— Боюсь, что я несведуща в такой технике, — ответила я и обратила мое внимание на этого мужчину. — Другие мои сородичи — мои коллеги в Таткаэре — могли бы более квалифицированно рассказать вам об этом.
— Не прибудут ли они сюда? — спросил он.
— Это возможно. — Рурик прервала свой разговор с т'Аном. — Когда у Сутафиори в руках будет отчет Кристи. Сама я не согласилась бы с этим, но…
— Вы не согласны?
«Возражение Ховиса было неучтиво поспешным», — подумала я. Внешний лоск его благовоспитанности был впечатляющ, однако чрезвычайно тонок.
— Не поймите меня неверно. Я доверяю Кристи. — Рурик улыбнулась мне. — Мне даже нравятся некоторые из ваших сородичей в Таткаэре. Но разрешить вашим людям, которых мы, в сущности, не знаем, свободно ездить по Южной земле — это представляется мне опасным.
Значит, мне не удалось ее переубедить. И я не была уверена, действительно ли я этого хотела. В случае с Орте поспешность была определенно неуместной и это можно будет ясно прочесть в моем отчете.
— Мы получим большую пользу, если примем людей Кристи, я в этом уверен. — Ховис была сама любезность. — В особенности потому, что Ремонде бедна и что нам приходится охранять Стену Мира, поскольку есть племена, которые нападают на нас и хотят отнять у нас то немногое, что мы имеем.
— Это опять возвращает нас к методам, — язвительно заметил молодой мужчина, Фалкир. — У ваших людей, как я полагаю, есть оружие, которое может превратить наши «харуры» и арбалеты в игрушки?
Ховис бросил на него раздраженный взгляд. Тот, сын Сетин, был строен, носил подстриженную гриву и судил обо всем с известной непредвзятостью.
— Нет такого оружия, какое мы ввезли бы сюда, — ответила я и заметила на лице Ховиса быстро им скрытое выражение алчности. — Это наш высший закон.
— Значит, вы не носите с собой меча между мирами, — прозвучал низкий голос Арада, — и, тем не менее, несете с собой весть от людей, не живущих по заповедям Богини, а это могло бы быть столь же опасным.
Я сказала:
— Я могу сказать вам лишь правду.
— Кто же говорит, что правда не опасна? — спросил Фалкир и рассмеялся.
— Ложь также, — мягко сказал Телук, — а для лжецов она опаснее всего.
Между всеми ними существовала скрытая враждебность: между Ховисом и Арадом, между Фалкиром и Телук, в ее основе лежало нечто, что было известно им, но не нам. Я поймала взгляд Рурик. Она многозначительно посмотрела на Колтина.
Т'Ан Ремонде лежал, откинувшись на подушки, и смотрел отсутствующим взглядом на огонь. Сначала я приняла это за рассеянность старого человека. Потом заметила тонкую струйку слюны, вытекавшую из уголка его рта. Глаза его были полностью закрыты мигательной перепонкой.
— Т'Ан спит, — сказал Ховис и позвал л'ри-ана, который увел Колтина из зала и при этом почти нес его. — Я надеюсь, вы его извините сегодня вечером; он старый человек и очень утомлен. Я сейчас вернусь.
Когда они ушли, в зале возникла короткая пауза, затем снова прозвучали флейты, и с другой стороны от огня, где сидели аширен, послышалось пение.
Под тем предлогом, чтобы отодвинуть поближе скамьи, Рурик наклонилась ко мне и сказала:
— Спит? Старик дряхл! Совсем недавно я не могла бы это утверждать, но когда мы с ним говорили, он думал, что находится в прошлом, когда я девять лет назад командовала Черепной крепостью. О, богиня!
На ее лице были написаны сочувствие и раздражение.
— Он не может знать, он этого даже не замечает или не считает себя т'Аном Ремонде. Но как к этому относится Талкул-телестре? Они должны знать, что он не в состоянии…
Она замолчала, когда к группе снова присоединился Ховис.
Телук и Фалкир некоторое время жарко спорили, и в тишине, воцарившейся при появлении Ховиса, было слышно, о чем они говорили.
— …природа Богини… — Телук резко замолчала и бросила взгляд на Арада.
— Наверное, Богиня, таким образом, воплотилась на Земле, — заключил Фалкир таким скептическим тоном, какого я прежде не наблюдала ни у одного жителя Южной земли, — в каждом поколении?
— Как живое существо, как человек, — пылко ответила Телук. — В иные времена она знает, кто она в действительности, однако часто она не осознает это и живет среди нас, как обычный человек. Она так же может быть ремондцем, как и имирианцем, женщиной из Касабаарде или мужчиной из городов Радуги.
У меня не было ни малейшего желания участвовать в религиозных диспутах, но тут Фалкир взглянул на меня самодовольной улыбкой.
— Полагаю, что Она, если Она находится среди нас, — сказал он, — с тем же успехом могла бы предстать и в образе обитательницы другого мира?
Арад шумно задышал. Я молча проклинала Фалкира. Это был его способ злить хранителя источника, но мне не нравилось, что делалось это за мой счет. Этому нужно было немедленно положить конец, пока дело не зашло далеко.
— Но это было бы, конечно, очень невероятно? — сказала я.
— Но возможно. — Он дразнил Телук. — Вы сказали, что Она не всегда осознает свою сущность.
— Это тот вопрос, ответ на который должна дать церковь, — резко сказала Арад. — И я согласен с послом. Во всяком случае, ответ на данный вопрос может быть получен лишь через несколько поколений.
— Вы можете ответить мне на один вопрос, не ожидая на протяжении жизни нескольких поколений. — Рурик привлекла к себе внимание и вызывала их раздражение. — Трущобы на месте слияния рек — восемь лет назад их еще не было, там было лишь несколько безземельных мужчин и женщин, которые жили вблизи лодочных причалов. А сейчас стоят бараки от Беруфала до Берута! Как это могло случиться?
Телук вызывающе смотрела на Арада, и я заметила, как Фалкир наблюдал за этим, прикрыв глаза. Ховис явно не придавал всему этому спору никакого значения.
— По той же самой причине, Т'Ан командующая. Безземелье. — Арад говорил так же резко, как и Рурик. — Все мошенники и негодяи покинули свои телестре и пришли в Корбек, одни перебираются из города на побережье, другие остаются и окончательно опускаются. Что мне, по вашему мнению, сделать, Т'Ан, изгнать их, угрожая мечом?
— Если телестре не могут позаботиться о своих людях, то, по крайней мере, должны присматривать за ними. Во всяком случае, церковь обязана была…
— И она выполнила эту обязанность, — вмешался хранитель Источника.
— Они все безземельные? — спросила Рурик, использовав особое выражение, обозначавшее как Богиню, так и Землю. Я знала, что она думала об аширен.
— Если мужчина или женщина покидают свое телестре, то для этого должна быть причина. — Арад все еще говорил с ораторским пылом. — Мы не подбираем в навозной куче тех, кто слишком испорчен даже для своих собственных телестре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
