Читаем без скачивания Гарри Поттер и Принц-полукровка. - Джоан Роулинг.

- «Дорогая», - шепнул на змеином языке Морфин, глядя на сестру. - Он ее назвал «дорогая». Ты все равно ему не нужна.

Меропа побледнела так, что Гарри был уверен, что она сейчас упадет в обморок.

- Это еще что такое? - резко спросил Гонт, тоже на змеином языке, переводя взгляд с сына на дочь. - Что ты сказал, Морфин?

- Ей нравится смотреть на этого маггла, - сказал Морфин, злорадно глядя на напуганную сестру. - Вечно в саду, когда он проезжает, глазеет на него через забор, да? А вчера ночью…

Меропа судорожно замотала головой, умоляя его замолчать, но Морфин безжалостно продолжал:

- …высунулась из окна и ждала, когда он поедет домой, да?

- Высунулась из окна, чтобы поглядеть на маггла? - тихо сказал Гонт.

Все трое Гонтов, казалось, забыли об Огдене, которого явно удивляло и раздражало это возобновившееся непонятное шипение и скрежет.

- Это правда? - страшным голосом сказал Гонт, делая пару шагов к перепуганной девушке. - Моя дочь - чистокровный потомок Салазара Слизерина - сохнет по паршивому, грязножильному магглу?

Меропа отчаянно замотала головой, вжавшись в стену, явно не в силах отвечать.

- Но я его поймал, отец! - хихикнул Морфин. - Поймал, когда он тут проезжал, и весь в нарывах он был уже не такой милашка, а, Меропа?

- Ах ты мерзкая пшичишка, предательница крови паршивая! - взревел Гонт, выходя из себя, и его руки сомкнулись на горле дочери.

«Нет!» - одновременно завопили Гарри и Огден. Огден поднял палочку и крикнул: «Релашио!».

Гонта отбросило от дочери назад. Зацепившись за кресло, он рухнул на спину. Морфин, взревев в ярости, вскочил со своего кресла и бросился на Огдена, размахивая своим жутким ножом и беспорядочно стреляя проклятьями из палочки.

Огден решил спасаться бегством. Дамблдор знаком показал Гарри, что им нужно последовать за ним, и Гарри подчинился, в ушах его еще звенели вопли Меропы.

Огден, метнувшись по тропинке, с поднятыми над головой руками вылетел на главную дорогу, где врезался в лоснящуюся гнедую лошадь, на которой ехал очень красивый темноволосый молодой человек. И он, и ехавшая рядом с ним на сером коне хорошенькая девушка покатились со смеху, увидав Огдена. Тот отскочил от лошадиного бока и вновь сломя голову бросился по дороге, с ног до головы в пыли, с развевающимися полами сюртука.

- Думаю, этого достаточно, Гарри, - сказал Дамблдор. Он взял Гарри под локоть и потянул. Через мгновение оба они невесомо взмыли вверх, сквозь тьму, а потом аккуратно встали на ноги - снова в кабинете Дамблдора, теперь уже погрузившемся в сумерки.

Дамблдор взмахом волшебной палочки зажег еще несколько ламп.

- Что стало с той девушкой в доме? - тут же спросил Гарри. - С Меропой, или как там ее звали?

- О, она осталась жива, - сказал Дамблдор, возвращаясь на свое место за столом и жестом предлагая Гарри тоже сесть. - Огден аппарировал обратно в Министерство и через пятнадцать минут вернулся с подкреплением. Морфин и его отец пытались сражаться, но их сопротивление подавили, их увезли из дома, а впоследствии Визенгамот вынес им приговор. Морфин, за которым уже числились нападения на магглов, был приговорен к трем годам в Азкабане. Марволо, ранивший еще нескольких работников Министерства, кроме Огдена, получил шесть месяцев.

- Марволо? - задумчиво повторил Гарри.

- Именно, - одобрительно улыбнулся Дамблдор. - Рад видеть, что ты улавливаешь мысль.

- Этот старик был?…

- Да, дед Волдеморта, - сказал Дамблдор. - Марволо, его сын Морфин и дочь Меропа были последними из Гонтов, очень древнего рода волшебников, известных склонностью к неуравновешенности и насилию, которая благополучно кочевала из поколения в поколение благодаря их привычке жениться на собственных кузинах. Недостаток ума в сочетании со страстью к величию означали, что фамильное золото было растрачено еще за несколько поколений до рождения Марволо. Ему, как ты сам видел, остались лишь убожество и нищета, весьма скверный характер, фантастическое высокомерие и гордыня и пара фамильных драгоценностей, которые он берег так же, как своего сына, и гораздо больше, чем свою дочь.

- Так Меропа, - наклонившись вперед на стуле и во все глаза глядя на Дамблдора, сказал Гарри, - так Меропа была… Сэр, это значит, то она была… матерью Волдеморта?

- Да, - сказал Дамблдор. - И случилось так, что мы успели мельком увидеть отца Волдеморта. Интересно, ты заметил?

- Тот маггл, на которого напал Морфин? Человек на лошади?

- Прекрасно, - довольно улыбнулся ему Дамблдор. - Да, это был Том Риддл-старший, красивый маггл, часто проезжавший мимо домика Гонтов, к которому Меропа Гонт питала тайную пламенную страсть.

- И они потом поженились? - недоверчиво сказал Гарри, который не мог представить себе менее подходящих друг другу влюбленных.

- Ты забываешь, кажется, что Меропа была волшебницей, - сказал Дамблдор. - Не думаю, что, пока ее терроризировал отец, ее магические силы проявлялись наилучшим образом. Когда же Марволо и Морфин оказались на безопасном расстоянии в Азкабане, когда она оказалась одна и впервые в жизни свободна, тогда, я уверен, она смогла дать волю своим способностям, придумать, как ей спастись от безнадежной жизни, которую она вела восемнадцать лет. Ты не догадываешься, какими средствами Меропа могла заставить Тома Риддла забыть свою спутницу-маггла и влюбиться в нее?

- Заклятием Империус? - предположил Гарри. - Или приворотным зельем?

- Замечательно. Лично я склонен считать, что она использовала приворотное зелье. Уверен, оно показалось ей более романтичным, и, думаю, ей нетрудно было однажды в жаркий денек, когда Риддл ехал один, уговорить его попить воды. Как бы то ни было, через несколько месяцев после только что виденного нами деревня Литтл Хэнглтон смаковала жуткий скандал. Можешь себе представить, какие слухи вызвал побег сына сквайра с дочерью оборванца, Меропой. Но жители деревни были далеко не так потрясены, как Марволо. Вернувшись из Азкабана, он рассчитывал, что дочь послушно ждет его с накрытым столом. А вместо этого он обнаружил пустой и пыльный дом и ее прощальную записку, где она объясняла, что сделала.

Насколько мне удалось узнать, с тех пор он ни разу даже не упоминал ее имени. Возможно, пережитое потрясение от ее ухода стало одной из причин его ранней смерти. А может, он просто не умел прокормиться сам. Азкабан очень ослабил Марволо, и он не дожил до того дня, когда Морфин вернулся домой.

- А Меропа? Она… она же умерла? Волдеморт ведь вырос в приюте?

- Да, именно, - ответил Дамблдор. - Тут нам придется положиться на догадки, хотя, думаю, понять, что случилось, нетрудно. Видишь ли, через несколько месяцев после их тайной свадьбы Том Риддл вновь появился в особняке в Литтл Хэнглтоне, без жены. В округе пошли слухи, будто он говорил, что его «одурачили» и «обманули». Уверен, он имел в виду то, что все это время находился под действием чар, которые позже спали. Хотя осмелюсь предположить, что он не осмелился назвать это именно такими словами, опасаясь, что его посчитают сумасшедшим. Однако жители деревни, услышав, что он говорит, предположили, что Меропа солгала Тому Риддлу, притворилась, что ждет от него ребенка, и он из-за этого женился на ней.

- Но у нее и был от него ребенок.

- Но только через год после свадьбы. Том Риддл бросил ее еще беременной.

- Но что сорвалось? - спросил Гарри. - Почему приворотное зелье перестало действовать?

- Опять-таки, это только догадка, - сказал Дамблдор, - но я считаю, что Меропа, сильно влюбленная в своего мужа, не смогла больше порабощать его при помощи магии. Думаю, она решила не давать ему больше зелье. Вероятно, она была настолько ослеплена любовью к нему, что вообразила, будто он уже отвечает ей взаимностью. Возможно, она решила, что он останется ради ребенка. Если так, она ошибалась в обоих отношениях. Он бросил ее, никогда с ней больше не встречался и не трудился узнавать, что стало с его сыном.

Небо за окнами было уже чернильно черным, и лампы в кабинете Дамблдора, светили как будто ярче, чем раньше.

- Думаю, на сегодня достаточно, Гарри, - сказал Дамблдор через несколько мгновений.

- Да, сэр, - сказал Гарри.

Он встал, но уходить не спешил.

- Сэр… это так важно - знать все это о прошлом Волдеморта?

- Мне кажется, очень важно, - ответил Дамблдор.

- И это… это как-то связано с пророчеством?

- Это еще как связано с пророчеством.

- Ладно, - сказал Гарри, слегка сбитый с толку, но все же убежденный.

Он повернулся, чтобы идти, но тут в голову ему пришел еще один вопрос, и он повернулся назад:

- Сэр, можно мне рассказать Рону и Гермионе все, что вы мне рассказали?

Поразмыслив над этим немного, Дамблдор сказал:

- Да, думаю, мистер Уизли и мисс Грэйнджер доказали, что им можно доверять. Но, Гарри, я попрошу тебя попросить их не повторять ничего из этого кому-либо еще. Не очень будет хорошо, если всем станет известно, сколько я знаю о тайнах Волдеморта или о скольком подозреваю.