-Удивляюсь, как вы не уронили его раньше... - прокомментировал детектив.
-Да который раз поднимаю - похвастался рыцарь.
-Понимаю вас - кивнул детектив, поднял меч и поставил на место. В темной квартире все было непривычно и мрачно. Темный старый ковер на стене. Так и не заклеенные к осенним холодам окна. Старый, полный бутылок и засохших, каменных пряников буфешкаф. Толстый плед Вертуры, из которого Турмадин соорудил себе на диване гнездо. Желтая, пропахшая одеколоном подушка детектива под коленом рыцаря. В углу ведро для воды и опрокинутый нечищеный от копоти чайник. На полке черные корешки книг. Вертура стоял посреди этой комнаты, держал Марису за руку, и отчего-то все больше и больше осознавал, насколько ему отвратительно собственное жилище.
-Отдайте подушку - потребовал у рыцаря он - ей не место под вашим задом.
-Да забирайте - выдернул постельную принадлежность Турмадин - и прикройте дверь. Наливайте вина, фужеры в серванте печенье, колите или размачивайте сами, у нас тут самообслуживание.
Усадив Марису на диван, детектив собрал со стола немытые фужеры, протер верхней полой плаща и налил всем троим. Сел, обхватив руками свою подушку, и облокотился о нее лицом.
-Вы так и не рассказали ту историю до конца - делая глоток, обратилась к рыцарю Мариса. Ее мрачные голодные глаза горели темным огнем - вы сказали, что привезли письма и на вас напали....
В руках Марисы блеснул серый грифельный стержень. Щелкнула застежка поясной сумки, зашелестели листы блокнота. Писательница взяла фужер и, решительно чокнувшись с Вертурой, приготовилась записывать историю.
-Да - яростно допивая содержимое своего фужера и требуя у Вертуры еще, на что детектив протянул ему всю бутылку, кивнул Турмадин - меня отправили на ночь глядя отвозить эти чертовы письма. И...
.... Было ветрено. Лил дождь. Именно эту тревожную ночь Бенет выбрал для того, чтобы под прикрытием непогоды Вертура и Элет проникли в один из домов профессора Генжи Розенгардена. В обычной жизни одного из университетских профессоров, а в оккультных и запретных кругах безнравственного экспериментатора, отъявленного мужеложца и одного из высших посвященных таинственного спиритического общества 'Пирамида'. Три дня назад лорд Ди - глава тайной полиции Мильды получил частный заказ от некой эксцентричной особы, которая хотела завладеть перепиской со своим бывшим мужем. Не уточняя деталей, она сообщила через курьера, что муж шантажирует ее и ей требуется помощь людей, которые могли бы за деньги переступить закон и остаться в тени. Одним словом она обратилась в полицию. В первом, загородном, особняке отважных детективов встретили только пыль и запустение. Несмотря на внешнюю роскошь, здание было давно заброшено и не использовалось. Только в одном окошке - в комнате сторожа зловещим алым огнем светился фонарь. Пробираясь темными комнатами, детективы могли поклясться, что за воем ветра и шумом дождя слышали какие-то странные, доносящиеся из-под пола обрывки зловещих исполняемых на неизвестном языке, песнопений. Но им было сказано искать в кабинетах и в первом особняке они не нашли ничего. Второй особняк охранялся лучше. У ворот ютилась будочка привратника, высокий забор был утыкан острыми осколками стекла, а двор и конюшни сторожили дикие кривоногие псы.
Но непогода сделала свое дело. Надев углепластиковые перчатки, детектив перебрался через забор, пробрался в дом, поднялся на второй этаж в кабинет профессора Розенгардена, и забрался в секретер. Как и сообщил курьер Луизы Розенгарден, там были письма - множество писем обширной профессорской переписки. У детектива не было времени разбирать что к чему и, спрятав все конверты в сумку, он едва успел выскользнуть из кабинета, прежде чем обитатели и сторожа смогли понять что к чему.
Его легкая тень мелькнула на фоне выхваченного из мрака высокого окна в коридоре. И только голодные буздыганы во дворе напрасно таращили свои огромные алые глаза в дождливую темноту. Детектив уже покинул ограбленный дом.
Когда агенты вернулись в контору, Бенет внимательно просмотрел переписку.
-Все на месте - держа бумаги в двух руках, кивнул старший следователь. В одной стопке письма брошенной жены, в другой остальная переписка - Турмадин - сухо обратился он к рыцарю - доставите письма леди Розенгарден. Без векселя не отдавайте.
-Понял, понял - кивнул тот и, приняв конверты, спрятал их в деревянную коробочку на поясе.
Через две минуты он уже гнал коня по ночным улицам к указанному курьером адресу. В этот ночной дождливый час улицы были безлюдны. В сторону от проспекта за аркой начиналась аллея. В кромешной темноте светились огни окон. Хлесткие удары дождя раскачивали ветви, кроны тяжело перешептывались на ветру. Под копытами коня шелестели неубранные опавшие листья. Где-то позади над проспектом, над деревьями, белел подсвеченный электрическим светом шпиль колокольни. От его яркого мерцания дождливая ночь казалась еще более непроглядной и темной. Где-то в ветреной мгле аллеи притаился черный двухэтажный особняк. Его мансарды и башенки были едва различимы на фоне ночного неба и далеких огней. Распахнутые настежь ворота скрипели на диком ветру. Низкая изгородь отделяла от дороги запущенный сумрачный сад. На мостике через канаву лошадь захрапела, но рыцарь ударил ее в бока и подъехал к темному крыльцу. Спешился. Подкованные сапоги загрохотали по доскам. Раздался тяжелый стук. Рыцарь стучал рукояткой хлыста в массивную дубовую дверь. Что-то шевелилось в недрах дома. В прихожей не было слышно ни шага, но внезапно, как будто - бы его ждали притаившись под дверью, громыхнул засов, и тяжелая дубовая панель распахнулась перед ночным визитером.
Турмадин вошел в темную прихожую. От пряного запаха едких бардовых свечей с толстыми угольными фитилями закружилась голова. Казалось бы тусклая бело-алая лампада над дальней дверью слепила глаза.
-Давайте! - приказала невысокая закутанная в кроваво-алый плащ женщина.
-Вначале вексель - глухо ответил Турмадин.
-Идите - приказала она и повлекла его за собой.
Он прошел вслед за ней в комнату и сел за круглый стол. Столешница была изрезана спиритическими символами. В свете бардовых свечей на темной, необъятной поверхности стола для спиритических сеансов темнели пятна вина и воска.
-Покажите письма - протянула руку женщина - идеально гладкую, тонкую белую ладонь.
Рыцарь хлопнул себя по деревянной коробочке на поясе.
-Я сообщу хозяйке - прошептала служанка и бесшумно вышла. Томительно тянулись минуты. Алые с желтым драпировки скрадывали стены, толстые деревянные панели заглушали звуки дождя. Шаги стихли, особняк затих. Из соседней комнаты доносился полусонный, зловещий шепот хищных растений с огромными мясистыми цветами и малиновыми листьями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
