Читаем без скачивания Встречная полоса - Сергей Зверев

Выпущенная на волю толстая Лидия сидела на полу, скулила, прикрывала платочком губы. Услышав слова проклятия, зажала ладонями уши и вжалась затылком в дверцу шкафа. Михаил, привалившись к стенке, сидел напротив тетки и с размаху втыкал острие ножа в плитки паркета.

– Да будешь ты проклят, где бы ни находился – в доме или на поле, на большой дороге или на глухой тропинке, в лесу или в храме! Да будешь ты проклят в жизни или в минуту смерти, за едой и за питьем, голодный, жаждущий, засыпающий, спящий, бодрствующий, ходящий! Да будешь ты проклят! Анафема!..

Стас развернулся, навел пистолет на голову беснующегося попа. Феогност ухватился рукой за косяк, пополз на пол, на губах его появилась пена.

– Не старайся, батюшка, Он тебя не услышит, а если и услышит, то плюнет и отвернется. Ты же не настоящий, ты как вор-«апельсин», что сам себя короновал или толпа таких же… ряженых, декоративных…

Стас подобрал пластиковый чемоданчик, положил в него «беретту», открыл дверь. Из квартиры он вышел последним, бросил на пол деньги. И услышал за спиной цоканье каблучков – монстр из вивария Цупиковой бежал за своим вознаграждением.

Домой ехали в полном молчании, даже друг на друга старались не смотреть. Хуже всех приходилось Лешке: его раздирали эмоции, ему хотелось поговорить, но никто не разделял его порыва. В метро Стас немного отстал от своих, позвонил Вере.

– Приходи, – согласилась она, но голос девушки показался Стасу равнодушным. Придет он или не придет – ей все равно. Душу царапнула не обида – недоумение, обожгло желание немедленно во всем разобраться. Об Огаркове он не думал, заставил себя отключиться, чтобы не сойти с ума. Злость и ярость поднимались мгновенно, едва кто-то упоминал всуе это чудовище. Стас сам себе напоминал палача – у него в работе случился простой, и он, переодевшись в гражданское, идет на прогулку в парк покормить уток в пруду.

– Центральный офис, – отошел первым от шока Михаил, – отдел, отчеты. На кой черт ему это надо? Приехал, отвалил пачку наликом и свободен.

– Нет, Огарков не из тех, кто деньгами просто так разбрасывается. Он налоговую льготу за благотворительность получит. Рубль отдаст, два наварит. Да еще и отчеты для общественности, формирование положительного, социально ориентированного облика компании, – объяснил нелогичные, как казалось Михаилу, поступки чиновника Стас.

– И что дальше? – ожил Роман. – Опять без толку. Ну, порылись еще немного в грязном белье, меня чуть не вырвало. Второй раз уже, – припомнил он поход к Цупиковой.

– Не без толку, – ответил Стас.

Они уже стояли у магазина. Михаил повертел головой и пробормотал:

– Надо поесть купить, в холодильнике пусто. Пошли. – И он двинулся к разъезжавшимся дверям.

– Без меня. – Стас направился к дому. – Я переоденусь и отъеду, на пару часиков.

– К утру-то вернешься? – съязвил Михаил.

– Обязательно.

И вернулся утром в понедельник, к самому началу рабочего дня. Разбудил всех и объяснил быстро, кому куда идти, кому где стоять и что говорить в случае чего. Не дал даже позавтракать, потащил за собой.

– Ну, я даже не знаю… – Лешка смотрел на пожарную лестницу, намертво вмурованную в стену. – Шестой этаж, я бы не пошел. Может, в дверь? Прикинемся курьерами, разносчиками пиццы…

– Корреспонденцию отбирают на входе, пиццу тоже, – зарубил проект Лешки Стас. – Не боись. Я уже так поступал, и не раз. Все будет нормально. Помните, что надо делать?

– Да, – кивнул Роман. – Ты входишь в окно, мы идем к машине, ждем тебя.

– Молодцы. – Стас натянул шапку на глаза, проверил лежащую в сумке через плечо снарягу, подпрыгнул, ухватился за нижнюю ступеньку пожарной лестницы. Подтянулся, оперся коленом на опору и полез вверх по обледеневшим скользким брусьям на крышу «родного» офиса. Ветер снова бесновался здесь, закручивал одежду, путался в ногах, сбивал дыхание, в лицо летела колкая морось. Стас добежал до штыря антенны, закрепил страховку, обвязался прочной веревкой. Съехал по скату к ограде, развернулся и спиной вперед шагнул в бездну. Прошел первый ряд окон, второй, он глянул вниз – еще немного, до окна с блоком кондиционера осталось метров пять. Стас повис над дорогой, отвернулся от ветра и двинулся дальше. Еще шаг, за ним еще, потом резко вниз, и как можно быстрее. Теперь оттолкнуться ногами от стены, поджать колени…

Стекло треснуло под подошвами тяжелых ботинок, вдавилось, пошло трещинами, но устояло. Еще разгон, удар, еще один, и после третьего Стас влетел в кабинет Сани Черезова, приземлился на усыпанном осколками ламинате. Черезова словно парализовало, наверное, так он бы воспринял и нашествие инопланетян, и визит воскресшего птеродактиля. Он смотрел тупо, моргал белесыми ресницами и не двигался.

– Привет, Саня! – Стас уселся спиной к двери, накинул на голову капюшон. – Давно не виделись. Хорошо выглядишь, поправился, возмужал. Я, собственно, что хотел сказать… – Стас хлопнул ладонью по столу, придерживая готовые разлететься от ветра листы смет и чертежи проектов. – Нет, то, что ты мудак и паскуда, это фиг с ним. Я и похлеще тебя уродов видел, можешь мне поверить. Это твое личное дело – кем быть, под кого ложиться. Я не об этом. План-схему нового офиса Огаркова гони. И побыстрее, я тороплюсь.

Черезов сглотнул, перевел взгляд на «беретту» в руке Стаса и потянулся к кнопке селектора.

– Пикнешь – сдохнешь, – предупредил Стас.

Черезов расстегнул пуговицу под галстуком и неживым голосом приказал секретарю:

– Принесите мне документацию по проекту «Архив», – и он отпустил кнопку.

– Почему «Архив»? – просто так, для поддержания беседы, спросил Стас.

Черезов молчал с минуту, потом заговорил:

– Там документы все лежат, у них срок хранения большой. Контора немаленькая, бумаг полно. И отдел какой-то сидит или филиал, я не в курсе.

– Понятно. Заплатили хоть нормально? Почем сегодня души вдовцов? – Стас был готов рассмеяться, глядя на физиономию Черезова.

– Стас, не надо, – проблеял он, – мы не могли по-другому. Тебе компенсацию предлагали, ты не захотел. А что с меня взять… У меня детей двое, ты же знаешь. – Черезов дернул «селедку» за хвост, стараясь избавиться от удавки.

– Знаю, Саня, знаю, – Стас продолжал улыбаться, – я тебе не судья. План давай – и расстанемся. Ты ничего не видел, ничего не слышал, никто к тебе не приходил. А это, – Стас мотнул головой в сторону разбитого окна, – птичка влетела. Так бывает перед тем, как в доме покойнику быть. Есть такая примета, я читал.

Черезов обмяк в кресле, закрыл глаза, зашевелил побелевшими от холода губами. Дверь в кабинет открылась, бумаги вихрем взлетели со стола и полетели, кто куда – в коридор, в приемную, в окно…

– Ой, – пискнула секретарь за спиной Стаса, – что это у вас, Александр Сергеевич? Стекло разбилось. – Она бросилась поднимать бумаги, но Черезов вывалился из-за стола и вырвал документы из рук секретаря, вытолкал ее за дверь. Папка плюхнулась на стол, Стас открыл ее, нашел нужный лист с планом помещения, вырвал его и аккуратно сложил.

– Спасибо, Саня, – Стас убрал схему в нарукавный карман, – считай, что мы в расчете. Можешь позвонить хозяину, если хочешь. Меня теперь никто не остановит, так и передай при случае. Все, будь здоров.

Он посмотрел, как ветер треплет за окном страховку, скинул с головы капюшон и вышел в приемную. Секретарь новая, он ее помнит, она его тоже. Дальше – не легче: знакомых лиц полно, кто столбенеет, кого относит в сторону, кто кричит что-то вслед. Стас побежал по лестнице вниз, столкнул с дороги неповоротливую кошелку – чью-то родственницу или жену, бесполезную обузу из бухгалтерии. Затем еще быстрее помчался вниз, прыжком через две ступеньки. О, какая встреча! Начальник отдела кадров собственной персоной, за полгода ее растащило еще больше, и Светка походила на бронепоезд в лосинах и черной тунике. В последний момент она успела убраться с пути – рот приоткрыт, в глазах испуг. Как она тогда сказала: «Зомби?» Все верно, он и есть зомби, поэтому и двигается, пока дышит, а если надо, то и убить может. Охранник внизу тоже новый, но волна шухера докатилась и до него, заставила выскочить из стеклянной будки.

– С дороги! – проорал ему Стас, прыжком перемахнул через турникет и вылетел из офиса в метель. Бросился направо, где, урча мотором, ждал его неприметный взятый на прокат белый «Ниссан», прыгнул в машину.

– Ну? – сразу набросились на него трое. – Что? Как? Получилось?

– А то! – Стас достал из кармана листок, бережно развернул его, расправил на коленях.

– Ничего не понимаю, – покосился на план оторвавшийся от дороги Михаил, – черт ногу сломит.

– Все просто, – Стас провел пальцем по схеме, – вот он, архив, всего три этажа. Обойти его – как два пальца об асфальт.

– А охрана? – спросил Михаил. – Сигнализация?