Полагаю, сейчас он поспешно пакует вещи. — Кристоф победно усмехнулся.
— А папа… Нет, я тоже не желаю это знать, — пробормотала Эльма. Что бы ни таилось в прошлом ее отца, она предпочитала оставаться в стороне. Папа давно покончил с криминалом, даже если когда-то имел с ним дело, однако вполне естественно, что он в курсе жизни своих бывших… коллег. Такие вещи не забываются и не остаются навсегда позади. Разумеется, он мог знать и имена, и некоторые подробности. Но Эльму и Кристофа это не касается. Уже нет. — Значит, все кончилось, — произнесла она. — Ты победил. Ты герой, Кристоф. Самый настоящий герой.
— Но все это произошло не только потому, что я старался выиграть. Ты помогла мне. — Кристоф подался вперед и накрыл своей ладонью руку Эльмы. — Без тебя эта победа и наполовину не имела бы того вкуса и того результата. Я выиграл ради тебя и себя. Ради нас обоих.
Эльма затаила дыхание.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Только то, что я люблю тебя.
Эльма не верила своим ушам. Вот он, тот момент, которого она так ждала. Она не верила, что он наступил.
— Ты же вел себя так, как будто…
— Я хотел тебя защитить. Как мог, как умел.
— Нет, подожди. — Эльма убрала руку. — Повтори это еще раз, чтобы у меня не было сомнений.
— Я люблю тебя, — произнес Кристоф, глядя ей в глаза. — Не знаю, с первого взгляда или нет, но я влюбился в тебя без памяти. Извини, если очень хорошо это скрывал. Я боялся за тебя — безумно боялся! — и не мог допустить, чтобы мой враг проведал, насколько ты мне дорога. Блэклок уж точно не верит в любовь, он думает, что ты всего лишь моя подружка, развлечение. Это не так.
— Очень приятно, что не так, — тихо произнесла Эльма.
Она не смогла бы описать то, что сейчас творилось в ее душе, одним словом. Восторг? Радость? Облегчение? Множество эмоций смешалось. И тем не менее одним словом это можно назвать.
Счастье.
— А я думала, что ты так и воспринимаешь меня. Как развлечение.
— Ты заблуждалась.
Осторожное покашливание прервало их: рядом стоял официант с запотевшей бутылкой шампанского в серебряном ведерке. Янтарная жидкость полилась в бокалы, поплыла игристыми пузырьками — сама квинтэссенция победы и счастья.
— Я мог бы помедлить еще немного, но мне не хочется тянуть. Не желаю терять ни дня. — Кристоф подождал, пока официант удалится, и заговорил снова. — Может, ты сумеешь простить меня за то, как я вел себя с тобой. Простить и… ответить на один вопрос. — Он протянул руку и поставил перед Эльмой красную бархатную коробочку.
Словно пребывая во власти сна, Эльма открыла ее — и едва не зажмурилась от попавшего ей в глаза острого блика. Это оказалось старинное кольцо в тяжелой оправе, с крупным бриллиантом.
— Это один из фамильных перстней, — объяснил Кристоф. — Сегодня утром я взял его у матери. Его дарят будущей графине фон Адлертрененштайн, если, конечно, девушка, которую выбирает граф, согласится стать хозяйкой его замка.
— У твоей матери? — уточнила Эльма. — А она не была против?
— Она не настолько закоснела во взглядах, — сказал Кристоф. — Думаю, со временем вы поладите. Это все мелочи. Может быть, ты ответишь?
— Ты еще не задал вопроса, — лукаво улыбнулась Эльма.
— Извини. Совсем упустил из виду. Я никогда не делал этого и немного дезориентирован. — Он вновь улыбнулся — на сей раз мягко и немного растерянно. — Ты выйдешь за меня замуж, Эльма Фиески?
Она подождала немного, сохраняя загадочное выражение лица, чтобы чуть-чуть помучить Кристофа, ведь он так долго держал ее в неведении! Но дольше нескольких секунд Эльме не удалось продержаться.
— Да!
Эпилог
— Эльма! Эльма, ну где же вы?!
— Я здесь! — Она закончила прикреплять огромную золотую звезду к верхушке елки и вцепилась в шаткую стремянку, чтобы не сверзиться вместе с нею на пол танцевального зала. Вот будет сюрприз, если она себе что-нибудь сломает аккурат под Рождество! Кристоф ждет он нее других подарков.
— Боже! Не упадите! — Герлинда нарисовалась внизу, встревоженно глядя вверх. — Почему вы полезли сами? Надо было попросить Экберта!
— Экберту за семьдесят! — возмутилась Эльма. — Для него эта лестница еще опаснее, чем для меня. И я буду вам очень благодарна, если вы ее подержите, пока я буду спускаться.
Герлинда вцепилась в ступеньки.
— Вот так. — Эльма по дороге поправила парочку серебряных шаров, висевших кривовато, и наконец спустилась. — Уф! Готово. Космонавтам и то легче! — Она задрала голову, с удовольствием рассматривая дело рук своих. Елка искрилась и переливалась. Настоящая лесная красавица.
Елку привезли еще вчера, и всю ночь Эльма проворочалась. С детства не забытый восторг маленькой девочки, которой доверили украшать рождественскую ель. В старинном зале, окаймленном галереей, на которой висели тщательно подобранные гирлянды, ель смотрелась роскошно. От нее шел упоительный запах живого дерева, тайны и сказки. Эльма была в восторге.
— Хорошо, что Кристоф не видел, как вы скачете по этой шаткой лестнице, — пробормотала Герлинда.
— Ну, мы ведь ему не расскажем, правда? — заговорщически подмигнула Эльма.
Герлинда подмигнула в ответ. Фамильное перемигивание семьи Фиески прижилось и в новой семье Эльмы — легко и непринужденно.
Строительная фирма синьора Фиески предложила помощь культурному объекту — замку Адлер. Теперь отец и его компания являлись официальными спонсорами замка, что выражалось в строительных материалах, возникших как по волшебству, наличии рабочих и реставрации за счет компании. Сейчас, зимой, реставрационные работы были временно приостановлены, но и то, что успели сделать до наступления холодов, впечатляло.
В замке установили современную систему сигнализации, обновили проводку, наладили везде электричество, вычистили самые отдаленные уголки. Деревянные перекрытия укрепили, лестницы привели в порядок, и все теперь сияло чистотой. Зоны посещения туристов были специально оговорены и огорожены.
По зрелом размышлении Кристоф решил не отказываться от контракта с «Марко». Они с Торой сошлись на эксклюзивных экскурсиях: туристов привозили в Адлертрененштайн только во вторник, среду и пятницу, в строго определенные часы и в небольших количествах. Все остальное время принадлежало графской семье, и семья распоряжалась им как хотела.
Эльма оставила работу в агентстве — замок требовал постоянного присмотра и неустанных забот. Например, подготовки рождественского бала и украшения елки.
— Хорошо получилось, правда? — Эльма отошла подальше, чтобы в полной мере оценить свою работу.
