Поскольку на постах наверняка придется общаться с сарбозами, я решил прихватить с собой переводчика Юру, который в конце ноября прилетел в Кандагар, на замену прежнего переводчика — Олега. Юра поселился не на вилле переводчиков, а на нашей, сняв комнату, в которой до этого проживал советник 34-го Опербата по политической работе — Николай Прокопенко, в простонародье — «Мыкола бедоносец». Такое погоняло ему дали за то, что он был ходячей проблемой, и головной болью для всего коллектива царандоевских советников. То он поедет в «зеленку» на рябчиков охотиться и под обстрел «духов» попадет. То он соберется в арыке рыбу глушить взрывчаткой, и для этой цели начнет вытапливать тол из неразорвавшихся боеприпасов, едва не разнеся свою виллу. Но, тем не менее, мужик он был компанейский и пронырливый. Именно он раздобыл для нашей виллы электрогенератор, выручавший нас во время частых перебоев с электроэнергией в общей сети.
Николай дембельнулся еще в сентябре, но поскольку на его замену никого и не прислали, комната с тех пор так и пустовала.
Вообще то, наша знаменитая гостеприимная 13-я вилла, начиная с августа 1987 года, здорово осиротела.
По завершении «загранкомандировки» уехал в свою Вологодскую область советник по безопасности — Саша Васильев, знаменитый спец по напитку «Дона» и внештатный фотокорреспондент нашего городка. Фотоаппарат «Зенит» был неотъемлемым атрибутом его повседневной экипировки. Именно благодаря Александру царандоевские советники, да и не только они, смогли вывезти домой кучу снимков, которые он «клепал» почти ежедневно.
На место Васильева долго не присылали сменщика, и мне по возвращении из отпуска пришлось два месяца разрываться между своим подсоветным Амануллой и заместителем командующего Царандоя по безопасности — Сардаром.
В декабре наконец-то прислали полковника Черных Владимира Михайловича. До этого он почти восемь месяцев отработал в Представительстве МВД в Кабуле на должности советника ГУЗРа. Ему до икоты надоели безвылазные командировки по стране, а также интриги, которые плели отдельные высокопоставленные советники Представительства, и он обратился с рапортом о переводе в какую-нибудь провинцию.
Так он попал к нам в Кандагар, на должность советника по безопасности. Судя по всему, он нисколько не жалел о такой ротации. Мы тоже.
Олег Андреев первый год своей командировки в Афгане честно отпахал в провинции Фарах на должности советника политотдела провинциального Царандоя. По возвращении из отпуска, он обратился к руководству Представительства с просьбой направить его в провинцию, где имеются хоть какие-нибудь сносные бытовые условия. Поскольку, на ту пору, аналогичная должность освободилась в группе советников Царандоя Кандагарской провинции, его просьбу удовлетворили на все сто процентов.
Олег поселился на нашей вилле, в комнате, снимаемой до этого советником командира 34-го Опербата, — Юрой Беспаловым. Юра еще летом уехал в свой Саратов, и его комната стала чем-то вроде гостевой, куда мы временно подселяли проверяющих, изредка «радующих» нас своими визитами с целью проведения текущих проверок и наработки фактуры наградных представлений на себя любимых.
Уже на второй день своего пребывания в Кандагаре Олег едва не погиб.
В тот день все советники, живущие в Компайне, как обычно уехали с утра на работу в город. В Компайне осталось несколько человек из взвода охраны и около десятка женщин — все жены военных советников. Примерно в 9.30 «духи», незаметно подкравшиеся по высохшему арыку, встав в полный рост, пошли в штыковую атаку на городок. Женщины закрылись на одной вилле и подняли истошный визг. Мужчины, остававшиеся в городке, похватали оружие и приступили к отражению атаки. Стреляли так интенсивно, что автоматы раскалились, и два человека из-за этого получили ожоги. Бой длился почти два часа.
И вот именно в этот день очень крупно повезло Олегу Андрееву, который раньше времени возвратился в городок. Его счастье в том, что в Компайн он возвращался по дороге ведущей на Калат, а не на «Майдан», и заехал в городок с тыла. Неизвестно, чем бы все это закончилось лично для него, если бы он поехал по дороге, которую заблокировали «духи».
Таким образом, в декабре наша 13-я вилла была вновь полностью укомплектована.
Так уж вышло, что все четверо её «квартирантов» оказались страстными любителями карточной игры в «Кинга» и ярыми чревоугодниками. В приготовлении вкусной, и самое главное съедобной пищи нам не было равных во всем «Компайне». Даже, переводчики со своими фирменными блюдами восточной кухни могли отдыхать.
Однако что-то я отвлекся от основной темы своего повествования, и вновь запел арию голодных из оперы «Дай пожрать»…
Глава 14. «Туристические» вылазки в «зеленку»
На УАЗике «Сизого носа» довольно быстро добрались до Бригады, где нас уже ждали помощники Варенникова. Комбриг предоставил в распоряжение нашей лихой компании два БТРа, и в придачу к ним дюжину десантников. По тому, как помощники Варенникова лихо усаживались на козырные места первого броника, чувствовалось, что в таких путешествиях они далеко не новички.
До первого царандоевского поста второго пояса обороны добрались минут за сорок. Он располагался в кишмишхане, стоящей на краю небольшого холма. Сарбозы основательно перестроили саманное здание кишмишханы, и теперь она больше походила на неприступную крепость. На её плоской крыше были оборудованы несколько огневых точек, а также установлены ДШК и двуствольная ЗэУшка. Дверей в кишмишхане не было вообще. Точнее сказать, когда-то они были, но царандоевцы заложили их камнями. Внутрь помещения можно было попасть через два узких лаза, проделанных у самого основания здания. Один лаз соединялся с лабиринтом окопов, предусмотрительно вырытых перед «кишмишханой». Второй лаз вел в подземный переход, который другим своим концом выходил в стоящее рядом невысокое здание, приспособленное под казарму.
Судя по всему, обитатели поста уже долгое время жили размеренной жизнью, не отягощенной особыми беспокойствами со стороны «духов». Подтверждением таких домыслов был толстый слой пыли, лежащий на ящиках с боеприпасами. Располагайся этот пост где-нибудь в другом месте, возможно, всё было бы иначе.
А вообще-то, афганские военнослужащие были большими любителями пострелять от нечего делать, и боеприпасы на посты не успевали подвозить. Бесцельная пальба была чем-то вроде хобби у сарбозов. Больше всего они любили стрелять трассерами по зависающим около постов световым ракетам и минам, которые сами же и запускали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
