— Папина доченька, — пробормотала я, уплывая в царство Морфея.
ГЛАВА 37
Роуэн
Я такая идиотка.
Вот она я, с моим прекрасным малышом и мужем, который любит меня, но почему же я так несчастна, понятия не имею.
Кайл был потрясающим. Он так хорошо обо мне заботился, но я не могла заставить себя сказать ему, что в первые дни изо всех сил старалась удержать Мию. Я боялась, что у меня будет еще один приступ, что с ней случится что-то плохое. Иногда мне приходилось прикладывать все свои силы, чтобы поднять ее, но, к счастью, он был рядом, чтобы сделать это для меня.
Пока я приспосабливалась к этому хаосу, Эндрю продолжал связываться со мной. Я игнорировала его эмейлы и сообщения, не желая иметь с ним ничего общего. По какой-то причине я ничего не сказала об этом Кайлу. Он изо всех сил старался сделать меня счастливой, когда проблема была не в нем, и я не хотела причинять ему еще больше стресса.
Эндрю утверждал, что скучает по мне, что хочет моей дружбы, если ничего больше между нами быть не могло. Мне не хотелось ничего из этого. Кайл был единственным, кого я любила, кому отдала свое сердце и весь мой мир. И я никогда не сделаю ему ничего плохого, не нарочно.
Шли недели, и наша жизнь снова стала нормальной, какой и должна была быть. Мы вернулись к нашей сексуальной жизни, а я и мечтать не могла о более любящем и нежном партнере, чем Кайл. Он ласкал мои новые изгибы, целовал мой живот там, где была Мия, и мы оба наслаждались появившейся у меня грудью. Но чего-то все-таки не хватало, какой-то мелочи.
Мои проблемы с восприятием моего тела изменились. Я росла, испытывая неуверенность в том, как выгляжу; из-за веснушек, и худобы. Теперь я выглядела иначе, и мне было страшно, что Кайл решит, будто я ему больше не нравлюсь. Я знала, он так не поступит, но это не давало мне покоя, даже когда мы занимались любовью.
Я не могла оставаться в таком состоянии, поэтому завела привычку каждый день водить Мию в парк на прогулку. Я кормила уток, грелась на солнышке и болтала с ней. Рассказывала истории из своей жизни, как мы с ее отцом познакомились, и как сильно я их любила.
После первой недели все вокруг стало казаться лучше. Свежий воздух и время, проведенное на отдыхе с ребенком, помогали мне. Возможно по этой же причине она лучше спала по ночам. И впервые за долгое время я чувствовала себя живой.
В конце недели Мия впервые уснула рано. Я знала, она проснется посреди ночи, чтобы поесть, но было приятно просто поваляться на диване с Кайлом и на время забыть обо всем.
— Ты просто сияешь, — сказал он, уткнувшись носом мне в шею. — С тобой определенно что-то происходит.
Я рассмеялась. — Я просто все время устаю, и прогулки на улице помогли мне. Мия потрясающий ребенок; приятно быть матерью, а не чувствовать все время усталость.
Кайл нежно поцеловал меня. — Я знаю, о чем ты, и считаю, что ты невероятная. Ты — замечательная мама, и потрясающая жена. Знаю, тяжело было привыкнуть к тому, что у нас в доме ребенок, но мы к этому идем, Роуэн. Я всегда здесь, чтобы помочь, если тебе нужно. Никогда не думай, что ты должна все делать сама.
— Я знаю. Ты такой хороший. Все так сильно изменилось, но ты всегда рядом, когда нужен мне. Просто в последнее время я чувствую себя как в тумане, но теперь мне кажется, что я вижу свет в конце тоннеля.
Он коснулся рукой моей груди, лаская ее и поглаживая затвердевший сосок. — Тебе это нравится, не так ли? — спросила я, смеясь.
— Ты же знаешь, мне всегда нравилась твоя грудь, сейчас, когда она больше, мне есть что потискать.
— Что же ты будешь делать, если она исчезнет, когда я закончу кормить грудью?
Он ухмыльнулся. — Роуэн, меня это не волнует. Ты прекрасна, и я всегда хочу прикасаться к тебе. Иногда мысли о тебе отвлекают меня на работе, и все, чего мне хочется, это вернуться домой и увести тебя в постель.
— И почему ты этого не делаешь? — прошептала я
— Я думал, что ты пытаешься установить распорядок дня с Мией.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я бы не возражала против твоего вмешательства. Тебе просто нужно правильно рассчитать время.
Кайл рассмеялся. — Тогда скажи мне, во сколько она засыпает днем, и я буду здесь.
— Пошли в кровать сейчас, пока она спит.
— Тебе не нужно просить меня дважды.
Я рассмеялась, вставая и направляясь в спальню. На кофейном столике мой телефон зазвенел, сообщая о входящем сообщении.
— Не собираешься проверить, что там? — спросил Кайл.
— Это не так важно, как отправиться в постель с моим мужем, что бы это ни было.
Проходя мимо, он взял мой телефон. — Уверена? Это может быть твоя мама.
Я закатила глаза. — Ладно. Без разницы. Я посмотрю, что там, просто тащи свою задницу в спальню.
Он протянул мне телефон, и я проверила сообщение. Я закрыла глаза от того, что увидела, и улыбнулась. — Ничего особенного, пойдем спать.
— И что это там было? У тебя такой странный вид.
— Я в порядке.
— Роуэн, — произнес он, а потом забрал у меня телефон и посмотрел сам.
Он просто стоял и смотрел на экран. Вся радость исчезла с его лица, и я все бы отдала, чтобы узнать, о чем он думает в этот момент.
— Как долго?
— Я не обращаю на них внимания, Кайл. Меня не интересует, что он скажет.
— Как долго это продолжается?
Я покачала головой. — Ничего не происходит. Он пишет мне электронные письма и сообщения, говорит, что хочет снова стать друзьями. Я игнорирую его, потому что не хочу иметь с ним ничего общего. Просто хочу жить своей жизнью.
— Тогда почему ты мне не рассказала? — Он посмотрел на меня с такой болью в глазах, что у меня чуть сердце не разбилось.
— Не хотела тебя расстраивать. Клянусь, я ни разу ему не ответила, Кайл. Если ты пролистаешь сообщения, увидишь, что ответов нет. Можешь проверить и мою почту, если хочешь.
— Ты скрывала это от меня, Роуэн. Я здесь, чтобы защищать тебя, а у тебя от меня секреты.
Я пожала плечами. — Не думала, что это стоит упоминания. Он больше не является моей жизнью. Моя жизнь — это ты.
Кайл опустился на диван. Весь энтузиазм по поводу того, что мы собирались сделать, исчез в мгновение ока.
— Я скажу ему оставить меня в покое. Ты же знаешь, я уже сказала ему, что мне не нужна его дружба.
— Он написал, что скучает по тебе и любит тебя. Знаешь, как это выглядит сейчас?
Я кивнула. — Знаю. Но клянусь тебе, Кайл, единственный мужчина, которого я люблю, это ты. Единственный мужчина, с которым я спала, это ты. Я и за миллион лет не позволю ему прикоснуться ко мне. Когда он не смог получить то, чего хочет, он обозвал меня и унизил. Ты бы никогда так не поступил. Все эти годы я считала себя страшной, а ты заставил меня почувствовать себя прекрасной. Никто другой никогда не делал этого для меня.
Он положил телефон на стол. — Ты прекрасна. Он знает это, и заставлял тебя так себя чувствовать все эти годы, зная, если у тебя низкая самооценка, то он всегда будет держать тебя про запас. Ты этого не знала, не так ли? — Его глаза умоляюще смотрели на меня, кулаки сжались, и я знала, что он борется с искушением найти Эндрю и ударить его.
— Знаю. Я должно была рассказать тебе. Просто ты такой идеальный; теплый, любящий, сексуальный, и любишь меня и только меня. Мне не хотелось тебя расстраивать.
Кайл встал, взял мои руки в свои и посмотрел мне в глаза. — Нет ничего, что ты не могла бы мне рассказать. Ничего не выйдет, если мы оба не будем открыты и честны друг с другом, Роуэн. То, что я чувствую к тебе, ошеломляет, и мысль о том, что ты хранишь от меня секреты, убивает меня. Особенно из-за него.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я вздохнула. — Я делала это не ради него, а ради тебя. Последние несколько недель я просто чувствовала себя под таким давлением. Мне страшно после того, что произошло в больнице. Честно говоря, я была отвлечена желанием защитить нашу дочь от всего, что может случиться со мной, и даже не думала о том, что Эндрю свяжется со мной.
