тупо ждать.
Да еще одна проблема с твоим гениальным решением... иногда ты думаешь, мог ли мутировать этот постоянно подавляемый протокол во что-то другое? Иногда ты замечаешь, что ведешь себя непривычно. Необоснованная агрессия. Плохая память. Апатия. Это может быть следствием отмирания части нейронов, конечно, ты мог просто забыть о своих обычных действиях... Но что если нет?
Мысль настигает тебя, когда ты оглядываешься на Тобиаса.
Что если... что если нано смогут сделать то, что не могут сделать нейрохирурги? Обеспечат вмешательство незаметное даже для защитного протокола?
У тебя нет сомнений насчет правильности или неправильности борьбы с Триадой — у тебя не так много друзей, чтобы легко забыть смерть Кристины. Но, может, сейчас ты видишь личную причину приветствовать появление нано в мире?..
В конце концов, ты точно успеешь насладиться нормальной жизнью, прежде чем мир эпично навернется с прогрессорской лестницы.
— Ты уже знаешь, как мы познакомились? — спрашивает Света, потому что ты слишком долго стоишь и смотришь Тобиасу в спину. — Он сам на нас вышел и предложил укрытие.
— Почему?
— Пара дегенератов из Триады как-то... устроила здесь праздник.
Ты смотришь на нее. Светина версия явно отличается от объяснений Тобиаса. Света запинается, смотрит в сторону, ей явно неприятно говорить.
— Что они сделали... Давай скажем так — именно поэтому в «Затмении» больше нет стриптизерш, а персонал Тоби набирает исключительно из бывших наемников.
Вы возвращаетесь в лаунж-зону. Света снова улыбается, но уже не так искренне.
Амелия стоит напротив экрана как какой-то злой гений — руки скрещены на груди, подбородок высоко задран, на губах высокомерная ухмылка. Изображение на стене показывает схему грузовика с ручными пометками. Вокруг схемы разбросаны крестики, под которыми подразумеваются люди Амелии. От грузовика идет пунктирная кривая линия с длинным волосатым... ну, о смысле этого важного обозначения ты можешь только догадываться.
— Что именно мы будем делать? — спрашиваешь ты.
— Коротко? — Света явно ждала этого вопроса. — Мы украдем огромную кучу денег!
— Нет. — Амелия не отрывает взгляда от экрана, говорит спокойно и холодно. — Мы лишим Триаду ее оставшихся союзников.
— И для этого украдем огромную кучу денег.
— Так лучше.
Амелия отвлекается и переводит на тебя взгляд.
— Сейчас введу в курс дела, но сначала — быстрый вопрос. Может быть, ты знаешь, как установить взрывчатку в машину с пулеметчиком, едущую со скоростью от ста пятидесяти до двухсот километров в час?
Она не ожидает ответа, по правде говоря. Она снова вглядывается в экран и напряженно морщит лоб, будто пытаясь заставить себя соображать.
Но дело в том, что... Тебе не стоит это предлагать, пожалуй. Нет. Это плохая мысль, и ты должен от нее отказаться.
Но вообще-то у тебя есть идея.
13. Отчаянное путешествие
Атака на грузовики и разбирательства с полицией повлекли за собой нужную Кресту реакцию — весь сонм маленьких эльфов-помощников доброго дедушки Дракона вдруг засуетился и забеспокоился о своих деньгах, которые до того успешно отмывались через «Миссионера».
У тебя есть время, и ты перебираешь сводки новостей за последние месяцы, лежа на диванчике в кабинке для приватных танцев, которую Тобиас так и не перестроил с тех пор, как в его заведении перестали показывать стриптиз. Здесь довольно уютно — мягкие подушки, плотные шторы — хотя запах духов и лубриканта въелся в ткань намертво. Есть шанс, что во время операции ты будешь благоухать клубникой и розами. После виски, бренди и пота — не самое худшее, что могло случиться с твоей одеждой.
Новости постепенно складываются во вполне четкую картину: нападение на грузовики стало последней каплей в чаше терпения союзников Триады. Не зная, где и как найти Дракона, Крест атаковал магазины и бары, аптеки и клубы, которые Триада защищала в обмен на хранение налички и процент с доходов. Крест ограбил даже их банк. Дважды. В общем и целом, эта эскапада продолжалась с самого появления Креста в Аркадии.
Ты узнаешь и о начале этого противостояния. Дивная ситуация, возможная только в корпоративной среде и только в семействе Эккарт, повернутом на преемственности поколений: Амелия потребовала возвращения собственных прав на корпорацию.
Потребовала.
Она эксцентрична, ты можешь с уверенностью сказать это уже после суток знакомства. Но не идиотка — идиоты не продержались бы против Триады так долго и не завербовали бы такое количество сторонников. Однако тогда она и впрямь встретилась с Лионелем Ламбером — виртуально, но при свидетелях из числа эккартовских больших шишек — и предоставила договор наследования, по которому корпорация формально переходит под руководство старшего отпрыска семьи по достижению им двадцати одного года. Над этим смеялась вся Сеть. Даже те, кто в гробу видал «Эккарт» и ее внутренние разборки.
А потом появился Аркадийский Крест.
На следующей неделе событию будет четыре года, а Амелии исполнится двадцать пять. Может, она так торопится сейчас не только из-за нано, но и потому что хочет подарок на свое двадцатипятилетие?.. В последние месяцы Крест действовал все активнее. То ли они собрали достаточно людей для более смелых действий, то ли терпение Амелии приблизилось к концу, точно так же как терпение Триады, но всплеск активности заметен и без анализа.
И сейчас — грузовик.
Бумажный Веер, чтобы успокоить союзников, собирается вывезти финансы из зоны, к союзникам на территории государства. Триал не работает с миром, только с Аркадией, а остальные безналичные пути недостаточно безопасны, так что у Триады остается старый дедовский метод — вооруженный конвой, бронированный грузовик и педаль в пол.
Крест планирует провернуть операцию до границ, чтобы облегчить себе жизнь и не вторгаться на чужую территорию... И Триада об этом знает. Не может не знать — своими действиями Крест фактически подстегнул этот вывоз.
Что значит — тебя ждут.
Вас ждут.
Непривычно думать в множественном числе, непривычно рассчитывать не только на себя, но ты смотришь правде в глаза — в одиночку ты бы не провернул ничего подобного. Да и незачем: ты бы искал другие пути, вел бы свое расследование, отлавливал бы представителей Триады поодиночке... с учетом нано, сколько еще раз ты бы смотрел, как их лица превращаются в кровавую кашу под угрозой рассекречивания убежища Дракона?
Крест поначалу пытался действовать похоже — ты спросил об этом у Светы.
