Меня должна охватить эйфория, безграничная радость и все в этом духе. Но я в ступоре.
Мозгами я понимаю, что Егор совершенно не похож на Плетнева, что он не бросит меня и будет рад ребенку. В этом я не сомневаюсь. Ситуация не повторится. Мне не придется проходить через все одной, со мной будет человек, который с удовольствием разделит все заботы и радости на двоих.
Я это понимаю. Но страх — эмоция иррациональная. Он неконтролируемо захватывает мое тело, клетка за клеткой. Пока мне не становится трудно дышать и я не погружаюсь в спасительную темноту.
Глава 45
Александра
Глаза никак не хотели раскрываться. Шевелиться тоже могла с трудом, все тело словно онемело. Эта инфекция меня в конец доконала.
С огромным усилием разлепила наконец свои веки и обомлела. Белый потолок, высокое окно с вертикальными жалюзи справа и капельница слева. Проследила взглядом путь системы, который заканчивался иглой в сгибе моего локтя.
Память возвращалась ко мне урывками. Мое недомогание, терапевт, гинеколог и его ошеломляющая новость, УЗИ и темнота…
— Саша? — донесся обеспокоенный родной голос. — Она пришла в себя! — крикнул он кому-то из палаты и бросился ко мне. — Как же ты меня напугала!
Егор сел рядом, обхватил двумя руками одну мою свободную и прижал ее к своим губам.
— Я только приехал, мне ничего толком не говорят. Пускать сначала тоже не хотели.
В ответ я смогла только вяло улыбнуться и прикрыть глаза, потому что язык тоже двигался с трудом.
— Пить хочешь? — догадался сосед и напоил меня водой. — Да где этот врач? Ценник космический, а расторопность нулевая. — ворчал он, подскакивая к кровати и направляясь за врачом. Но тот его опередил.
— Александра Викторовна, как вы себя чувствуете? Головокружение? Тошнота? — спросила меня высокая шатенка с высокими скулами и кошачьим разрезом глаз. Невольно засмотревшись на такую яркую внешность доктора, я отреагировала не сразу на ее вопросы.
Прочистила горло откашлявшись и сипло отчиталась:
— Голова кружится, но не тошнит. Давно я здесь? — задала первый вопрос, что пришел на ум.
Почему-то сразу вспомнились бразильские сериалы, в которых есть изобилие случаев с длительной комой у главных героев. Взгляд сразу упал на мой все еще плоский живот. Я здесь явно не так давно.
— Пару часов. У вас резко упало давление, а с учетом общего эмоционального истощения на фоне вашего положения получился такой неприятный результат. — отрапортовала врач.
— Со мной… С ним… Это никак не повлияло на мое состояние? — не могла правильно подобрать слова и кидала косой взгляд на Егора.
Если я действительно беременна и это не галлюцинация моего воспаленного мозга, то он заслуживает того, чтобы узнать новость от меня лично. А не случайно в разговоре с доктором.
Врач тоже покосилась на соседа и ответила, как можно более нейтрально.:
— Пока точно не известно, необходимо провести обследование, сдать дополнительные анализы. Но волноваться вам точно не стоит, это как раз и чревато последствиями. — она многозначительно приподняла брови.
— Хорошо, я поняла вас. — кивнула ей.
— Тогда я вас оставлю еще ненадолго. — правильно поняла она мое желание остаться с Егором наедине и добавила уже для него, — Но долго не засиживайтесь, пациентке необходим покой.
Сосед согласно кивнул и снова сел ко мне под бок, заключая мою руку в свой капкан.
— Да уж. Досталось же тебе. Мало того, что этот урод нервы тебе вымотал, так еще и иммунитет не к черту ослабил! — злился Егор. — Извини, просто очень напугался за тебя.
Ну почему он всегда такой милый, даже когда злится. Так и хочется свернуться калачиком у него на коленях и никуда не вставать. А если он при этом зароется рукой в волосы лениво пропуская их сквозь пальцы, то я готова замурлыкать.
М-да. Не замечала за собой раньше таких умилительных мыслей на грани бреда. Чертовы гормоны устроили настоящий бунт, заставляю ластиться к виновнику моего состояния!
— Егор, я должна тебе кое-что рассказать. — с трудом выныривая из сладких мыслей и вынимая руку из его ладоней, от греха подальше, объявила соседу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он ощутимо напрягся и сдвинул брови.
— В общем, это не инфекция.
— Это я уже понял.
— И не стресс…
— Так. Угу. — качает он головой. — Не понял, а что тогда?
Я глубоко вздыхаю, что бы набрать воздух в лёгкие и на одном дыхание произношу:
— Я беременна.
Сосед замер, его большие глаза широко распахнулись в неверии глядя на меня.
— Беременна? — шокировано спрашивает он. — Ты уверена?
Он так изумлен и серьезен, что мне становится не по себе. Разве так радуются будущему отцовству?
Против воли в голову закрадываются предательские мысли о том, что он и не обязан быть рад. Может он вообще никогда не хотел детей. Может его пугают младенцы и поэтому он не заводил своих детей. Ведь Алька-то уже подросшая, максимально похожая на взрослого человека…
— Конечно, уверена. — напустив на себя холодную вежливость отвечаю ему. — Я сама слышала сердцебиение плода на УЗИ.
— Что? УЗИ? Когда? Почему без меня? — тут же распаляется Егор.
— Потому что гинеколог меня сразу направила туда, как только увидела на осмотре, что я в положении. — объясняю соседу.
— Саааш. — вся его серьезность вдруг куда-то испаряется в один миг, а на ее место приходит влажный блеск в глазах и шальная улыбка. Он бережно обхватывает мое лицо своими крупным ладонями спрашивает, глядя на меня с надеждой, — У нас правда будет ребенок?
— Угу. — отвечаю ему и чувствую, как у меня тоже выступают слезы.
Как я вообще могла сомневаться в нем? В самом надежном и родном. В том, кто любит меня больше всех на свете, оберегает от любой напасти и поддерживает во всем.
Сосед покрывает мое лицо невесомыми поцелуями, а я тянусь к нему ближе, желая более тесного контакта. Но игла в вене против такого расклада и морщась от боли, я возвращаюсь в полу-лежачее положение.
— Обалдеть, Сашка. Ты даже не представляешь, что это значит для меня и насколько я счастлив сейчас! — все еще под впечатлением говорит Егор. — Но стану еще счастливее, когда ты поправишься! — уже серьезно добавляет он и начинает суетиться, — Вам с малышом сейчас ничего не угрожает? Врач сказал отдыхать больше? Так что давай, ложись сейчас же!
— Воронецкий, если ты так будешь весь оставшийся срок надо мной трястись, то я просто с ума сойду. — смеюсь я и вспоминаю, как отцу не нравились наши с мамой причитания в больнице. Теперь я его очень даже понимаю.
Егор снова застывает на месте. Но я не понимаю, чем могло напрячь его шуточное подначивание.
— Кстати об этом, Савицкая. — выделяет он мою фамилию. — Я сейчас! Будь здесь! — говорит он уже выбегая из палаты.
— Да куда же я денусь отсюда? — говорю уже сама себе снова смеясь.
Егор возвращается минут через десять. Взъерошенный и запыхавшийся.
— Это, конечно, не самое удачное время и место. Но все же, — он достает из кармана брюк футляр и встает на одно колено. Мамочки! — Саша, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. — он достает из футляра кольцо и надевает его на мой безымянный палец, не встречая никакого сопротивления. — Планировал сделать это на выходных, в романтичной обстановке. Но думаю сейчас самое время, пока ты себе не надумала всякого, вроде того, что я хочу жениться на тебе из-за ребенка или что-то в этом духе. — хмыкает он и сразу улыбается.
Я же не могу сказать и слова. В горле ком, а по щекам снова бегут слезы. Егор знает меня как никто другой. Он не только способен предугадать ход моих возможных неуверенных мыслей, но и предотвратить их появление вообще в принципе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Не знаю, чем я заслужила такого человека рядом с собой, но я от него ни за что не откажусь.
— Я бы так не подумала. — всхлипывая говорю вместо согласия и украдкой любуюсь аккуратным колечком на безымянном пальце.
— Вот и правильно. — хвалит Егор, целуя меня в губы. — Потому что главная причина в том, что мы любим друг друга. А все остальное — приятные бонусы.
