- Но для чего нужно это деревцо? - спросила я. - Для лука? Для щита?
- Это трубка в подарок. Ты должна будешь сделать ее. Я не представляла, как делаются трубки, о чем и заявила Агнес.
- Просто тебе придется быть внимательной, - ответила Агнес на мои возражения. В ее голосе сквозило нетерпение.
Сквозь туман я последовала за ней к хижине. Прежде чем войти, она взяла в руки сухой ствол молодого деревца, стоявший у стены хижины. Он выглядел в точности как и тот, что Агнес недавно показывала мне. Только этот был обрезан и частично оструган. Войдя в хижину, Агнес положила чурку на стол.
- Присаживайся, - сказала она почему-то очень официально.
Повернувшись ко мне спиной, она стала рыться в каких-то вещах, затем быстро обернулась и бросила охотничий нож в мою сторону. Нож перевернулся несколько раз в воздухе и вонзился в крышку стола, приблизительно в футе от моей руки.
Я невольно отпрянула.
- Ты невнимательна. Сними ножом оставшуюся кору. Остругивай равномерно.
Я боялась что-либо возразить, поэтому вытащила из доски нож и стала молча строгать деревяшку. Мои руки слегка дрожали. Оставшаяся кора сходила с дерева легко.
- Хорошо. А сейчас вырежи на конце маленький кру жок, вроде этого, - показав, как вырезать кружок, Агнес возвратила мне нож. - Продолжай работать, пока я подог рею воду и приготовлю чай.
Агнес наблюдала за моей работой в течение двадцати минут, давая время от времени наставления. Затем она подошла к полке, достала оттуда очень красивый чубук из серого камня и приложила его к концу деревяшки, чтобы показать, как ладно он смотрится на моей будущей трубке.
- А сейчас, Лини, - обратилась ко мне Агнес, протяги вая проволочные плечики, - распрями-ка вот это.
Я провозилась с вешалкой около десяти минут, используя для работы плоскогубцы и каблуки собственных ботинок. Наконец проволока была выпрямлена, и я предъявила Агнес результаты своей работы.
- Разогрей ее в печи, - сказала она, - раскали докрасна.
Я сделала, как она велела, обмотав конец распрямленной вешалки полотенцем. Когда проволока стала красной, я вытащила ее и стала ждать следующего указания.
- А сейчас возьми деревяшку и выжги в ней канал по центру. Верно. Проволока очень горячая и проходит сквозь дерево довольно легко.
Проволока действительно прошла сквозь сердцевину совершенно беспрепятственно.
- Неплохо, - заявила Агнес. - Теперь отложи проволоку и начинай остругивать ствол, чтобы он стал более плоским.
Агнес улыбалась, и я тоже почувствовала, что работа начинает приносить мне подлинное удовольствие. Старая индианка извлекла откуда-то несколько баночек с разноцветным бисером и поставила все это на столе передо мной. Затем на столе появились лоскутки кожи, ремешки и несколько перьев.
- Когда закончишь строгать, можешь украсить трубку этим бисером. Выложи рисунок по своему вкусу. Можешь также воспользоваться перьями и ремешками, - она щелк нула по неоконченной трубке пальцем.
Я увлеклась и полностью погрузилась в работу. Мне захотелось выложить зигзаги-молнии бирюзовыми, желтыми и красными бусинами, окаймив их коричневым бисером. Я трудилась, не поднимая головы, пока во второй половине дня сквозь приоткрытые окна в хижину не влетели звуки флейты. Через несколько мгновений в комнату ворвалась разъяренная Руби.
- Джули плоха, совсем плоха, - сказала она Агнес, полностью игнорируя меня.
Звуки флейты, которые долетали с улицы, казались необычно слабыми.
Я тут же выскочила из дому. На крыльце, прислонившись к стене хижины, сидела Джули. Она действительно выглядела умирающей.
- Могу ли я принести ей что-нибудь? - спросила я, бросаясь от молодой умирающей женщины к безумной старухе.
- Только ее дух, - рявкнула Руби в ответ.
- Успокойся, Руби. Успокойся, - заговорила Агнес, кладя руку ей на плечо. - Шипенье и рычанье здесь не помогут. Давай-ка лучше повеселимся. Бери куртку, Линн, - обратилась она ко мне, - мы собираемся сходить к Рыжему Псу и надрать ему задницу. Делай все, как я скажу, и постарайся не путаться под ногами, когда дойдет до дела.
Поставив перед Джули питье и еду, мы втроем направились к хижине Рыжего Пса. Две старухи бежали, словно девочки. Тут только до меня дошло, что мы собираемся сцепиться с Рыжим Псом.
- О Боже, - закричала я, - Рыжий Пес! Агнес и Руби остановились, поджидая меня.
- Что мы собираемся делать? - выдохнула я, поравнявшись сними.
- Помолчи, идиотка, - сказала Агнес. - Неужели ты хочешь, чтобы каждый в радиусе сотни миль смог побежать и сообщить Рыжему Псу о том, что мы идем к нему?
- Нет, - ответила я испуганным шепотом.
Обе старухи бросили на меня злобные взгляды. Руби, ущипнув меня за руку, сказала:
- Никогда не болтай. Сознавай, что делаешь, и бей. Я вздрогнула от боли в руке.
Мы снова пустились бежать и не останавливались, пока не оказались на расстоянии сотни ярдов от хижины Рыжего Пса. Там мы замедлили шаг и отыскали для себя укрытие.
- Мыс тобой спрячемся за этими деревьями, - зашептала мне на ухо Агнес. - Слейся с ними и не шевелись, пока я не прикажу тебе действовать.
Сейчас нас отделяло от хижины около тридцати ярдов. Агнес подала Руби сигнал рукой. Я стояла за деревом и наблюдала, как Руби неторопливо зашагала по направлению к хижине, затем наклонилась и подняла с дороги пригоршню камней. Она, казалось, раздумывала с минуту, потом размахнулась и принялась швырять камни на жестяную крышу. Поднялся оглушительный грохот.
Тут же из-за двери появилась всклокоченная голова Рыжего Пса.
- Кто это, черт подери, поднял здесь шум? - закричал он.
Руби даже не попыталась убежать. Напротив, с громким истерическим кулдыканьем она, как индюшка, стала гордо расхаживать по саду.
Рыжий Пес сделал пару шагов. Он был босиком, все в той же одежде защитного цвета. Бен и Драм, стоящие у дверей, опасливо пялились на происходящее из-за спины своего патрона. Я могла рассмотреть рыжие волосы на груди Рыжего Пса. Мне было смешно вспоминать о чувстве, которое я испытывала к нему еще недавно. Оно сменилось отвращением.
- Руби, убирайся из моих владений, - заорал он. Казалось, от этого голоса застыл лес.
В ответ Руби швырнула новый камень. Опустившись на крышу, он запрыгал по ней, производя такой звон, словно кто-то изо всех сил лупил чем-то тяжелым по мусорному баку.
- Скажи спасибо, что я не сожгла твою хибару, - кричала Руби, поднимая с земли доску и с треском опуская ее на старый ржавый плуг. - Ты украл у меня ножницы для резки проволоки, и не вздумай оправдываться!
- Да не крал я у тебя никаких ножниц, ты, старая ведьма! - визжал ей в ответ Рыжий Пес. - Убирайся отсюда сейчас же!
- Ты еще пожалеешь об этом. Я приведу с собой индейцев-полицейских. Они быстро найдут мои ножницы.
- Попробуй приведи! Тебе же не поздоровится. Я расскажу им, что ты здесь устроила!
- Не посмеешь! - еще громче заорала Руби, швыряя следующий камень, но на сей раз целясь в окно. Камень врезался в раму и отлетел рикошетом прямо в стекло, которое тут же дало трещину. - Я покажу тебе, как брать чужие ножницы!
Все происходящее казалось мне совершенно нелепым. Передо мной стояли могучий маг и шаманка и ругались друг с другом из-за каких-то ножниц для резки проволоки. Во всем этом не было абсолютно никакого смысла.
Руби ухватила за горлышко пустую бутылку, валявшуюся у нее под ногами, и запустила в сторону дома. Бутылка приземлилась на камни в футе от крыльца и разбилась с громким звуком. Осколки брызнули во все стороны. Рыжий Пес отпрыгнул назад, а Бен и Драм моментально скрылись в дверном проеме.
Несомненно, Руби была выдающейся женщиной. Слепота не помешала ей рассчитать расстояние до крыльца хибары Рыжего Пса. Осколки бутылочного стекла разлетелись широким полукругом, едва не задев босых ног Рыжего Пса. Такая точность никак не была случайностью. Руби ни в коей мере не производила впечатление беспомощной калеки. Она повернула голову в сторону, словно старая ворона, клюющая хлеб. Ее мутные глаза были холодными и немигающими.
- Ты явно что-то задумала, Руби, - крикнул Рыжий Пес и махнул рукой. - Убирайся отсюда немедленно!
Он повернулся и вошел в хижину, захлопывая за собой дверь.
Вот тут Руби подняла настоящий шум. Она стала кричать гоготать по-птичьи, а затем вновь зашагала по двору, словно индюшка. Камни градом сыпались на железную крышу, вновь отворилась и на пороге показался разъяренный Рыжий Пес. Его лицо покраснело от злобы, рыжая борода клочьями торчала во все стороны. Несмотря на то, что мое укрытие казалось надежным, я дрожала как лист. Агнес совсем слилась с деревом, за которым стояла.
Это мое частное владение, Руби, - завопил Рыжий Пес, - и тебе лучше держаться отсюда подальше!
