– Яйца есть, колбаса тоже и сыр имеется. А ещё уставший мужик, который жаждет снять усталость.
Меня потянули сзади и я оказалась в объятиях шефа, руки которые уже "бродили" по груди. Мужчина прикусил мочку уха.
– Неугомонная женщина, Вольная. И как я столько терпел?
Хмыкнула. М-да, терпел! Со всеми расфуфыренными девицами. Так, тётя ревность, убирайся восвояси.
– Игнат, я больше не хочу, – вспыхнула я, когда правая рука мужчины спустилась к низу живота.
– Надо, товарищ главный бухгалтер, надо. Вот на чтобы ты пошла, если вдруг заявилась бы к нам налоговая.
– Сказала бы, что один напыщенный генеральный директор не даёт нормально сделать отчёты и использует свое положение для соблазнения бедной меня.
– Скорее укрощения, – хохотнул Игнат, – Закрывай глаза, а я тебе поведаю сказку.
– Надеюсь не ту, в которой дед наложил в коляску, – брякнула я.
– И поставил в уголок, чтоб никто не уволок, – подхватил Шевцов, – Нет, расскажу я тебе про нашу с тобой совместную жизнь. Ты как раз расслабленная, спорить не будешь. Слушай и запоминай.
Его волшебные руки творили чудеса, а голос, который нёс какую-то ересь, усыплял.
Собственно, проснулась я в обнимку с Игнатом, закинув на того ноги. Часы показывали восемь утра. Пора вставать. Увы, внутренняя кукушка никогда не даст поспать дольше обычного.
Естественные нужды дали о себе знать и я, спрыгнув с постели, прихватила синюю майку и красный плащ от маскарадного костюма и помчалась в ванную.
Справив нужду, открыла душевую кабинку. Включила воду и подставила лицо тёплым струям. Сладкое пробуждение. В объятиях, а не с котом на лице. Тёплое и даже уже родное. Не знаю, отчего так...
Помывшись мужским шампунем, гелем для душа, насухо вытерлась. Натянула майку, которая доходила мне до середины бедра и ни черта не скрывала. У меня есть плащ. Жаль, что не чёрный... А то, могла бы прикинуться Дональдом Даком.
Показала язык отражению, в котором была счастливая я с блестящими глазками и засосом на шее.
Плащ обернула вокруг бёдер и завязала узлом. Получилась юбка до колен с нехилым таким разрезом. Но хоть самое важное прикрывает. Так, теперь почистить зубы, расчесать волосы и приготовить завтрак, пока во мне проснулось желание порадовать босса.
Примерно пятнадцать минут спустя, я стояла на кухне и пританцовывала, включив тихо радиоприёмник. На сковороде обжаривался лук с сырокопченой колбасой, пока я взбивала венчиком яйца с молоком. Кухня у Шевцова оказалась добротной. Особенно на всякие техногологические штуки. Был и блендер, и кофемолка, и соковыжималка, и тостер... Кстати, где у нас тут хлебница? Сделать тосты с творожным сыром. И положить вчерашние креветки. Всё, мой желудок сейчас сам себя слопает.
На радио заиграла песня Потапа и Насти Каменских. Я не удержалась и в припев начала подпевать:
– Это он, это...Он! Это парень на миллион!
Пела я корявенько. Думала, что попой виляю гораздо лучше издаваемых мною звуков.
Залила "пережарку" омлетом и закрыла сковороду крышкой. Уменьшила газ и повернулась. Уткнулась лицом в голую грудь мужчины, которая пахла гелем для душа.
Опустила взгляд и поняла, что Шевцов долго простоял, наблюдая за моими...Танцами.
– Игнат, – выдохнула я, – пощади, а? Если получится, как в интернах, я на работу не пойду…
Шеф непонимающе на меня уставился. Его руки легли на мои бёдра, а сам он не постеснялся об меня потереться, чем вызвал жаркую волну возбуждения.
– Там, – начала я объяснять, – Где главный врач больницы, Кисегач при игрищах с любовником нечаянно обожгла об плиту пятую точку, а потом пошла на работу…
– Видимо, забавный фильм, – улыбнулся босс, – Но я не садист, и, пожалуй…
Ахнула, когда он сдёрнул с плащ.
– Там мы будем, есть, – занудствовала я, поняв, что мужчина не прочь проверить стол на прочность, – И завтрак сгорит, и опоздаем, и, вообще прекрати меня совращать!
Закинул голову и расхохотался.
– И это я тебя совращаю? Не я тут стою, напеваю и пританцовываю в таком…хм… интересном наряде.
Его взгляд остановился на груди и руки с бедер переместились на едва прикрытые майкой полушария.
Сглотнула. Руку завела назад, нащупала выключатель плиты и повернула.
– Я за безопасность, – прохрипела я и поддавшись вперёд (совсем чуть-чуть), потянулась на цыпочках, подставляя губы для поцелуя.
– Дождался-таки…
Утро выдалась страстным, мокрым и весьма необычным. А ещё у меня болела спина из-за хоть и удобной, но твёрдой поверхности стола. И кушать я за ним отказалась. Не после того, как моя попа послужила неплохой тряпочкой-протиралочкой, а член Игната увлажнителем блин.
В итоге, приняв вместе душ, мы позавтракали в гостиной, потом в ускоренном темпе оделись и поехали на работу. Там я появляться опасалась. Из-за расспросов, подколок… А если меня в кабинет вызовут, то будут гадать – не изображаем ли мы похотливых кроликов.
