буду не в силах. Потому что с Ритой так охуенно, как не было ни с кем. Мы снова сходим с ума, стоны, объятия, резкие движения до помешательства, отдаемся без остатка, окунаемся в омут с головой. Словно это наша единственная возможность насладиться друг другом, а дальше... Дальше обязательно наступит полный пиздец. А пока что мы ещё немного полетаем.
Просыпаюсь до будильника оттого, что затекла рука, и тут же вспоминаю, что происходило вчера вечером. И ночью. Риту я никуда не отпустил, она, в общем-то, не была против. Лежит сейчас на плече и тихо сопит мне в шею. Улыбнувшись, легко прижимаю её к себе. Целую в висок и делаю глубокий вздох. Всё, конечно, охуенно, но как теперь разгребать - понятия не имею. Мы почти не говорили, изредка нарушая неловкое молчание, но темы, что будет дальше, не касались.
В голову лезут странные мысли: а что, если бы Рита не сошлась с Кириллом? Если бы мы с ней не были связаны запретом, могло бы быть у нас будущее? Тут же одергиваю себя.
Будущее, Власов? Ты, блядь, сейчас серьезно?
Холостяк со стажем и приверженец свободных отношений?
Осторожно выбираюсь, стараясь не разбудить девушку, и сажусь на кровати. Рита тянет на себя одеяло, обнимая его руками и закидывая ногу сверху. Улыбается во сне, а я не могу оторвать взгляд от неё. Она невероятная. Искренняя, настоящая.
И сексуальная. Обнаженное тело, стройные ноги, изгибы - всё это снова заводит. Остается руку протянуть и прикоснуться, провести вверх по гладкой коже, вырвать очередной стон, но вместо этого лишь потираю лицо.
Встав, натягиваю джинсы и направляюсь в кухню. На полу разбросанные рисунки, чашка и ваза, из которой высыпались фрукты. Теперь понятно, что падало, пока мы укрощали вспыхнувший ураган. Наклонившись, поднимаю пустой бокал.
Рита, может, немного выпила, но я-то был абсолютно трезв. И сейчас готов нести ответственность за случившееся, но что нужно ей?
Голова тяжелая, в желудке пусто, однозначно сначала нужно пожрать. Думать невозможно.
Поднимаю всё с пола, рисунки складываю стопкой и определяю на стол. Открываю холодильник: ладно, можно сделать омлет и сварить кофе.
И только сейчас замечаю лежащие у окна трусики девушки, тонкое кружево, почти невесомое, усмехаюсь, поднимая их.
- Это моё, - слышу тут же и оборачиваюсь.
Рита стоит в проеме, уже в платье. Взгляд мрачный, вот только не понимаю, что не так.
Протягиваю ей свою находку, поднимая брови. Девушка подходит быстрыми шагами, выхватив нижнее белье из рук, разворачивается, но я перехватываю её и притягиваю к себе со спины. Она охерительно пахнет и дышит так часто, будто воздуха не хватает. Наклоняюсь и шепчу, чувствуя, что девушка на меня за что-то злится:
- И что же произошло за то время, пока я готовил завтрак?
Глава 24 Рита
Открываю глаза и замираю.
Господи.
Я переспала с Димой. Несколько раз. И это было даже лучше, чем я себе представляла. А я представляла, и не раз.
Трогаю губы, они до сих пор горят от поцелуев, вспоминаю, как крепко Дима сжимал меня в своих руках, как шептал моё имя. По телу тут же бегут мурашки от одних лишь мыслей. Сажусь на кровати и обхватываю себя руками: мужчины рядом нет.
На мгновение появляется страх, что он сожалеет, я усмехаюсь. Ну это вряд ли. Дима всё-таки бабник, хоть он и пытался остановиться. Возможно, муки совести не для него, зато я чувствую себя предательницей. Да, мы с Кириллом вроде как расстались, но ведь окончательной точки не было. И пусть со своей стороны я решение приняла, но остановились мы на том, что дали друг другу время подумать. Но что теперь думать, если все мои мысли заняты другим. Тем, кто этой ночью сводил меня с ума своими поцелуями.
Услышав доносящиеся из кухни звуки, оглядываюсь в поисках одежды, на тумбе начинает вибрировать телефон. Это будильник, я нажимаю кнопку выключения. На экране вспыхивает непрочитанное сообщение.
Не собираюсь его открывать, да и вообще, это не мой телефон, но вижу, контакт «Оля» и начало сообщения:
«Ты мне нужен...»
В этот момент на экране высвечивается имя «Лена». Девушка звонит, не пишет. Но гудок всего один. Будто передумала.
А у меня внутри уже закипает необъяснимая злость. Сердце громко стучит, оглушая своим ритмом. Пытаюсь успокоиться, что такого нового я узнала? Дима никогда не отличался порядочностью.
Я натягиваю платье, бюстгальтер еще в первую попытку уйти сунула в сумку, а вот трусики... С ними неувязка. Да и к черту!
Выйдя в кухню, застаю Диму как раз с этим предметом гардероба в руках. Пока он рассматривает трусики, я обвожу взглядом его сильные голые плечи, мускулистые руки и, чего таить, очень привлекательную задницу, хоть она и скрыта джинсами. Закусываю губу, потому что одно созерцание этого мужчины отдается томлением внизу живота. Выдохнув, забираю трусики и собираюсь уйти, но Дима не оставляет мне шансов, обхватывая сзади.
Его руки обжигают, как и дыхание, даже голос. Я закрываю на мгновенье глаза, словно схожу с ума. Никогда меня так не тянуло к мужчине физически. Чтобы все силы уходили, чтобы тело отказывалось сопротивляться, тая в мужских руках. И все-таки собираю волю в кулак, вырываясь из объятий. Не хочу пополнять список его Оль и Лен. И тут же мысленно осекаюсь: я уже. Когда отдалась ему вчера вечером, сама, можно сказать, дала отмашку.
- Мне надо идти, - выдыхаю, сжимая в руках шелковую ткань. Я готова убежать и без трусиков, плевать, но Дима смотрит так, что я почти осязаемо чувствую себя скованной. Словно он меня держит. Одним своим взглядом.
- Рит, - вздыхает Власов, стирая умиротворенность с лица, - не будем пороть горячку. То, что произошло, уже произошло. Давай просто спокойно поговорим.
Я машу головой. Плохо становится при одной мысли, что мы сейчас это будем обсуждать. Я с Кириллом, у Димы полчища девиц. Ничего не значащий секс, о котором не будем рассказывать никому? Что он еще может предложить? Нет уж, такое я выслушивать не готова.
И тут раздается звонок в домофон. Я застываю еще больше. Почему-то первая мысль: Кирилл. И только через мгновенье понимаю, что это невозможно даже физически. Но за эти секунды сердце успевает упасть куда-то в пятки, а потом бешено застучать у горла, в голове темнеет, в горле пересыхает. Дима, хмурясь, идет к домофону, но не успевает выйти из кухни, как звонок
