виноватых. И да. Я виню ее.
- Можешь не отвечать, - усмехается Крис сложа руки на груди, - По взгляду вижу, что ты винишь меня. Просто напоминаю: я тебя не заставляла со мной спать. Каждый раз - это была твоя инициатива. Ты этого сам хотел и…
- Хватит, может?! - снова взрываюсь и отворачиваюсь, чтобы схватить футболку, - Я просил тебя съебать!
- Ты сам позвал меня сюда и…
- Я позвал тебя к себе, чтобы поговорить, и чтобы этого разговора никто не видел! Но я не звал тебя в нашу спальню, твою мать!
- Удобно.
Резко поворачиваюсь обратно и тихо переспрашиваю.
- Удобно? Ты серьезно сейчас?! Я предлагал тебе подняться за мной?! Я просил тебя об этом?!
Кристина молча прожигает меня глазами.
- Что ты смотришь на меня так, Кристина? Я хотел все закончить, и ты это знаешь.
Наконец-то она сдается. Взгляд смягчается, Кристина делает на меня шаг и шепчет тихо.
- Май, я…
- Не надо так меня
