мужчина, увидев это, обессилено опустил голову. Его глаза стали влажными из-за слез.
Ухмылка Лилит стала презрительной и она холодно произнесла:
— Плата за смерть принимается.
В следующую секунду рука на горле мужчины сжалась, и ногти впились в плоть. Пару сдавленных криков, кровь, хлынувшая из горла, и бездыханное тело повалилось на землю.
Джон вскрикнул и опять предпринял попытки выбраться, но опять-таки — безрезультатно.
Лилит перевела взгляд от мертвого тела к нему. Моя окровавленная рука взметнулась вверх и оказалась возле лица оставшегося мужчины. Кровь отпечаталась на его щеке.
— Ну, каково это, ощущать запах крови брата? Каково это видеть его труп?
— Нет… пожалуйста, — взмолил Джон, рыдаяж — Отстань от меня! Ты же уже получила то, что хотела.
— Я — да. А вот ты — нет.
Сказав это, Лилит сначала притянула к себе, а потом сильнее впечатала мужчину к стене. Тот опять вскрикнул.
— Одиннадцатая догма КЧД гласит: «Расплата собрата за твои проступки, как за свои, без согласия собрата, удваивает твою плату. Расплата собрата за твои проступки, как за свои, с согласием собрата, отменяет твою плату, но последующий проступок собрата, равный по силе твоему проступку, за который заплатил собрат, отдает право платы тебе, как за свои личный проступок». Знаешь, что это значит?
Голос Лилит был холоден, но видно было, что она наслаждалась происходящим сполна.
Джон замотал головой.
— А это значит, что если бы ты был таким же, как и я, то должен был бы умереть, так как твой брат взял твою вину на себя. Но ты ничтожество, поэтому это правило тебя не касается.
Казалось, что в глазах у мужчины промелькнула тень облегчения. Но в следующую секунду, когда Лилит сжала кулак на его горле, он ужаснулся еще сильнее.
— Но есть еще одно. Десятая догма КЧД гласит: «Две или более особей, которые совершили один и тот же проступок, и участь которых в процессе была равной, платят за проступок равную цену по отдельности. Плата за проступок не передается». А это значит, что если убийство совершили двое, значит, и за одну жизнь они платят своими двумя.
— Но… я этого не знал!
Мои губы, подчиняясь воле демона, исказились в зловещем оскале.
— Незнание правил не освобождает от ответственности.
Рука на горле мужчины сжалась, пальцы впились в плоть, и за первым братом на асфальт упал и второй.
— Долг выплачен, — холодно произнесла Лилит и начала медленно покидать мое тело.
Я свалилась рядом с двумя трупами. Ноги, как и все остальное, пока не хотели меня опять слушаться. Я сидела, не в силах совладать с дрожью и страхом. Только что от моих рук погибло два человека. От моих рук!
— Лилит! — крикнула я со злостью. — Чертов демон, что ты только что сделала?!
— Восстановила справедливость, — спокойно ответила она.
— Какую, мать твою, справедливость?! Ты убила двоих людей!
Ответа не последовало. Тогда я обреченно взвыла и прижала окровавленные руки к груди. Дрожь никак не уходила. Через пару минут со стороны главной улицы послышался шум и чей-то голос. Я вздрогнула и поспешила встать. Тело кое-как, но все же слушалось. И как только я покинула переулок и свернула за угол, оттуда, где я только что находилась, послышался женский визг.
* * *
На следующее утро, по новостям рассказывали о жестоком убийстве двух братьев Джона и Билла, которые оказались безработными холостяками, укрывавшимися от налогов. В школе эта новость так же всполошила всех. Все-таки убийства в нашем городе не было уже лет десять. Ну, да… не считая моей смерти, конечно же.
— Ох, это так страшно, — испуганно сказала Ирен на первой перемене. — Убийство в нашем городе, да еще и в нескольких шагах от твоего дома, Локки!
Мы вчетвером разместились возле моей парты и обсуждали эту новость. Вернее, это они пришли ко мне и завели об этом разговор, хотя слушать их мне совершенно не хотелось.
— Говорят, это было удушение, — нахмуренно сказал Локки. — Но я четко видел кровь на телах в репортаже с новостей. Значит, были и другие повреждения.
Ирен вздрогнула.
— Думаешь, это серийный убийца?
— Глупости, — ответил Крис, которого тоже интересовало это убийство. — В новостях говорили, что у этих ребят были проблемы с законом. Возможно, они просто связались не с теми людьми и их решили убрать. Хотя странно, что они оставили место преступления, как есть, и даже не попытались скрыть следы убийства. Правда, в новостях сказали, что улик, которые указывали бы на убийцу, найти так и не удалось. А что ты думаешь об этом, Мио?
Я попыталась подобрать правильные слова для ответа.
— Не знаю. Но надеюсь, что такого больше не повторится.
Кивки друзей показали, что они со мной согласны.
Я покосилась вправо и столкнулась взглядом с Вайлет. Заметив, что я на нее смотрю, девушка поспешила отвернуться. Меня успокаивало хотя бы то, что она теперь перестала докучать мне. Хотя этот случай с убийством может опять возобновить ее попытки уничтожить меня. Ведь она может подозревать меня в смерти тех братьев и, как ни странно, окажется совершенно права.
На большой перемене, когда я выходила из столовой, меня поймал Крис и, схватив за руку, куда-то поволок.
— Эй!
Я попыталась отцепиться, но парень не отпускал.
— У нас проблемы, — коротко объяснил он.
Это меня насторожило. Если он, а еще хуже Мелори или Данте, узнают о том, что это я тот самый убийца, мне может быть очень плохо. Нет, от Криса я не собиралась скрывать это, я даже планировала рассказать ему обо всем. Проблема была в остальных.
Но вскоре я поняла, что убийство тут не причем. Когда мы поднялись на второй этаж, Крис повел меня в один из кабинетов, располагавшихся там.
* * *
Когда мы зашли в класс, у одной из дальних парт я заметила Рейна, весело болтающего о чем-то с двумя парнями. На первый взгляд ничего странного в этом не было, но был один нюанс — на парне не было той вязаной жилетки, галстука и сломанных очков. Теперь на нем был черно-красный полосатый свитер и темные джинсы. Это меня удивило.
Когда Рейн, повернул голову и увидел нас, на его лице отразилось сначала удивление, а потом недовольство. Он отошел от парней и подошел к нам.
— Чего вам? — нахмурившись, спросил он.
— Ты нарушил правила игры и не выполнил обещания, — ответил Крис. — Если Мелори тебя увидит, она будет в бешенстве.
На его заявление Рейн только фыркнул.
— А мне до задницы.
И отправился назад к парням.
