Ведет по самому краю обрывистого берега, где до воды добрых пара сотен метров. И с той высоты, на которой он находится, удобно вести обстрел всей площади бухты. В общем, грамотное решение, даже мне это понятно.
Сам город сплошь состоял из двухэтажных каменных строений. По крайней мере, центральная улица, где мы совершали экскурсию.
Архитектура зданий ничего особенного собой не представляла, никаких излишеств, лишь стремление построить на века. Зелени много, что меня всегда радует. И рынков хватает, больших и малых, пустынных по случаю довольно позднего времени.
Так, нагулялись по твердой земле, насмотрелись на местных девушек, определили, где тут что, можно и поужинать.
Получилось так, что совершив круг по городу, мы возвратились в порт. С этим вышла явная промашка, поскольку приличных заведений близь порта не сыскать. Ну и ладно, привыкать что ли. В крайнем случае, заказ заберем с собой и поужинаем на борту 'Мелиссы'.
Первой попавшейся таверной оказалось заведение с запоминающимся названием – 'У морской дьяволицы'.
Туда мы и ввалились, застыв на пороге от яркого света множества светильников, горевших внутри.
Да уж, точно, что у дьяволицы. Пусть и не морской.
Хозяйка корчмы выглядела так, что на нее явно напрашивалась ассоциация с названием её корчмы. Хотя, вполне может быть, что она этого и добивалась.
Если Прошка и не уступал ей ростом, то статью явно проигрывал. Жгучая брюнетка с черными, как дьяволов огонь очами, безразмерным бюстом и довольно заметными усиками. Поговаривают, что усики говорят о таком же жгучем, как и цвет ее волос темпераменте. Вот только при ее размерах действительно нужно быть морским дьяволом, чтобы решиться проверить. Помогла ей удивительно похожая на нее девушка, молоденькая и тоненькая как хворостинка. Что характерно, сновала она среди столов совершенно беспрепятственно, никто даже не пытался ущипнуть её, хлопнуть ниже талии или усадить на свои колени. Ну да, попробуй хоть словом обидь, мама даже делать ничего не станет, лишь сама присядет на те самые колени всего лишь на пару мгновений.
Когда мы вошли, девушка подошла к столу, за которым сидели Гентье, Мрост, Бронс, словом, чуть ли не весь экипаж 'Мелиссы', благо он такой маленький, а стол под стать хозяйке заведения. Сидели они вперемежку с другими посетителями и до самого нашего прихода Мрост о чем-то громко рассказывал. То-то мне голос еще на подходе знакомым показался. При виде нас все замолчали.
Свободных столов в таверне не нашлось, и живём не при демократии. Да и субординация прежде всего. Так что пойдем-ка мы пытать счастья в другом месте. Разве что одно маленькое дельце.
Я подошел к столу, за которым сидели наши парни, вскочившие при моем приближении, и высыпал на столешницу перед Гентье горсть монет. Вернее горсточку, среди которой было всего парочка золотых. Ничего, парни они не притязательные, вполне хватит и этой суммы.
– Отдыхайте, заслужили.
Неудобно было покинуть таверну просто так.
Мрост окликнул меня уже возле самого входа, кинувшись вдогонку.
– Ваша светлость…
Понятно, чего ты хочешь, чтобы я подтвердил правдивость твоих слов. Вот только не слышал я, что ты там успел наговорить. И потому сказал:
– Не верьте не единому его слову. Кораблей было всего три.
А что, вполне достойно вывернулся. Если же говорить начистоту, то сам до сих пор в шоке, что все так удачно обошлось.
Поужинали мы вполне хорошо. И заведение нашли вполне приличное и свободный стол отыскался.
Трапезничали мы под мягкую музыку небольшого струнного оркестра из трех пяти струнных контрабасов. Шучу. Наверное, это предки виолончелей, вот только музыканты предпочитали обходиться без смычков. Да и вид у местных лабухов был еще тот. С таким рожами на абордаж первыми бросаться.
Приглядевшись, обнаружил, что один музыкант был с колотушкой вместо ноги, второй сидел неестественно прямо, а третий и вовсе был слеп.
Но накормили на удивление вкусно, и у меня хватило монет, чтобы заплатить за корзинку с едой для Мириам.
Перед тем как уснуть, я вспомнил наш разговор с Янианной, состоявшийся перед самым моим уездом. Мы даже поругались немножко. Не из-а того, что мне пришлось уезжать перед самой свадьбой, хотя и это тоже.
– Что ты не очень рад нашей свадьбе – заявила она.
Я спешно заявил, что очень, очень рад. Вот только…
Как бы тебе объяснить, любимая, не хочу я быть при тебе консортом, и как представлю себе это…. Но и твоя империя мне даром не нужна.
Яна все-таки выпытала у меня причину. И кто бы видел ее взгляд.
– И что мне теперь, век в девах сидеть?
Я даже не стал возмущаться тому, что девы ребеночков не ждут.
В общем, поругались, помирились и каждый остался при своем мнении.
Я – в убеждении, что нет положения хуже, чем то, которое мне предстоит.
Яна в том, что я маюсь дурью. Или жениться не хочу.
Только бы завтра все удачно сошлось, были мои последние мысли перед тем, как уснуть. И я, наверное, сглазил.
Глава 16 Рим и гуси
'Фу', я с облегчением перевел дух. Приснится же такое, после чего обнаруживаешь себя возле дверей каюты со шпагой и с пистолетом в руках. Причем в одних подштанниках. Шелковых и ниже колен. Единственная вещь, которая осталась у меня после отъезда из Империи.
И когда успел взвести курок на пистолете?
Я присел на постели, чувствуя, как сердце продолжает биться в бешеном ритме.
Так, а что же мне приснилось? Помню только, что-то нехорошее и связано оно было с Яной. Она звала меня, и лицо у нее было очень испуганным, а ноги мои будто бы залили свинцом. И я тянулся к ней, тянулся…
За дверью кто-то переругивался яростным шепотом. Наверное, поэтому я возле них и оказался. Один голос точно принадлежит Мириам, откуда на 'Мелиссе' взяться другой женщине. А второй, второй, по-моему, Оливеру. Тот даже говорит шепотом, басит.
На дворе дело к обеду, точнее не определишь. Мой репитер лежит вместе с остальными вещами на дне морском, в капитанской каюте 'Любимца судьбы'. Прежний капитан 'Мелиссы' промежутки времени между склянками, вероятно, бокалами вина разграничивал. По крайней мере, бокалов и бутылок с вином в его каюте хватает, а вот часов ни одних. Вино, кстати, тоже закончилось и не от хорошей жизни. Когда питьевая вода своим видом все больше начинает напоминать мутную жижу и от одного взгляда на нее появляется чувство легкой тошноты, вино, даже такого качества, начинает питься очень хорошо. Вчера, когда привезли несколько бочек свежей воды, одну из них поставили открытой прямо на палубе и люди пили ее, пили. Наверное, с тяжелого похмелья так не пьется.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
