— Что ты здесь делаешь? — вглядываясь в толпу, уточнила у него: — И где потерял ребенка?
— Саша уже уснул. Удивительно, но факт. Что же касается главного, то мне не понравилось, как закончился наш диалог. Вот и решил, что если что-то исправлять, то только в новогоднюю ночь. Потом может быть уже слишком поздно, — моей щеки коснулись горячие губы. — С привкусом слез… Свет?
— Что? — наши взгляды встретились.
— Ты плакала? … Из-за меня?
— Да, — не стала юлить.
— Прости, — выдохнул Волков сокрушенно.
Я почувствовала, как темные омуты его глаз мгновенно обволокли меня теплом, лаская, задержались на губах, вызывая легкое покалывание, и я неосознанно провела по ним языком. И расширенные зрачки мужчины вновь встретились с моими.
— Сегодня, — услышала я его низкий хриплый голос, — я не успел отдать твой подарок утром. А еще не сказал тебе спасибо за твой.
— Ну, говори тогда сейчас, — обняла Илью за шею и прижалась к нему щекой.
— Спасибо. Мне он очень понравился.
В этот момент передо мной появилась небольшая коробочка. Он словно фокусник выудил ее словно из воздуха, заставляя замереть от неожиданности и какого-то детского восторга.
Сердце предательски ойкнуло. Умом понимала, что это никак не может быть кольцо, но руки все равно подрагивали. Аккуратно взяв коробочку, медленно открыла ее и улыбнулась. На красном бархате лежал кулон в виде Золотой Рыбки. Ажурный хвост, плавники, а также маленькая корона, все это было украшено россыпью белых фианитов. Огромный розовый топаз, заменяющий рыбке тело, искрился и переливался в свете уличного фонаря. Подвеска была просто сказочная.
Затаив дыхание, я рассматривала свой подарок, не произнося ни слова.
— Тебе не понравилось? — напряженно спросил Илья, хотя больше походило на констатацию.
— Нет, что ты! — развернулась и обняла мужчину за шею. — Она прекрасна. Спасибо.
— Надеюсь, что это так, — висок опалил поцелуй, вызывая волну мурашек. — Так что теперь любое твое желание будет исполнено. А если вдруг рыбка не справится, то ты всегда знаешь к кому можно обратиться.
Шальная улыбка заиграла на его губах, делая Илью значительно моложе своих лет.
— И к кому же это? — поддержала я эту игру.
— Что? — деланно ужаснулся Волков. — У тебя совсем нет никаких вариантов?!
— Ну почему же… Вариантов-то как раз масса. И здесь уже возникает проблема выбора.
— Хм-м-м… Значит, придется лишние «варианты» удалить, оставив только самый, самый, самый… главный.
Я ничего не ответила, лишь наградила Илью легким поцелуем. Совсем рядом раздалось сдавленное покашливание, отвлекшее нас друг от друга. Оглянувшись, обнаружила отца. Он был один.
Практически мгновенно соскочила с колен Ильи. Мне это позволили, но едва Волков поднялся, как тут же обнял меня за талию, крепко прижимая к себе. От папы этот собственнический жест не укрылся, но он ничего не сказал, лишь едва заметно дрогнули уголки его губ.
— Здравствуйте, — протянул он руку Илье, тут же представляясь: — Алексей Денисович. Отец Светланы.
— Очень приятно познакомиться. Волков Илья, — вторил он ему, отвечая на крепкое рукопожатие. — Назвать себя ее молодым человеком уже не могу в силу возраста, но… мы встречаемся.
Отец молча кивнул, прекрасно понимая все сам, лишь пристально, несколько вдумчиво продолжая рассматривать мужчину, стоящего рядом со мной.
— Взаимно, — наконец произнес папа, отступая от Ильи, но продолжая буравить его глазами. — Присоединитесь к нам?
— С удовольствием. Свет? — Волков мазнул по мне взглядом, пытаясь определить реакцию на его согласие.
— Конечно, пап, — кивнула, делая шаг вперед. — Пошли?
Я ожидала напряжение между ними. Отец у меня не очень разговорчивый человек. Тем более, когда он напряжен. А то, что это именно так, я даже не сомневалась. Но Илья удивительно быстро и просто нашел точки соприкосновения с ним. И когда мы подошли минут через десять к основной «группе поддержки», мужчины уже увлеченно обсуждали тему, которая обоих интересовала. Я же не вмешивалась в диалог, наслаждаясь спокойствием, пускай и временным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А вот и мы! — оповестил отец всех присутствующих, привлекая к нашей маленькой компании внимание. — Я таки нашел нашу пропажу. Да не одну, а с кавалером… Эх… Ну ни на минуту дочь нельзя оставить! — сокрушенно, в свойственной лишь ему манере, «пожаловался» он родне.
— Пап, не преувеличивай, — по-доброму улыбнулась я, обращаясь к любимому родителю, и уже всем представила своего мужчину: — Познакомьтесь, это Илья.
Как и ранее сделал Волков, его статус обозначать не стала. В чем-то он прав, нам не по пятнадцать лет, чтобы оповещать о «рангах и должностях» и вешать ярлыки.
Мы быстро влились в веселую компанию. Шутили. Смеялись. Потом Вика утащила нас на каток, но сама не присоединилась, оставив вдвоем, если, конечно, так можно сказать о забитой народом ледовой площадке.
Очередной раз убедилась, что я в этом виде спорта, да и отдыха, абсолютно бездарна. Илья так резво рассекал рядом, я же чувствовала себя коровой на льду, ползая возле бортика и опасаясь отойти дальше.
— Где ты так научился кататься?! — пропыхтела, размахивая руками, как мельницей, пытаясь удержать равновесие.
— Давай руку, — затормозил он рядом со мной, с улыбкой глядя на мои жалкие попытки изобразить нечто приличное на коньках. — Не бойся, я не позволю тебе упасть.
И действительно не позволил. Держал крепко, давая так нужную мне сейчас уверенность. Даже тогда, когда на нас налетели подростки, дурившие до этого неподалеку, Илья припал на одно колено, а я так и осталась стоять. И тут же на нас со спины налетели другие «фигуристы», и мы все-таки упали, но я приземлилась на Волкова.
— Ой!
— Простите!
— Извините, пожалуйста!
— Мы не специально!
Загалдела молодежь, окружая нас и помогая подняться.
— Да ничего страшного! — но наблюдая, за тем, как Волков продолжает лежать на льду и улыбаться, глядя на звездное небо, забеспокоилась. — Илья, с тобой все в порядке?
— Да, — подмигнул он. — Лучше и быть не может. Хотя…
Мужчина резво подскочил и подхватил меня на руки и, смеясь, закружил в объятиях. От резкой смены положения вскрикнула, привлекая к нам лишнее внимание.
— С ума сошел! Немедленно поставь меня!
— Нет. Свобода за поцелуй, — он говорил это с серьезным лицом, но вот глаза… они лучились безграничным весельем и немножечко счастьем.
— Раньше просили кошелек. Ты, случайно, не продешевил? — поддела Илью.
— О-о-о, нет, — протянул он. — Я скорее повысил ставки.
— Ну тогда, — прекратила я «возмущаться», сделав вид, что задумалась. — Я, пожалуй, подожду, пока ты устанешь меня таскать.
— Коварная женщина.
Волков медленно позволил мне сползти по его дубленки вниз, и едва я коснулась ногами льда, таки сорвал быстрый поцелуй.
— Я всегда добиваюсь того, чего хочу, — выдохнул он мне в губы.
— И чего же ты хочешь? — спросила приглушенно, чувствуя, как замирает сердце.
Я действительно хотела понять, что ему нужно и, главное, насколько серьезно он к этому стремится.
— Тебя.
— А как же слова… я все пойму?
Он молчал, чуть наклонившись, уперся лбом в мой лоб и заглянул в глаза. Мы замерли, отрешившись от всего мира, не замечая, что нас объезжают люди, кто-то из них кричал, кто-то смеялся, повсюду были слышны звуки петард и салютов. Но для нас двоих время словно остановилось.
— А я, Свет, все уже понял.
— И что же ты понял?
— Не хочу тебя терять.
— А Саша, наоборот, не хочет находить.
— Свет, если ты мне поможешь, мы обязательно справимся. Вместе. Прошу лишь, не руби сгоряча.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Прикрыв глаза, мысленно улыбнулась.
— Не буду.
Глава 24
Новогодние каникулы пролетели как один миг. Ярко. Сказочно. Но очень быстро. Практически мгновенно. С Ильей мы виделись ежедневно. Много гуляли, разговаривали. Сашу же вытянуть получилось всего однажды, когда поехали кататься на плюшках, и то с огромным трудом. Нормально общаться он со мной отказывался. Не грубил, но и не шел, как раньше на контакт. Полностью замыкаясь в себе и отвечая односложно, лишь да или нет.
