Читаем без скачивания Дорогой друг Декстер - Джеффри Линдсей

“Хорошо,” сказал он.

Глава 23

У Винса Масуки был небольшой дом в Северном Майами, в конце тупика на 125-ой С.В. улице. Он был аккуратно окрашен в бледножелтый с пастельно фиолетовым, что заставило меня подвергнуть сомнению свой вкус в выборе приятелей. У него было несколько отлично постриженных кустарников на переднем дворе, кактусовый сад у входной двери, а так же ряд ламп на солнечной батерее, освещающих дорожку из булыжника.

Я был там однажды, чуть больше года назад, когда Винс решил устроить карнавал. Я пригласил Риту, так как цель маскировки состоит в том, чтобы её замечали. Она пошла в костюме Питера Пэна, а я был Зорро, конечно; Темный Мститель с готовым клинком. Винс открыл дверь в облегающем тело атласном платье с корзиной фруктов на голове.

“Джей Эдгар Гувер?” спросил я его.

“Почти. Кармен Миранда,” сказал он прежде, чем привести нас в к фонтану убийственного фруктового пунша. Я сделал один глоток и решил придерживаться содовой; разумеется это было до моего превращения в лакающего пиво краснорожего мужлана. Непрерывно звучащий соундтрак из монотонной техно-поп-музыки созданный чтобы вызывать добровольную самостоятельную операцию на мозге, увеличил громкость, и вечеринка стала чрезвычайно шумной и веселой.

Насколько я знаю, Винс с тех пор не развлекался, по крайней мере не в таких масштабах. Однако, память очевидно осталась, и у Винса не возникло никаких проблем всего за двадцать четыре часа собрать восторженную толпу для участия в моем унижении. Верный слову, он установил бесчисленное количество играющих порнушку мониторов по всему дому и даже на внутреннем дворике. И, разумеется, фонтан фруктового пунша.

Поскольку слухи о той первой вечеринке были освежены виноградным вином, место было наполнено шумными людьми, главным образом мужского пола, атаковавшими пунш так, словно они слышали, что объявлен приз первому, кто достигнет постоянного повреждения мозга. Я даже знал нескольких из них. Здесь были Энжел Батиста-не-родственник наряду с Камиллой Фигг и горсткой других экспертов судебной лаборатории, и несколько знакомых полицейских, включая четырех, не раздражавших сержанта Доакса. Остальную часть толпы, казалось, вытянули с Саут Бич наугад, выбрав за их способность издавать громкий, высокий звук ОУУ! когда менялась музыка, или видеоэкран показывал что-нибудь особенно непристойное.

Вечеринка не замедлила превратиться во что-то, о чем мы все будем сожалеть в течение долгого времени. К четверти десятого я был единственным, кто все еще мог стоять вертикально без посторонней помощи. Большинство полицейских разбили лагерь у фонтана в мрачном комке поспешно сдвинутых локтей. «Энжел-не-родственник» крепко спал под столом с улыбкой на лице. Его штаны исчезли, и кто-то выбрил дорожку в центре его головы.

Всё шло своим чередом, и я подумал, что сейчас подходящее время чтобы незаметно проскользнуть наружу и посмотреть, прибыл ли Сержант Доакс. Оказалось, однако, что я ошибаюсь. Я не сделал и двух шагов к двери, когда большой вес навалился на меня сзади. Я быстро обернулся, чтобы обнаружить, что Камилла Фигг пытается задрапировать собой мою спину. «Привет», сказала она с чрезмерно сияющей и несколько невнятной улыбкой.

“Привет,” бодро ответил я. “Могу я предложить вам выпить?”

Она нахмурившись глядела на меня. “Не хочу пить. Просто хотела сказать привет.” Она нахмурилась сильнее. “Боже, ты милашка,” сказала она. “Всегда хотела это сказать.”

Хорошо, бедняжка очевидно была выпивши, но даже так – Симпатичный? Я? Я полагаю, слишком много алкоголя может затуманить взор, но ладно вам – что может быть симпатичным в ком-то, кто скорее вскроет вас, чем пожмёт вашу руку? И в любом случае, я уже ограничил свой лимит общения с женщинами с одной: с Ритой. Насколько я помнил, мы с Камиллой редко говорили друг другу больше трех слов. Она прежде никогда не упоминала о моей предполагаемой привлекательности. Она словно избегала меня, предпочитая краснеть и отводить взгляд вместо простого пожелания доброго утра. И теперь она чуть ли не насиловала меня. В чем смысл?

В любом случае, у меня не было времени, чтобы тратить его впустую на расшифровку человеческого поведения. “Большое спасибо,” сказал я, попытавшись отцепить Камиллу, не причинив никому из нас серьезных повреждений. Она сомкнула руки вокруг моей шеи, я попытался снять её, но она цеплялась как моллюск. “Мне кажется, вам нужно немного свежего воздуха, Камилла,” сказал я, надеясь, что она поймёт намек и отправится подальше. Вместо этого она подскочила ближе, впечатав лицо в моё, пока я отчаянно пытался отодвинуться.

“Я получу свой свежий воздух прямо здесь,” сказала она. Она вытянула губы для поцелуя и толкнула меня назад, пока я не врезался в стул и чуть не упал.

“Ах – хотите присесть?” С надеждой спросил я.

"Нет," отрезала она, таща меня вниз к своему лицу, с силой, по крайней мере удвоенного её веса, “я хочу ввернуть.”

“Ах, ну, в общем,” я запинался, шокированный абсолютно отвратительным нахальством и нелепостью происходящего – неужели все человеческие женщины безумны? Не то, чтобы мужчины были многим лучше. Вечеринка вокруг меня была похожа на картины Иеронима Босха, с Камиллой, готовой затащить меня за фонтан, где несомненно ожидала стая птиц, чтобы помочь ей изнасиловать меня. Но, стукнуло мне в голову, у меня же есть прекрасный повод избежать насилия. “Я женюсь, знаете ли.” Как бы трудно ни было это признать, было только справедливо, что это время от времени может пригодиться.

“Свлочь,” пробормотала Камилла. “Красивая свлочь.” Она внезапно резко упала, и ее руки соскользнули с моей шеи. Мне едва удалось поймать ее и помешать грохнуться на пол.

“Вполне вероятно,” сказал я. “Но я всё равно считаю, что вам нужно несколько минут посидеть.” Я попытался сгрузить её на стул, но она стекла на пол словно мёд с лезвия ножа.

“Красивая свлочь.” повторила она, и закрыла глаза.

Всегда приятно узнать, как вас ценят сослуживцы, но моя романтичная интерлюдия заняла несколько минут, и мне очень нужно было выйти и встретиться с сержантом Доаксом. Так что, оставив Камиллу сладко спать и грезить о любви, я снова направился к двери.

И снова меня подстерегли, на сей раз напав на мою руку. Винс самолично схватил мой бицепс и оттащил меня от двери назад в сюрреализм. “Эй!” пропел он йодлем. “Эй, душа вечера! Куда собрался?”

“Кажется, я оставил ключи в автомобиле,” сказал я, пытаясь расцепить его мертвую хватку. Но он только сильнее сжимал меня.

“Нет, нет, нет,” сказал он, таща меня к фонтану. “Это твой мальчишник, и ты никуда не пойдешь.”

“Вечеринка замечательная, Винс,” сказал я. “Но мне действительно нужно …”

“Выпить,” сказал он, окуная чашку в фонтан, и толкнул её мне, залив мою рубашку. “Вот что тебе нужно. Банзай!” Он воздел собственную чашу в воздух и осушил её. К счастью для всех заинтересованных лиц, напиток попал ему не в то горло, и мне удалось убежать пока он пытался откашляться.

Я уже достиг двери и отчасти спустился вниз прежде, чем он появился в проёме. “Эй!” завопил он. “Ты ещё не можешь уехать, будут стриптизерши!”

“Я сейчас вернусь,” ответил я. “Сделай мне еще выпить!”

“Точно!” просиял он фальшивой улыбкой. “Ха! Банзай!” И он вернулся к радостным волнам вечеринки. Я повернулся, чтобы найти Доакса.

Я не заметил его немедленно, хотя и следовало бы: он стоял прямо напротив меня через улицу, как и прежде. Когда я наконец разглядел знакомый темно-бордовый Форд, то понял, как умно он поступил. Он припарковался под большим деревом, которое заблокировало свет уличных фонарей. Поступок, который мог бы совершить человек, пытающийся скрыться, но в то же время это позволит доктору Данко почувствовать уверенность, что он может подобраться к нему незамеченным.

Я подошел к автомобилю и когда я приблизился, окно открылось. “Его еще нет,” сказал Доакс.

“Вы должны зайти выпить,” сказал я.

“Я не пью.”

“Но если вы не пойдете на вечеринку, вы, знаете ли, не сможете должным образом притвориться, сидя на другой стороне улицы в машине.”

Сержант Доакс молча закрыл окно, затем открылась дверь, и он вышел. “Что будем делать, если он появится сейчас?” спросил он.

“Понадеемся на моё очарование, чтобы спастись,” сказал я. “Теперь идём, пока там остался хоть кто-нибудь в сознании.”

Мы пересекли улицу вместе, не держась за руки, хотя, кажется, могли бы при этих странных обстоятельствах. На полпути из-за угла свернул автомобиль и направился к нам. Я, гордясь своим ледяным самоконтролем, сдержал порыв броситься бежать и нырнуть в тень олеандров, поглядев вместо этого на надвигающийся автомобиль. Он медленно двигался вперед, и мы с сержантом Доаксом полностью пересекли улицу к тому времени, когда он добрался до нас.