– Но ведь, – проговорил Меркурий, – вам, следовательно, придется все-таки заниматься поисками кандидата: раз уж полагается быть Президенту, вам придется найти его. Или я ошибаюсь?
– Нет, вы совершенно правы. Придется. Откровенно говоря, по этой причине я и приказал организовать восстание – и его подавление, разумеется: рассчитывал, что генерала, руководящего этим подавлением, можно будет подать как народного героя и затем выдвинуть. Подобрал очень красивого, представительного военного…
– Прекрасная идея, – похвалил Изнов.
– Мне тоже так казалось. Но вот прибыли вы – и я увидел совершенно другой выход из ситуации.
– Мы вам помешали?
– Напротив! Правда, справедливость требует сказать, что на эту новую идею меня натолкнул Си – мой лейб-оператор; сам я был слишком отвлечен теми бездельниками – кандидатами в кандидаты… Но он увидел, подсказал мне, я серьезно обдумал – и пришел к выводу, что он прав. И вот, собственно, вы можете меня уже поздравить: я нашел прекрасного кандидата и уверен, что сделаю из него, быть может, лучшего Президента из всех, какие были в Тивизе за всю ее историю.
– Искренне поздравляю вас! – проговорил Изнов.
– А я – вас! – торжественно ответил Отец Эфира.
– Меня? Но при чем тут я?
– Как, вы до сих пор не поняли? Но ведь именно вы и станете новым Президентом Тивизы! Я думал, что мои намеки были достаточно прозрачными.
– Но простите, Отец Эфира… Это же совершенно невозможно!
– Вот как? Позвольте спросить: а почему, собственно?
– Ну, начать хотя бы с того, что я совершенно не тивизианин…
– Не имеет никакого значения. Это не нужно. Что же касается гражданства, то вы получите его хоть через полчаса.
– Но я ведь совершенно не похож на вас – тивизиан…
– Это и прекрасно! Президент не должен быть похож на своих граждан! Это помогает сохранить дистанцию, усиливает интерес населения и его уважение к носителю верховной власти – пусть и чисто фиктивной…
– Но я принадлежу к двуполой расе! И в ваших условиях…
– Мы создадим вам прекрасные условия! Не думаете же вы, что Президент Тивизы в чем-то нуждается?
– Полагаю, что нет – если только он тивизианин. Но что касается нас, двуполых существ, то…
– Да чего вы стесняетесь, посол! – сказал Федоров. – Давайте, я сейчас ему объясню…
– Бесполезно: он не поймет. Это труднее, чем объяснить слепому разницу между синим и зеленым…
– Разумеется, вы правы, – сказал Отец Эфира, – в том смысле, что ощущения такого рода нам недоступны; хотя и мы обладаем сильными чувствами, и если как следует подумать, то можно было бы, наверное, найти подходящее сравнение. Но к чему? То, что вам нужно, вы получите. Мы можем доставить вам требуемое хотя бы с вашей родной планеты – и вы будете полностью удовлетворены. Причем мы не станем даже ограничивать вас в количестве…
– За кого вы меня принимаете! – возмутился Изнов.
– А что, в самом деле? – сказал Гост. – Закажите им целый гарем.
Изнов не счел нужным даже ответить.
– Мне надо подумать, – сказал он Отцу Эфира. – Вернее – мы все должны обсудить ваше предложение…
– Уверяю вас: нет никакой надобности обсуждать что-либо. На этой планете мои решения не обсуждаются: они просто выполняются. Но чтобы совершенно успокоить вас, могу объяснить, какие я предлагаю вам условия. Мы, как я уже сказал, избираем вас Президентом Тивизы. Срок полномочий Президента у нас – шесть орбит; после этого следуют новые выборы, и Президент избирается на очередной срок – если, разумеется, за эти шесть орбит не испортит отношения со мною или не совершит чего-то такого, что даже при наших возможностях нельзя будет скрыть от населения. Хотя в истории таких примеров и нет, но все же законом предусмотрена и такая ситуация. Что же касается всех ваших спутников, то они сразу же после вашего избрания и вступления в должность получат полную свободу, им возвратят корабль – и они вольны будут лететь, куда им заблагорассудится.
– Ну а если я все же не соглашусь?
– Тогда всем вам придется остаться здесь – но уже на совершенно других условиях. Могу заверить вас: это будет не самая завидная судьба.
– Могу себе представить… Но почему бы вам не отпустить их сразу же после того, как я дам согласие – если я его дам, конечно…
– Дадите, дадите: вы же разумное существо – почему, собственно, я и остановился на этой кандидатуре, хотя вы, безусловно, не самый молодой и не самый видный из всех. Что же касается ваших спутников, то они, как я уже сказал, останутся здесь до самого вступления в должность – чтобы вам не пришла в голову какая-нибудь сумасшедшая идея: вдруг, если они улетят сейчас, вы возьмете да откажетесь – а у нас уже начата будет предвыборная кампания… Нет, я предусматриваю всяческие варианты и стараюсь обезопасить себя, исключить возможность неприятных неожиданностей.
– Но я могу дать вам слово…
– Не спешите, посол, – предостерег его Федоров. – Еще не вечер.
– Я не верю словам, – сказал Отец Эфира. – Я верю только логике. Поэтому я уже принял решение, и вы его слышали. А своих решений я не меняю – иначе я не занимал бы этого поста.
– Ну, пусть будет по-вашему, – сказал Изнов. – Однако вам так или иначе придется допустить нас на корабль – о причине мы вам уже говорили: груз протида – вещь крайне опасная и нуждается в систематическом обслуживании, а у вас, насколько я понимаю, никто даже понятия не имеет о такой работе. А находящийся там… тот тип – меньше любого другого.
– Я успел навести справки, – ответил Отец Эфира. – В данном случае вы правы. И вы сможете производить на вашем корабле все необходимые работы – по два организма за раз, этого вполне достаточно.
– То есть вы делаете нас заложниками…
– О, называть мои действия вы можете как вам угодно. В нашем мире имеет значение только то слово, что прозвучало с экрана; все остальное – лишь сотрясение воздуха. Потому что…
Ему не дал договорить новый вызов извне.
– Да, это я… Что значит – не на чем отправить группу? В ремонте? Зачем же надо было так усердствовать на съемках – следовало поберечь корабли… Нет, вы городите вздор: нельзя откладывать восстание на две недели – во-первых, потому, что нам нечем будет их заполнить, а во-вторых – через две недели должно состояться землетрясение на Асинойском плато, будут до основания разрушены два города, там все уже подготовлено, заряды заложены, и наши группы через две недели должны будут снимать там, восстание же к тому времени предстоит подавить. Таков график, и я не собираюсь позволить вам его нарушать, а если вы не в состоянии, то я сейчас же найду другого – такого, который справится и не станет надоедать мне глупыми вызовами! Да не может быть, чтобы в строю не осталось ни одного корабля… Умолкните на минуту: сейчас я поговорю с Главным инспектором Космоса…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
