Утром к вождю заглянул старший шаман, больше ни на минуту не расстававшийся с подаренным Мадленой посохом. Вот и сейчас первым в юрте появился костяной набалдашник, отодвинувший в сторону лоскут кожи на входе, и только следом в образовавшуюся щель просунулась голова Гзура.
– Приветствую тебя, Вирлен Жизнедар.
– И тебе не болеть, Остроокий. Мы когда выходим?
– К Хингу нельзя идти неподготовленным, – заявил шаман. – Каким оружием ты владеешь лучше всего?
– Кинжалы умею бросать в цель.
– А из серьезного оружия?
– Смотря что у вас таковым считается.
– Любое оружие, которое защищает человека до тех пор, пока у того есть силы. Метательный нож, праща и лук эффективны только некоторое время. Закончатся, например, у лучника стрелы – и он становится легкой добычей для врага.
– Значит, ничем серьезным я не владею.
– Плохо. Каждый железнорожник должен быть хорошим воином, а вождь – одним из лучших. Придется тебе учиться.
– Что, сейчас???
– Да, – не обращая внимания на изумление собеседника, спокойно ответил колдун. – Но сначала нужно найти твой вид оружия, чтобы подобрать учителя. Пойдем.
– Шаман, мне некогда учиться! Человека спасать надо. И чем быстрее, тем лучше. Ее же убить могут!
– Обладатель зеркального взгляда – огромная редкость. С нее пылинки сдувать будут, так что за жизнь девушки не волнуйся.
– Ты не знаешь Веронику. Она сама может создать такие проблемы, что курмистр вмиг забудет про ее уникальность.
– У него очень хорошая память, Вирлен. К тому же мы не собираемся тратить время. Учиться будешь по пути к берлоге Хинга, сейчас нам только нужно определиться с учителем, чтобы взять его с собой.
– Тогда совсем другое дело.
Андрей был уверен: сделать его воином за те дни, что он собирался провести в Кургстаге, не получится. Но возражать не стал. Раз это нужно для визита к Хингу, ничего не поделаешь.
Селение Гзура Остроокого располагалось на нескольких островах, самый большой из которых имел более двух миль в длину и чуть меньше мили в ширину. Он так и назывался: Большой остров. Про себя Андрей окрестил его спальным районом племени, заметив, что тут размещаются только жилища железнорожников. На других участках тверди стояли ремесленные мастерские, велась меновая торговля, проводились состязания воинов, чародеев…
Шаман привел фокусника на один из дальних островов, где собралось чуть больше десятка железнорожников. Они выстроились по кругу, в центр которого Гзур ввел вождя. Сам колдун и его внук остались снаружи.
– У каждого мастера свое оружие. Выбирай, какое тебе по нраву.
Укороченное копье, топор, кистень, меч, шест, дубина, две сабли, парочка заточенных полудисков, трехсекционный цеп, боевой посох и оружие, которое Андрей использовал в качестве лопаты, когда добирался до подземелья. Фетров прошелся по кругу и остановился. Он не мог сразу отдать предпочтение чему-либо, а потому начал мысленно «примерять» на себя смертоносные игрушки.
Кистень фокусник отмел по эстетическим соображениям: украшенные острыми шипами ядра, прикрепленные к древку на цепях, вызывали явный дискомфорт. Землянин не представлял, как можно носить их с собой и не пораниться – при беге, например.
Посох хоть и показался Андрею практичным, но уж очень походил на старческий костыль.
«С тяжелым оружием мне лучше не иметь дела: слишком быстро выдохнусь. Не подойдет и парное: мне хотя бы одной рукой научиться работать. Что там остается: копье, меч и шест?»
– Копье, – наконец решился иллюзионист, мотивируя свой выбор возможностью использовать его еще и в качестве метательного оружия.
– Сейчас мастер покажет простое упражнение. Смотри внимательно, потом попробуешь повторить.
Фетрову показалось, что он довольно ловко выполнил задание с копьем, но мастер только покачал головой и сделал шаг назад. С мечом и шестом ситуация повторилась один в один. Дальше – хуже. Ядро кистеня оставило кровавый след на плече фокусника. Топор, выскочив из рук, едва не угодил в одного из мастеров. А когда парень лишь поднял дубину, учитель сразу запретил ею пользоваться. Единственным мастером, которого действия вождя заставили задуматься, оказался владелец цепа. Он подошел к шаману и перекинулся с ним несколькими словами, после того как Андрей закончил с посохом.
– Гзур, я так понял, что являюсь самым бездарным учеником за всю историю вашего племени?
– Дзар мне сейчас сказал нечто иное. Твоя основная проблема состоит как раз в том, что ты слишком хорошо владеешь метательным оружием. И инстинктивно пытаешься воспользоваться своими навыками. Переучивать человека всегда труднее, чем обучить с чистого листа. Поэтому и оружие тебе стоит подобрать особенное. Знать бы какое!
– А давайте привяжем кинжал к веревке, а веревку – к ремню, – грустно усмехнулся фокусник. – Правда, я вряд ли смогу им попасть в цель, зато всегда буду при оружии.
– Неплохая мысль!
– Ты серьезно?
– Более чем. Внучок, сходи за пастухом Нзогом.
– Пастухом?! – удивился Фетров. – А зачем? Меня отдают в свинопасы?
– В мирное время старик присматривает за скотом, но в бою, несмотря на возраст, способен десятку врагов противостоять.
Прибывший действительно выглядел пожилым человеком, о чем свидетельствовало изборожденное морщинами лицо, хотя фигура, походка и голос скорее соответствовали среднему возрасту.
– Ты звал меня, Остроокий?
– Да, Длиннорукий. Хочу, чтобы ты посмотрел на одного мужчину. – Гзур указал на вождя. – Не возьмешь его в ученики?
– Мой инструмент требует особого подхода. Думаешь, этот здоровяк на что-то годен?
– Не мне решать, Нзог.
– И то верно. Сейчас поглядим.
Старик кивнул владельцу копья, и тот воткнул свое оружие в землю. Взмах рукой, щелчок – и копье устремилось к пастуху. Андрей только теперь заметил в руке прибывшего плеть. В другой он уже держал копье.
– Сможешь повторить? – обратился шаман к фокуснику.
– Ловко! – Трюк пастуха очень понравился Фетрову. Он, конечно, не рассчитывал на столь же чистое исполнение, но руки так и чесались взяться за кнут. – Попробую.
Старик воткнул копье в землю и передал свое орудие землянину. Ученику освободили пространство для упражнения.
Иллюзионист не стал сразу же выполнять задание. Сначала он провел рукой по бичу, от древка к кончику плеть плавно утончалась. Будучи у основания в два пальца толщиной, на конце она едва достигала пяти миллиметров в диаметре. Парень взвесил на ладони гирьку-утяжелитель, привязанную на самом конце.
«Хлыст длиной чуть больше двух метров плюс моя рука… Итого получается три метра. Значит, расстояние до цели не больше четырех шагов. Веревка должна попасть на древко сбоку, чтобы гирька закрутилась вокруг. Вроде так, по теории».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
