в Колоде стронги сработала, как набат, быстро разносясь по всему стабу, любой его житель знал, что эти твердолобые парни уважают только мёртвых муров и всех местных считают таковыми, без исключений. Стрелял каждый дом, в стронгов летело всё от пуль до стрел и арбалетных болтов из окон домов, приоткрытых гаражных боксов, с каждой крыши или просто от кучи мусора, интенсивность сопротивления возрастала, чем дальше они продвигались от главного КПП. Ближе к центру плотность огня просто зашкалила мыслимые пределы. Муры обдолбанные спеком вылазили из самых необычных мест, или просто выскочив из-за угла неслись по улице на встречу стронгам с противотанковой миной и гранатой в обнимку. К вечеру людям Жнеца удалось занять добрую треть стаба, все КПП и взять под контроль стены, каждый стронг был ранен с разной степенью тяжести и поэтому об использовании даров уже не шло и речи. Появились первые 200-е, благодаря муровским камикадзе и некоторые тяжелораненые бойцы просто вытекли из-за того, что им сложно было оказать помощь под постоянным огнём. Любой хоть на секунду открывшийся тут же ловил шальную пулю. Большая часть строений оседала и разваливалась по линии боестолкновений, сокращая возможность укрытия. Улицы из не проездных становились непроходимыми.
К середине ночи всё неожиданно стихло. Возможно, у муров просто кончился БК, или ещё какая-то хрень случилась… типа спековый передоз. Стронги спешили, оттаскивая с «ленточки» (1) раненых и оборудовали огневые позиции из обломков домов. Пока о продвижении дальше никто из командиров не заикался.
Новый день едва наступил и всех недавно угомонившихся обитателей стаба разбудила громкая работа артиллерии и крупнокалиберные пулемёты, стронги ударили по приближающейся к Колоде муровской колонне, картёжники даже не успели толком огрызнуться, как их целиком разложили на подъездном серпантине дороги.
Жнец устало потёр глаза заслушивая доклады командиров, о происшествиях пока он на пару часов отключался. – Потери? - Что с городом? - Мы ещё можем продолжать зачистку? – поинтересовался Жнец.
- Так всё прекратилось, в самой глубине ещё кто-то шумит, а так остальные все вдруг стали очень мирными и готовы к сотрудничеству – заявил довольный Матрос.
Муры численностью не более десятка собрались возле ворот цитадели возвышающейся непреступной крепостью посреди стаба. Кто-то вяло и безрезультатно накидывал из автомата короткими очередями в узкие окна-бойницы, а большая часть просто бухала и кололась, тут же жарились сосиски и раздавались матерные крики вперемешку с угрозами в адрес невидимых защитников самой цитадели.
Этот весёлый пикничок стронги и разобрали вмиг, потом не церемонясь вынесли с РПГ входные ворота укрепления, обнаружив внутри пятёрку таки же обдолбанных муров и дюжину перепуганных полуголых девиц.
- Мне языка срочно, закрыть все КПП на вход и выход, назначь дежурства, к вечеру организовать местный полезный мирняк на собрание. Остальных муров двухсотим.
- И ещё Матрос, надо отправить вестового в штаб корпуса с координатами стаба Гранит – отдавал первые распоряжения Жнец своему заму, в новом стронговском стабе.
****
В деревне Гнилушка.
На улице в центре деревни Сотник, Шустрый и какой-то рейдер, оставленный в подкрепление Когтем, слабо зашевелились, подавая первые признаки жизни. Пока засевшим на правом фланге мурам они были не видны из-за складок местности, а идущие в атаку по полю не могли их видеть благодаря большому расстоянию и церквушке. Но все понимали, что это ненадолго. Удалось задвухсотить нескольких муров идущих с отрядом так сказать бывалых, просто этим не повезло оказаться под щитами. Наши позиции уже были раскрыты, и противник принялся накидывать именно нам с обоих сторон, пока, напрочь игнорируя стрельбу Когтя. Плотность огня в нашу сторону постепенно росла, прилетели первые выстрелы из РПГ, пока, просто осыпав нас землёй.
- Старый это Гаечка. Можно Рубинчику со стаей подходить? А то он волнуется, взрывы сильные – спросила по рации девушка – потом послышалось - ой больно - на этом связь неожиданно оборвалась.
- Белка. Старому. Гаечка словила шальную пулю, - всё уже лечу, - не нервничай. Приём.
Сердце повидавшего многое подполковника на мгновение замерло и снова застучало, разгоняя адреналин, за себя он давно отбоялся, но вот разучиться беспокоиться за свою девочку уже не мог.
Неожиданно Старый ощутил лёгкое колыхание воздуха и только что находившееся рядом облако рыжих волос исчезло и проявилось на деревенской улице с флягой живчика возле своего ненаглядного Сотника.
- Да чего они всё на рожон то лезут эти… - взвыл Старый.
Недавно ещё затухающая перестрелка вновь возобновилась с нарастающей силой, нельзя было дать мурам поднять головы из-за своих укрытий. Тем временем наш рыжеволосый телепорт, отпаивала уже всех троих бойцов живцом ползая между ними.
- Стинг. Сойке. Уходи дура, скоро опять разряд будет – закричал в рацию, наверно почувствовав неладное.
Сойка даже не думала спасаться, она находилась рядом со своим упёртым имперским унтером и была нужна ему, как никогда в жизни. Сотник только начинал оживать и был очень беспомощен. На общей частоте послышалось слабое и непонятное бормотание, как будто кто-то нечаянно зажал тангенту рации.
Так и было.
Петляя и пригибаясь, словно это могло помочь здоровяку хоть как-то скрыться из вида, к застрявшим на улочке бойцам и Сойке спешил Медведь.
- Тина, Тиночка моя, я тебя спасу, Тина я сейчас, ты только дождись, я больше не брошу – бубнил в рацию свою нескончаемую мантру рейдер.
Старому и Стингу оставалось только материться на всю складывающуюся ситуацию в целом и явно поехавшего кукухой бойца в частности. Весь рисунок боя шёл по пизде. Даже крупный калибр из их карабинов, способный поразить бойца за бронёй, вяз в силовом поле муровских щитовиков. Сверкнули молнии и грянул гром, к этому времени Медведь успел добраться к рыжеволосой и встать между ней и мурами закрывая собой.
Непонятно, что именно произошло, но все молнии собрались в кучу и попали в здоровяка втыкаясь и навсегда пропадая в массивном теле, в него же летели и все выпущенные мурами пули.
Он продолжал так стоять ещё несколько долгих секунд.
- Живи Тиночка, только живи – напоследок услышали все по открытому каналу, прежде чем Медведь рухнул мёртвым. Возможно, это был хороший и нужный дар, который мог принести пользу, при правильном применении, но рейдер поймал на себя слишком большой урон разом.
Над Сойкой и тройкой рейдеров вновь замерцало защитное поле Сотника.
За позицией муров, откуда недавно прилетел разряд молнии, неожиданно прогремел другой гром.
- Не стреляйте, там мой Рубинчик – почти закричала в рацию Гаечка.
А мы и не могли,
