– Страшно, Эш?
– Не знаю… – я дергаюсь от холодного прикосновения: она хватает меня за пальцы. И продолжает смотреть, широко раскрыв глаза:
– А вдруг там все тайны? Ответы? И даже эта мерзкая газета окажется чушью…
Невольно улыбаюсь: почему тогда замок оказался таким простым? Я думала, это я наивная. И все же я на что-то надеюсь: уже несколько часов я только и думаю, что о записях Лютера. Я провожу пальцами по корешку, и дневник раскрывается.
Почти сразу я замечаю, что из тетради вырвано очень много страниц. Первая открывшаяся глазам запись явно продолжает предыдущую. И мы начинаем читать.
В Городе. Пусто. Тут своя мобильная связь, и я не могу дозвониться ни на один номер. В небе летают твари, похожие и на птиц, и на пришельцев, и на людей.
Мы переглядываемся. Утерянные страницы явно рассказывали что-то о земной жизни Лютера и о том, как он прошел Коридор. Теперь их нет. Вампир вырвал их сам или…
– Коридор стер лишнее? Как будто у него ничего не было до Города. Но ведь было…
Голос Элм подрагивает. Она проводит пальцем по рваному краю, оставшемуся от выдранных листов, и переворачивает страницу.
21 марта.
Ни полиции, ни патрулей. Ни одной машины на трассе. Никого. Атомная катастрофа, а я случайно выжил? Темнота вокруг. Она дышит. Будто живая.
Утро. С солнцем происходит что-то необъяснимое. Оно появляется и исчезает, как в быстрой киносъемке. Хотя я уже сомневаюсь, что это солнце.
Ухожу искать помощь.
22 марта
Про вчера. Деньги в местном магазине приняли. Попытался расспросить продавщицу, где я, соврал, что на меня напали и ударили по голове. По-венгерски она не поняла. Кажется, здесь говорят в основном на русском. Хотя магазинный охранник, как оказалось, понимает и по-английски. Город – единственный здесь населенный пункт, остальное пространство темное и пустое. Когда я спросил, какая это страна, продавщица начала спрашивать, что значит «страна».
Еще ночь. Пусто. ВСЕГДА. Нет собак и кошек. Нет бродяг. Даже крыс.
23 марта
Когда я вышел из магазина, меня догнал человек. На его рукаве была повязка с двумя эмблемами – цветком подсолнуха и птицей на фоне белого квадрата. Он обратился ко мне на русском, потом переключился на английский. Оказалось, это его родной язык. Он назвался Альфредом Зелинским и сказал, что мне нужно обратиться в Службу реабилитации, и дал карточку с адресом.
24 марта.
Общая сводка. В городе скоро выборы. Только поэтому «за мной не пришли», не знаю толком, что это значит. Организацию, куда меня отправили, курирует местная партия. Ребята, которые там работают, смотрят на меня во все глаза, расспрашивают про Землю и вообще ведут себя, будто я пришелец. Разве что палкой не тыкают.
Вечер. Мне выделили комнату. Наконец-то я сплю на чем-то нормальном, достал крови – правда, свиной. Кроме меня, сейчас тут нет никого из землян. Говорят, я первый за последние два месяца.
Общая сводка. Продолжение. Коридор.
Место остается неизвестным. На вопрос про ворота и темноту мне сказали только, что все это было еще до того, как здесь поселились люди. Местные связывают это с «подпространственными заплатами» – нестабильными зонами (?). Я понял только, что они как черные дыры и что в одну из них я и попал, заблудившись. Больше ничего. Скрывают? Не знают?
Вечер. Мне оформляют документы и ищут жилье. Я прекрасно понимаю, что это значит.
29 марта
Особенно не о чем писать. Пытаюсь обжиться. Со мной много проводит времени Альфред.
Надо обобщить сведения, когда узнаю больше. Чтобы ничего не забыть.
Альфред.
Мы славно ладим. Он читал те же книги, что и я, и забавно подтрунивает надо мной, называя Дракулой. Благодаря ему все не кажется таким уж мертвым. Временами я даже забываю, во что влип.
Здесь есть красивые места. Например, огромное озеро, как Гарда в Италии. Остров. Там, говорят, много домов. Может, поселиться там?
4 апреля
Из нового. Изучил городскую карту (расширить описание).
Север. Смещен центр – мэрия, основные предприятия, телебашня. Много русскоязычного населения, всюду красные флаги.
Юг. Пешеходные улицы, театры, большие магазины. Предприятия легкой промышленности. В целом чище и спокойнее. Тихо днем, людно вечером. На Севере – наоборот.
За южной окраиной расположены фермерские хозяйства, мы туда ездили. Много американцев, они тоже «красные».
Запад. Нефтяные вышки. Шахты, где добывают руду. Маленький рабочий поселок поблизости. Ничего примечательного.
Восток. Торф, болота. Альфред почти ничего не говорит о Востоке, я добился только фразы «Здесь расстреливают преступников эти ублюдки». Туда можно ходить за кровью (?).
Интересная модель энергоснабжения: питание идет от четырех огромных кристаллов-генераторов, расположенных в четырех военных гарнизонах у самого края тьмы. Гарнизоны строились на месте закладки кристаллов, буквально выросли вокруг них. Откуда кристаллы – никто не знает, говорят, остались от прежних обитателей.
N.B. Прежние. Кто здесь жил? Может, из-за них все почернело, раз они смогли сделать такие мощные источники энергии? О ни наверняка были развитыми (узнать).
Ночь. Как всегда. Шизофрения? Паранойя? Может, меня окружают не люди, а инопланетяне в обличье людей? Мерзкие скользкие твари. Я такое видел в фильме.
Нет. Не хочу думать.
Нужно позвонить Альфреду. Альфред похож на человека.
6 апреля
Побывал в местном кинотеатре. Крутили «Мальтийского сокола», потом «Манхэттенскую мелодраму». Фильмы считаются новинками, а ведь они такие древние! Не Тарантино, определенно. Будто перенесся во времени. Не самое приятное ощущение, но в какой-то степени даже… мило. И попкорн тут вкуснее, а еще есть маленькие американские сэндвичи в соусе чили.
Из забытого. Телевидение. Транслируют в основном новости и шоу. Фильмы и сериалы тоже бывают – тухлые мыльные оперы и ситкомы. Да. Преимущественно ситкомы. Альфред сказал, что главная задача режиссеров – уместить «много интересного» в закрытых помещениях. Не напоминать людям о тьме. Сценаристы справляются. Люди довольны. Здесь вообще всем поразительно довольны, пока не наступит ночь. Впрочем и ночью – тоже довольны, просто зашторивают окна. Даже Альфред опускает жалюзи и везде выключает свет.
Вечер. Тоскливо. Смотрю на детей, которые выбегают из кино. Там крутили что-то о войне. Теперь они играют в красных и белых. Или… в «единоличников» и «свободных»?
9 апреля
Перевыборы прошли. Празднуют: сменился главный. О нем много разговоров.
Нужно узнать больше.
12 апреля
Новый лидер. Джейсон Гамильтон. Бывший военный, помесь фермера и панка.
Общая сводка. Партия Свободы (?). Программа размытая, главный пункт – сбор информации о Земле, поиск пути назад.
Но на нового босса возлагают надежды. Может, не зря.
Реабилитационную службу основал он, еще год назад. Эмблема с птицей тоже нарисована им, подсолнух больше не используется. Джейсон Гамильтон хочет все поменять.
19 апреля
Альфред попал под машину. Говорят, дело рук кого-то из партии Единства, хотя, возможно, обычный пьяный ублюдок. Никто не удивлен. «Хочешь искать свободу – готовься найти смерть» (?). У него сломано три ребра. Открылось кровотечение.
