И засмеялся, глядя, как Антонио стремглав бросается в родной мир.
Глава 9
Кто не за мир — тому смерть. Ассоциация женщин-пацифисток
NN
— Да, Гелла, ты была абсолютно права, — Яков мягко, словно большой кот, поднялся с кресла. — Кто бы мог подумать, что ты, Василис, на старости лет станешь таким предсказуемым… Э-э-э, нет-нет! Никаких лишних движений! Знаю я вас, серафимов. Моргнуть не успеешь, а тут уже и крылья, и нимб и небесный полк с пиками наперевес.
Яков медленно подошел к Василису и усмехнулся. Серафима держали четверо. Но самое главное преимущество демонов (и Яков это прекрасно понимал) было в том, что двое держали меня. Хотя зачем двое? На меня и половины высшего демона хватило бы с головой. Но Яков не желал рисковать. Он учился на ошибках. Особенно, если это были ошибки его конкурентов.
Гелла действительно смогла предугадать место нашего появления. Когда она в свою пудреницу увидела, как падает крыша под ногами Василиса, она уже знала, что подчиненные Арона не выдержат натиска с трех сторон. Эльфы и вампиры — это еще полбеды, но светоносящие серафимы… И Гелла, как порядочная демонесса, тут же приняла единственно правильное для себя решение. Яков, в отличие от Арона, не был в нее безнадежно влюблен. Но он все равно был рад ее видеть.
— Ты хочешь заполучить душу ангела? — красиво выгибая спину, спросила Гелла. Яков окинул ее задумчивым взглядом:
— Сколиоз заработаешь.
"Твою мать, Арон, — раздраженно скривилась про себя демонесса. — Почему ты такой неудачник? Из-за твоих промахов мне теперь приходиться унижаться перед этим стареющим любителем автопрома". Но вслух Гелла только чарующе улыбнулась. Она была женщиной опытной и знала, как найти подход к разным мужчинам.
— С каким предложением ты явилась?
— Я точно знаю, как и где ты сможешь заполучить себе и человека и хранителя.
Яков выгнул бровь, но промолчал. Гелла плавно подошла и, покачивая бедрами, стала за его левым плечом.
— Сейчас ее оберегают только два серафима. Но завтра это будет половина воинства Сферы. Если не ударить сейчас, мы навсегда… ты навсегда потеряешь возможность их пленить.
— Скажи мне то, чего я не знаю… — Яков прикрыл глаза, опуская подбородок на руки.
— Если мы нападем неожиданно… — Гелла прикусила язык. Яков не сделал ни одного движения, не издал ни одного звука, но говорить дальше можно было только по существу. — Я знаю, где откроется портал.
Демон некоторое время молчал, потом медленно кивнул и поднялся.
— Показывай!
И, надо сказать, демонесса не ошиблась. В мир оборотней нас отвела Татьяна, домой нас вернула тоже она. Материнский инстинкт был лучшим ориентиром в беспространственном хаосе. И хотя женщина еще не пришла в себя, даже в таком состоянии она была способна отыскать своего ребенка. Василис лишь слегка откорректировал маршрут, чтобы не завалиться в квартиру к родителям Татьяны средm бела дня. Он переместил нас под лестничную клетку, у двери в подвал. Где и сидел в засаде вип-отряд демонов Якова.
***
Первым скрутили Даниила. Людей просто сорвали с его плеч и свалили в кучу возле стены. Потом была я. Василиса вообще взяли без боя. Нацеленные на меня и Александра клинки оказались лучшим доводом, чтобы Серафим поднял руки и со всем согласился.
— Тронешь ее и я…
— Ты ничего не сделаешь, Василис, — спокойно перебил его Яков. — Впрочем, кое в чем ты, несомненно, прав.
Он коротко кивнул и снова отошел к высокому резному креслу, полускрытому в темноте подвала. А оттуда с нежной улыбкой сексуального маньяка выплыла Гелла. Она склонилась над Александром, которого специально для нее демоны слегка приподняли над землей, и вгляделась в спящее лицо.
— Нет, он пока не готов.
Потом подошла к Татьяне и повторила те же действия. Только на этот раз в ее глазах мелькнуло удивление:
— Странно… она тоже не готова.
Я поняла, что Гелла только что своими большими кошачьими глазами просканировала души людей. Верховные демоны с некоторым набором данных могут определять количество и… так сказать — качество грехов, сотворенных каждой отдельной личностью. Таким образом они знают наверняка, куда попадет душа человека, если он погибнет прямо сейчас. "Вот, стерва!" от души подумала я, и чуть было сама не рухнула в обморок от собственной невоспитанности. Но червячок злости в моей груди никуда не исчез. Наоборот, чем больше я думала о культуре поведения, тем больше хотелось врезать этой напомаженной барышне сковородкой промеж ушей. Злость плавно переходила в ярость, а когда Гелла длинным изящным пальчиком провела по щеке Татьяны, у меня словно в глазах потемнело.
— Было приятно общаться с тобой, Василис, — сквозь пульсирующий гул в ушах до меня долетели насмешливые слова Якова. Я ощутила, как начинает гореть кожа. Почувствовала, как демоны, удерживающие меня за руки, вдруг, истошно вопя, отпрянули в сторону. Как что-то кричит Василис. Как вытягивается в недоумении лицо Верховного демона, который думал, что видел в жизни все, но только не злобного, буквально пышущего яростью ангела-хранителя.
А я смотрела только на нее. На эту Геллу. На это воплощение порока, грязи, олицетворение зла, которая так нагло и бесстрашно касается моего человека.
— Убейте людей! — завопила демонесса. Она тоже поняла, на кого сейчас выльется гнев небесных сил. На что был рассчитан этот приказ, наверное, в тот момент, не смогла бы ответить и сама Гелла. Она, словно утопающий за соломинку, ухватилась за жизни пленников в надежде, что меня остановит страх за них.
Но в этот раз Гелла просчиталась. У меня внутри словно что-то взорвалось. Мир стал узким и тесным. Мышцы напряглись до предела. Каким-то десятым чувством я поняла, что вновь пережила произвольную трансформацию. Но в этот раз она не остановилась на крыльях и сапогах. Я увидела, как замерцал воздух вокруг, как демоны, уже поднявшие мечи, в ужасе закрывают руками лица, как темнота подвала вдруг осветилась ярким теплым светом.
И все исчезло.
***
Впервые в жизни Василис почувствовал себя котенком, которого сначала долго и нещадно била жизнь, а потом подобрали и приютили даже не люди, а ангелы во плоти. Именно такое ощущение бесконечной доброты, нежности и какого-то физического удовольствия накрыло его с головой. Серафим улыбнулся, зажмурился и едва не замурлыкал от неожиданного подарка. А когда открыл глаза, вокруг была смерть.
Высших демонов не осталось ни одного. Они осыпались прахом, не успев уйти ни в Теневые материи, ни в родной подземный мир. Яков, потрепанный, местами обожженный, снова девственно лысый, поцарапанный и побитый, едва стоял на ногах, вцепившись в дверной косяк. У него в ногах сидела Гелла. Она невидящим взглядом смотрела куда-то вдаль. Надо сказать, что демонесса внешне пострадала не так сильно. Но Василис был уверен, что она больше никогда не сможет смотреть в души. Она вряд ли вообще когда-либо сможет смотреть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
