вечера.
— Ну что? Домой? — спросил босс, повернувшись ко мне.
Я лишь бросила на него недовольный взгляд и молча пошла к машине.
— Что-то не так? — спросил он, открывая передо мной дверцу.
— Всё так, — буркнула я, садясь в салон.
— Вик, я же вижу, что ты злишься, — он сел за руль и повернулся ко мне. — Что случилось?
— Ничего, — я отвернулась к окну. — Просто устала.
— Это из-за того, что произошло сегодня? — его голос звучал мягко.
— А что, по-твоему, должно было произойти? — я резко повернулась к нему. — Ты просто взял и перевернул всю мою жизнь вверх дном! И даже не спросил меня.
Злость, раздражение кипело внутри, я весь день держала это в себе и сейчас наконец-то могла выплеснуть всё наружу.
— Вика, послушай… — начал он, но я перебила:
— Нет, это ты послушай! — мой голос дрожал от гнева. — Ты хоть понимаешь, что теперь весь офис только об этом и говорит? Ты не имел права принимать решение за нас двоих!
— Я имел право, — его голос оставался ровным, а взгляд устремлен на дорогу. — Это касается так же меня, как и тебя. И я не вижу никакой проблемы. Ты строишь из мухи слона.
От его слов внутри у меня всё закипело ещё сильнее. Как он может так спокойно говорить об этом? Как будто не понимает, что происходит!
— Из мухи слона? — я едва сдерживала слёзы ярости. — Ты называешь это “из мухи слона”? Весь офис гудит, люди перешёптываются, смотрят на меня как на прокажённую!
— И что? — он пожал плечами. — Пусть смотрят. Пусть перешёптываются. Это их дело.
— А моё дело — продолжать нормально работать! — я стукнула кулаком по дверце машины. — А теперь это невозможно!
— Вика, успокойся, — его голос стал строже. — Ты сама знаешь, что это было неизбежно. Рано или поздно правда бы всплыла.
— Но не так! — я закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. — Не таким публичным способом!
— Я не хотел устраивать шоу, — он наконец посмотрел на меня. — Просто не мог больше притворяться.
— Притворяться? — я горько усмехнулась. — Мы договорились…
— Мы ни о чем не договаривались, — прорычал он и резко остановился. Я выглянула в окно — мы подъехали к дому.
— Что значит “не договаривались”? — мой голос дрожал от обиды. — Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю!
— Ты сама решила всё скрыть, — он повернулся ко мне. — Я никогда не давал согласия на эту глупую игру!
— Глупую игру? — я почувствовала, как слезы подступают к глазам. — Это моя карьера, моя репутация!
— Так я там тоже работаю! — крикнул он. — Я вообще не понимаю, в чём проблема? Чего ты от меня сейчас хочешь? Чтобы я извинился? Так вот, мне не о чем сожалеть и извиняться!
Его слова ударили больнее, чем я могла представить. Я замерла на месте, не в силах пошевелиться или что-то сказать.
— Я много лет работала, старалась делать свою работу идеальной, — начала я еле слышно. — Старалась не выделяться, оставаться в стороне от всех перешёптываний и пересудов. И меня это устраивало.
— Что-то поздновато ты об этом заговорила, — его голос звучал насмешливо. — Хотела оставаться в тени, не выпускала бы книгу, которая прогремела и буквально кричала везде твоё имя. Не стала бы вести блог, не стала бы менять имидж, а продолжила бы оставаться серой мышью в своей серой жизни.
Его слова словно ножом резанули по сердцу. Смотрела на него и не могла поверить, что он только что это сказал.
— А вот сейчас, тебе есть за что извиняться, — буркнула я, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли.
— И не подумаю, — его голос звучал холодно и отстранённо.
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. В его глазах я не видела ни капли сожаления, ни намёка на понимание. Только твёрдость и упрямство.
— Знаешь, — прошептала я, — я всегда считала тебя другим. Думала, ты способен понять…
— Понять что? — он пожал плечами. — Что я должен был продолжать эту нелепую игру в прятки?
— Не в прятки, — мой голос дрожал. — А просто подождать немного. Подумать о моих чувствах, о моей карьере…
Он громко рассмеялся, а после ударил по рулю.
— Я только и делал, что думал о твоих чувствах! — его голос звучал раздражённо. — С самой первой нашей встречи я думал только о тебе. Делал всё для тебя!
— Я ни о чём не просила, — мой голос дрожал от сдерживаемых слёз.
— Снова здорово, — он устало откинулся на сиденье. — Ты чего сейчас добиваешься, Вик? Объясни, я просто не могу понять.
— Ничего я не добиваюсь, Саш, — уже спокойнее произнесла я и открыла дверь. — И ничего мне от тебя не нужно. Идёшь?
Он молчал, глядя прямо перед собой. В салоне повисла тяжёлая тишина. Я вышла из машины и закрыла дверь.
И в тот же момент машина резко тронулась с места. Я застыла, глядя, как она скрывается за поворотом. Как же так? Он просто уехал…
Несколько минут я стояла, не двигаясь, пытаясь осознать произошедшее. Внутри всё сжималось от боли и разочарования. Он даже не попытался поговорить. Не попытался объясниться. Просто уехал.
Глава тринадцатая.
Следующие несколько дней превратились в бесконечную череду серых будней. Я просыпалась по утрам с тяжёлым сердцем и засыпала с мыслью о нём. О том, как всё могло бы быть, если бы мы нашли другой выход.
На работе я старалась сосредоточиться на делах, но каждый раз, проходя мимо его кабинета, моё сердце начинало биться чаще. Я знала, что он там – всего в нескольких метрах от меня, но теперь мы были разделены не только стенами, но и целым океаном непонимания.
Телефон молчал. Ни звонков, ни сообщений. Словно его никогда и не существовало в моей жизни. Это ранило сильнее всего – его молчание, его безразличие.
А самое странное, что ни кто из коллег ни разу ко мне не подошел, а сплетни как будто прекратились после одного дня
