– Я так не думаю, – его губы трогают почти не заметная улыбка, но глаза остаются серьезными.
Градов закрывает дверь, а затем бросив дорожную сумку, садиться на диван. Матвей склоняет голову набок и снова возвращает свое внимание ко мне. В его взгляде отражается огромный спектр эмоций и чувств, что совсем не свойственно этому человеку. Я предполагаю, что могло произойти, – скорее всего, он встретился с Глебом, и только после разговора с моим пока ещё мужем Градов решил действовать. Сама по себе эта мысль мне неприятна. Выходит, что Матвей поверил Глебу, а мои слова для него ничего не значили. Хотя это и неудивительно, ведь он считает, что про таблетки я солгала, но по факту – просто увильнула от темы.
По правде говоря, для меня самой беременность стала большой неожиданностью. Кроме как чудом – это никак не назовёшь. Я не обманывала Матвея, и сейчас как бы то не было, я рада что именно он станет отцом моего ребёнка. Даже если повернуть время вспять, менять я ничего бы не стала.
— Марго, давай начистоту, – негромко начинает Матвей. – На минуточку поставь себя на моё место. Как бы отреагировала ты? Ты говоришь мне, что я скором времени стану отцом, хотя сама в этот момент находишься замужем за другим человеком. Опустим ситуацию с таблетками. И даже если таблетки ты не принимала, мне-то было сказано, что волноваться ни о чем. Да плевать. Что было, то было. Сейчас я просто хочу правды. Расскажи мне всё, как есть.
— После нашего с тобой разрыва три года назад, — начинаю я, усаживаясь на диван рядом с Матвеем, — я долгое время была одна. Потом появился Глеб, и все закрутилось. Я хотела ребенка, поэтому бегала по обследованиям, где выяснилось, что у меня есть некоторые проблемы, в том числе и в гормональном плане.
— Продолжай, — кивает Градов, когда я делаю короткую паузу. Пытаюсь собраться с мыслями — не могу в его присутствии перестать волноваться.
— В общем, долгое время я не могла забеременеть. А здесь случилось чудо, не иначе, — я мягко улыбаюсь, но Матвей по-прежнему серьезен. Он ждет продолжения.
— А что насчет твоего мужа? — он наклоняется ближе.
— Между мной и Глебом уже несколько месяцев ничего нет, — произношу спокойно, только это спокойствие мнимое. — Наши отношения в какой-то момент переросли в дружеские, но нас обоих это устраивало. Мы решили пожениться, а перед самой свадьбой Глеб уехал в длительную командировку. Это был тот момент, когда ты вернулся в страну.
— Но ты все равно вышла за него, Марго, — с нажимом произносит мужчина.
— Он вернулся за день до свадьбы, и мы не успели поговорить, — уклончиво отвечаю я. — Сыграли свадьбу.
В этом есть доля правды. Не стану же я говорить, что здесь имели место быть еще несколько факторов: поведение Матвея, когда он бросил меня без объяснений, и моя агрессия в его сторону.
— А после честно поговорили, — добавляю я.
Градов пристально смотрит мне в глаза, будто пытается понять, говорю я правду или лгу. Но если он все же встречался с Ланским, что вероятнее всего, то у него не должно быть никаких сомнений в правдивости моих слов.
— Хорошо, — кивает мужчина. Похоже, наш разговор убедил его в моей честности. — Давай обсудим кое-что еще. Зачем ты заблокировала мой номер?
— Я не блокировала. С какой бы стати я стала это делать? Сам подумай, — быстро говорю я. — Я звонила тебе, ты не ответил, потом телефон был недоступен.
— Марго, я точно знаю, что мой номер в твоем телефоне был заблокирован. Сейчас ты смогла до меня дозвониться, а это значит, что кто-то его разблокировал. Кто? — лицо Градова недоуменно вытягивается.
— Так я же потеряла телефон! — восклицает так громко, как будто это объясняет всю сложившуюся ситуацию.
— Продолжай.
— За день до вылета я потеряла телефон, — прищуриваясь я. — в тот же вечер мы с мамой пошли в торговый центр, и я купила новый телефон. Сим–карту восстановила. Все ответы нужно искать в старом телефоне, но его так и не нашли.
— Перед тем, как уехать, я был у тебя, Марго, — Матвей упирается локтями в колени, обхватив ладонями затылок, и продолжает: — Дверь открыла твоя мать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И что она сказала? — последняя фраза Градова наталкивает меня на определённые мысли. Кажется, я знаю, что произошло три недели назад.
— Она сказала, чтобы я оставил тебя в покое, — ехидно усмехается он. — А и ещё она сказала, что ты выходишь замуж. Сначала я решил, что она нарочно так говорит. Мы ведь оба знаем её отношение ко мне. А когда вернулся все встало на свои места. Галина Дмитриевна не солгала.
— Как она могла так поступить? — шепчу я, чувствуя, как горло подкатывает ком.
— Это в духе твоей матери.
Мама заблокировала номер Матвея в старом телефоне, поэтому он не мог до меня дозвониться. Скорее всего, она изменила некоторые цифры в его номере или во все их стерла, чтобы и я ничего не заподозрила.
В груди рождается ненависть. Ненависть на самого близкого и родного человека – на мою маму. Теперь понятно, почему в последнее время она была такой счастливой. Эта женщина добилась своего, но только она не ушла одного – того, что Матвей может вернуться.
— Почему ты так резко уехал, Матвей? — спустя несколько минут молчания я продолжаю разговор.
— Прости, Марго, но я пока не могу поговорить с тобой об этом. И я не хочу впутывать тебя туда, где тебе совсем не место. Дай мне время, — спокойно произносит мужчина, заглядывая мне в глаза. — Однажды, мы сможем об этом поговорить.
— Зачем ты приехал? — задаю прямой вопрос.
— Ты носишь под сердцем моего ребёнка, — мгновенно отвечает он, касаюсь рукой моего запястья.
— Причина только в этом? — я резко убираю руку. — Еще совсем недавно ты говорил: если ты не хочешь этого ребёнка, то есть варианты. Помнишь?
— Прости меня за это, — в его взгляде читается неподдельная искренность. — Не стану оправдываться за эти слова. Одно ты должна знать — я хочу этого ребёнка.
— И что будет с нами дальше? — спрашиваю я.
Впервые в жизни мы с Градовым говорим открыто, без прикрас. Разумеется, я с волнением задаю ему прямые вопросы, и с замиранием сердца жду на них ответы. Но мне бы хотелось знать больше, чем может рассказать он в настоящий момент.
— Марго, ты значишь для меня гораздо больше, чем думаешь, — глухо произносит мужчина, не отводя от меня своих тёмных глаз.
Я не знаю, как реагировать на его слова. С одной стороны, услышав их, я почувствовала, как моё сердце радостно подпрыгнуло в груди, но, с другой, и мне совершенно не понятен ход мыслей Матвея.
— Что ты хочешь этим сказать? — моё дыхание учащается.
Его пальцы касаются моей щеки, опаляя нежную кожу своим теплом. Мне так хочется верить ему, ведь он тоже значит для меня намного больше чем кто бы то ни был. После всего того, что между нами было, как плохого, так и хорошего, я просто не могу выкинуть этого мужчину из своего сердца. Тем более, сейчас.
— Ты сама знаешь ответ на свой вопрос, — он осторожно, будто я сделана из хрусталя, притягивает меня к себе и усаживает на колени.
Мужчина зарывается носом в мои волосы, а затем отодвигает их, открывая тонкую шею для поцелуя. Он почти неощутимо касается губами наиболее чувствительного места на моем теле, а я прикрываю глаза от возможности вновь оказаться в его объятиях.
— В ближайшее время я решу вопрос с твоей должностью, Марго. Можешь не волноваться, место останется твоим, — спокойно говорит мужчина, а я буквально цепенею от его слов.
— Спасибо, — с трудом выдавливаю из себя, мягко отстраняясь.
Хочу задать еще один вопрос — самый очевидный, но слова застревают где-то поперек горла. Зачем навязываться, если сам Матвей не говорит ни о нас, ни о свадьбе, ни о том, как мы будем жить дальше. Возможно, он считает, что его приезд является прямым объяснением наших дальнейших взаимоотношений. Но это всего лишь мои домыслы.
Мужчина смотрит на мой чуть приоткрытый рот, а затем возвращает внимание к глазам. Наши взгляды снова переплетаются.
