– Конечно, беспокоюсь!
– Я наводил справки. Один орк провел во встревоженном смартхаусе девятнадцать лет, прежде чем его случайно освободили. Вашей дочери ничего не грозит, если она не натворит глупостей, а от этого мы ее недвусмысленно предостерегли. О проблеме пищи и гигиены я вам уже неоднократно рассказывал, в смартхаусе смертоносен только внешний периметр. Жилой же сектор скорее напоминает комфортабельную тюрьму. Сколько раз еще нужно это повторить, чтобы вы перестали донимать меня подобной ерундой? Гиларди уставился в пол.
– Если бы у вас были дети… – начал он, скрипнув зубами.
– У меня нет детей и никогда не будет, и вы знаете почему, – холодно прервал его Геральт. – И если вы прекратите демонстрировать отцовские чувства, вы меня крайне обяжете. Я восприму только то, что послужит делу, за которое я взялся. Я гарантирую результат, а вы не морочите мне голову эмоциями. Это последнее предупреждение, господин Гиларди, за следующий срыв я назначу денежный штраф. И буду повышать его за каждый очередной срыв. Вам ясно?
– Ясно, – буркнул Гиларди и почти без сил откинулся в кресле минивэна.
– Вот и прекрасно. Следующая тренировка завтра в семь. Поехали.
– Стоп! – свистящим шепотом скомандовал Геральт и Гиларди послушно застыл посреди подвала с поднятой ногой. В голове его не отразилось ни единой мысли. На команды ведьмака он теперь реагировал без участия головы – на голых, недавно вколоченных рефлексах. Шла середина третьей недели тренировок.
– На пол! – рявкнул Геральт, сам тоже падая. Гиларди рухнул в лужу, подняв не так уж много брызг. В падении он задержал дыхание и зажмурился – кому охота наглотаться отвратительной вонючей жижи? И глаза от нее жжет невыносимо…
Ведьмак лежал в такой же луже чуть правее. Гиларди неожиданно осознал, что почти не интересуется причиной, по которой Геральт заставил его изображать свинтуса в грязище.
Над затылком с жутковатым шелестом что-то пронеслось, аж волосы шевельнулись – не поймешь, от испуга или близкого движения. Начинало помалу шуметь в голове: организму хотелось дышать.
– Вдох! – примерно через полминуты позволил ведьмак.
Гиларди чуть приподнял голову, выдохнул-вдохнул и снова плюхнулся лицом в грязь.
– Вперед ползком! – не унимался ведьмак. Хорошо: когда ползешь можно более-менее нормально дышать. Гиларди продвинулся метров на шесть вперед и вдруг локти его потеряли опору и он окунулся во все ту же жижу передней частью тела, чуть не по пояс. Это было столь же неожиданно, сколь и неприятно. Растопырив ноги, квартерон попытался удержаться от того, чтобы не погрузиться полностью. Частично это получилось; вдобавок спустя пару секунд крепкая рука ведьмака сграбастала его за поясной ремень и вынула из некстати подвернувшейся на пути ямы.
– Поздравляю, – бесстрастно сообщил Геральт. – Ты труп. На исходную.
Гиларди нехотя встал в полный рост. С лица и одежды текло. Вонища стояла – муха сдохнет. Мучительно хотелось содрать с себя грязную одежду и послать все к вирговой бабушке – этот промозглый подвал, изматывающие тренировки, неумолимого ведьмака… Которому, кстати, хоть бы хны: такой же чумазый, но спокойный. Жизнь забери, ему хорошо, он всю жизнь в подобном дерьме, ему не привыкать!
– Я сильно сомневаюсь, что в смартхаусе нам встретятся вонючие лужи, – буркнул Гиларди, собираясь, тем не менее, покорно брести к точке старта.
Ведьмак не ответил. Впрочем, Гиларди заранее знал ответ, и знал прекрасно: дело, мол, не в грязище, а в том, что ловушки невидимы. И ведь самое обидное – ведьмак совершенно прав.
– Отставить, – неожиданно окликнул квартерона Геральт и впервые перешел на «вы» тут, в подвале. – Пожалуй, хватит с вас, господин Гиларди. Чиститься, мыться, ужинать и отдыхать. Завтра сделаем пробный заход.
– Что? – Гиларди в первый момент не сообразил куда клонит его мучитель.
– Завтра пойдем в смартхаус. Прощупаем. Тренировать вас дальше бессмысленно.
– Почему? – недоуменно спросил квартерон, с ужасом понимая, что за последнее время заметно отупел.
– Вы достигли первого потолка, любезнейший. Чтобы его сломать нужно тренироваться еще месяца два-три, тогда снова наметится прогресс. Но у нас нет столько времени. Полагаю, в тренировках больше нет ни смысла, ни нужды. Пойдем как есть, авось прорвемся…
– То есть как это – авось? Вы что, не уверены в результате? – промолвил Гиларди, растерянно опуская винтовку.
– Когда имеешь дело со смартхаусом, уверенным быть ни в чем невозможно, – ведьмак резко пожал плечами и сплюнул под ноги. – Да не дрейфьте, господин Гиларди. Если ваша дочь туда вошла, войдем и мы. Главное – понять как потом выбираться. Все. На выход.
И, пресекая дальнейшие расспросы, направился к лестнице. Гиларди коротко ругнулся и побрел следом.
У входа в подвал дожидался грузовик с фургоном, а рядом на лавочке сидел приятель Шоба по имени Зурз и читал газету. В фургоне был оборудован душ и мини-прачечная с сушилкой – с некоторых пор Гису Гиларди обрыдло ездить через пол-района грязным и вонючим, а назавтра надевать заскорузлый после вчерашнего комбинезон. Отбросив газету, Зурз побежал заводить двигатель, ибо грузовик был стар и ленив и заводился только если его как следует напинать.
– Что ж, – философски заметил Гиларди себе под нос. – Будем надеяться, что с грязью покончено хотя бы на сегодня.
Утро выдалось неожиданно туманным, и Гис Гиларди поневоле ежился, залегши в росистой траве. Ведьмак уполз вперед и что-то сосредоточенно выгадывал из розового куста, то и дело поднося к глазам странный бинокль – совсем крошечный, меньше театрального, зато с загадочным шнурком сбоку. Шнурок заканчивался необычного вида штекером. Гиларди не слишком шурупал в науке-технике, но представлял, что штекер должен к чему-нибудь подключаться, вот только к чему? Однако спрашивать ведьмака не возникало ни малейшего желания.
Они подобрались к смартхаусу с востока – скорее всего затем, чтобы взошедшее солнце не мешало ведьмачьим наблюдениям из куста. А может быть и еще по каким-то таинственным соображениям лысого спеца по укрощению враждебной машинерии. Приехали они еще затемно, а как небо начало светлеть – ползком преодолели границу квартала, которую являл полосатый шлагбаум на цепи (закрытый) и все так же, на пузе и локтях, долго полировали газон между двумя заборами.
Смартхаусы, само собой, не стояли вплотную – каждый был окружен обширной территорией, где располагалось много что: сады, теннисные корты, бассейны, лужайки для пикников, легкие ангары всякой мелкой машинерии. Напротив, за соседним забором воздвиглась грибообразная вышка, на которой, в самом центре площадки, торчала толстая труба телескопа, сопряженная с навороченным по самое не могу креслом. Чуть дальше, Гиларди знал, на лужайке одного из смартхаусов располагался сущий детский рай – всякие качели-карусели, горки, миниатюрные замки и даже карликовая железная дорога, неизвестно прирученная или дикая.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
