истекая кислотой и голодом.
Ричард отреагировал превосходно в сложившихся обстоятельствах. Он побледнел, его глаза расширились, он прошептал одними губами: О, сладкий Иисус, а затем открыл огонь.
Серебристые длинные пули разорвали ближайшее из приближающихся существ. Его крики переросли в завывающий визг, но это был крик ярости, а не агонии. Мясистые руки, или ноги, или щупальца, которые асимметрично торчали из искривленной сердцевины существа, изгибались и корчились, но это почти не замедлило его преследование.
- Продолжайте стрелять! - приказал Хорст, чувствуя себя отчаянно бесполезным.
- Пригните головы! - крикнула Алиша через стекло и дала им почти секундную отсрочку, прежде чем разбить стекло рукояткой пистолета. Набросив с пола кабины мешковину на осколки стекла, торчащие из рамы, она и профессор навели ружья на существ и присоединились к перестрелке.
Почти весь огонь достался ближайшему из отвратительных созданий. От него на землю, шипя и дымясь, вылетали куски корчащейся плоти. Его яростный вопль не ослабевал до тех пор, пока без предупреждения он не сорвался с места и тяжело не рухнул на дорогу, как небрежно сшитая игрушка в виде гигантского кальмара, по ошибке набитая шарами для боулинга.
- Что? … что случилось? - спросил Ричард, опуская карабин.
- Перезаряжай! - Приказал ему Хорст.
Когда Ричард начал закачивать новые патроны в брешь, Хорст повернулся к профессору и спросил:
- Что случилось? Ты не причинил ему вреда, и он внезапно умер.
Профессор раскрыл свой револьвер и вставлял новые патроны, пока говорил.
- Возможно, было задето жизненно важное место, хотя … Я не знаю. Эти штуковины, кажется, сделаны в очень общих чертах, почти так, как если бы это были отдельные органы без какой-либо специализации вообще".
- Это возможно? - спросила Алиша, вставляя магазин в пистолет и передергивая затвор.
- На Земле - только в виде одноклеточных существ вроде амеб. Но... ну, они явно не из этих мест. Что касается того, как он умер, я не думаю, что у него есть какие-то уязвимые места. Я думаю, мы просто проделали в нем слишком много дырок, чтобы он мог продолжать жить, и было слишком глупо знать, насколько тяжело он был ранен, пока не умер.
- Их еще пятеро, - указал Хорст. - Гипотезы позже, стрелять сейчас? Возможно?
- Вполне, мой мальчик, - самодовольно сказал профессор и открыл огонь.
Казалось, дело было не в том, сколько раз в существ попали, а в том, насколько рваным оставил их шквал пуль. В перерывах между громкими сотрясениями Алиша сетовала на отсутствие у них дробовика; он бы отлично сработал против этих тварей. Но у них не было ни дробовика, ни бесконечных боеприпасов. Потребовался примерно полный заряд из всех трех орудий, чтобы сбить с ног одного преследователя; когда поле боя сократилось до трех, боеприпасы закончились.
Курок пистолета профессора лязгнул по пустой гильзе.
- Что ж, - сказал он, рассматривая бесполезное оружие, как можно было бы рассматривать авторучку, у которой пересохло, - это благословенная неприятность".
- Я выхожу, - сказал Ричард, похлопывая себя по карманам в тщетной попытке найти какие-нибудь случайные патроны.
- Я тоже, - сказала Алиша. Она с сердитой гримасой засунула пустой пистолет в наплечную кобуру. - Итак, я полагаю, на сегодня мы закончили?
Выжившие аберрации приближались, под их криками нарастало слюнявое чириканье, когда они чуяли, что их добыча так близко.
- Боюсь, что так, моя дорогая, - признал профессор.
- Черт возьми! - заорал майор. - Впереди железная дорога, нам придется поворачивать параллельно. Они наверняка нас догонят! Нет! Подождите!
Когда он заговорил снова, в его голосе мелькнула искорка надежды.
- Там, внизу, поезд, набирает воду! Сможем ли мы обогнать их на поезде?
- Понятия не имею, но мы не потеряем их в этой катастрофе, - сказала Алиша. - Постарайтесь, майор. Кстати, что это за поезд? Карнавал?
Хорсту было трудно оторвать взгляд от существ, но этот комментарий заставил его резко развернуться и посмотреть вперед.
Живые изгороди и деревья расступились, открывая взору неглубокую долину, простиравшуюся перед ними в лунном свете. Слева от них лежал луг, а за ним дорога и железная дорога на земляном валу. Там, где дорога разветвлялась, и один рукав исчезал в коротком туннеле под железнодорожным полотном, у рельсов было бетонное основание, на котором стояла водонапорная башня на запасном пути вдоль сквозной линии. Там, рядом с ним, действительно был поезд.
Это была небольшая композиция, состоящая из неэлегантного, но практичного паровоза-тендера, трех товарных вагонов, на которых было что-то вроде причудливых надписей, которые Хорст так хорошо помнил по the Cabal Bros. Карнавал, спальный вагон и, наконец, пассажирский тормозной фургон в британском стиле. Он остановился на запасном пути под водонапорной башней, и при свете керосиновых фонарей едва можно было различить фигуры машиниста и его помощника, работавших за рулем. Острое зрение Хорста могло различить какое-то другое движение в ближних тенях, отбрасываемых луной на поезд, но помимо возможности разглядеть танцующий огонек пары окурков — один энергично двигался, в то время как курильщик, по-видимому, выразительно размахивал им во время разговора, — было слишком темно даже для него, чтобы прочитать надписи, нарисованные на товарных вагонах, хотя он был готов с уверенностью предположить, что последнее слово было ‘Цирк’. "Очень маленький цирк, если это все их снаряжение и персонал", - подумал он.
- Держитесь! - крикнул майор. - Кратчайший путь!
Они все напряглись; был только один возможный короткий путь, и он заключался в том, чтобы протаранить деревянный забор из двух перекладин, отделявший дорогу от луга.
Майор поискал участок, который слегка отклонялся бы к дороге, пытаясь нанести удар как можно более перпендикулярно прутьям, отклонился от ограждения вправо, а затем резко повернул налево. Неожиданный поворот направо застал Ричарда врасплох, и он потерял контроль над приваренной стойкой в боку грузовика. Когда автомобиль взбежал на небольшой берег, проломил забор и задрал хвост вверх, когда задние колеса перелетели через край берега, он покатился в корму, а затем от неожиданного толчка был отброшен через заднюю дверь. Он исчез из виду с отчаянным криком.
- Остановись! - взревел Хорст. - Останови эту чертову штуку!
Говоря это, он уже был на ногах и бежал обратно. Он ускорил свои реакции, приближаясь к задней двери, зная, что из-за неровностей дороги автомобиль будет двигаться непредсказуемо, и понимая, что сейчас очень неподходящий момент для падения. Это было мудрое решение; когда он подпрыгнул, чтобы поставить одну ногу на металлические ворота, задние колеса грузовика попали в колею, и
