Читаем без скачивания Побочный эффект - Рэймонд Хоуки

Президента явно заинтриговала эта история.

- Уж не считаете ли вы, Хэнк, что его утащил гигантский осьминог?

- В гигантских осьминогов сейчас никто уже не верит - мода на них прошла. Сейчас все говорят о летающих тарелках!

Присутствующие нервно рассмеялись.

- Существует предположение, что Фицпатрик все же достиг острова и сошел на берег. - продолжал Форрестол уже вполне серьезно. - Мы расспросили одного больного, который только что вернулся с острова, и тот рассказал, что действительно в ночь на воскресенье была предпринята попытка прикончить Снэйта. Все слышали какую-то возню, а на следующий день на вертолетной площадке были обнаружены следы, похожие на пятна крови. Вот и все, что нам пока известно. Если, правда, не считать того, что в течение двух дней после этого инцидента Снэйт не появлялся на людях, - добавил министр юстиции. Когда же он наконец появился, на лице его красовался здоровенный синяк и он слегка прихрамывал. Он сказал, будто упал в лаборатории с лестницы...

- Ну что ж, - философски заметил президент, отхлебнув из своего бокала. - Когда вы собираетесь потребовать выдачи этого Снэйта?

- Потребовать его выдачи? - нахмурился Форрестол. - Нам не удастся его заполучить. Я полагал, вы знаете об этом.

Президент был явно ошарашен.

- Я ничего об этом не знаю! А почему мы не сможем добиться его выдачи?

- Вы, наверное, забыли, господин президент, я вам уже докладывал, что года два назад острова Абако объявили о своей автономии. Факт сам по себе незначительный, но по сей день ни одна из крупных держав, включая США, не признала Абако в качестве независимого государства. Мы направили правительству Багамских островов все необходимые документы, а также просьбу о выдаче Снэйта, но, вынужден признаться, оно и знать ничего не желает.

- Черт побери! - Президент пощипал отвисшую складку под подбородком. А кто-нибудь подумал о том, чтобы переговорить об этом с английским министром по делам содружества наций? Ведь и Фицпатрик, и Теннант британские подданные. Может быть, этот министр сумеет оказать давление на правительство Багамских островов?

- Мы использовали все каналы, - ответил Форрестол, - но ничего не добились. Что касается правительства Багамских островов, то нажимать на него и требовать выдачи Снэйта после того, как острова Абако объявили о своей автономии, - дело политически щекотливое...

Президент в раздражении бросил салфетку на стол.

- Какого черта, Хэнк, почему вы раньше меня об этом не проинформировали? Как только эта история станет достоянием общественности, популярность закона о контроле над оружием резко пойдет на убыль.

- События в Майами никоим образом не связаны с принятием закона, улыбнулся Форрестол.

- Что значит "не связаны"! - взорвался президент. - Связаны, да еще как! Ведь мы уверяем общественность, что при наличии централизованной и достаточно профессиональной полиции населению нет нужды держать у себя оружие. Сдайте свое оружие, призываем мы всех, и Америка станет гораздо более спокойной и цивилизованной страной. И вот в тот самый момент, когда все больше людей начинают принимать нашу точку зрения, становится известно, что одно из самых злодейских преступлений совершалось у нас под носом и власти бессильны предпринять что-либо против преступников!

- Но позвольте! - Глаза Форрестола под голубыми контактными линзами блеснули. - Даже если бы каждый гражданин Соединенных Штатов, включая малых детей, был вооружен до зубов, все равно это не помешало бы Снэйту обделывать свои грязные делишки и оставаться безнаказанным.

Президент помрачнел.

- Все так. Но попробуйте втолковать это обывателю после того, как торговцы оружием преподнесут ему эту историю в выгодном для себя свете. Да, Хэнк, дело дрянь. Имейте это в виду!

Чувствуя, что атмосфера в комнате накалилась как перед грозой, супруга президента решила разрядить обстановку.

- А скажите, Хэнк, если этот Снэйт живет на Абако, почему мы не направим требование о его выдаче абаканцам? - спросила она, мило улыбаясь.

Президент кивнул. Дельный вопрос, жаль только, что он сам до этого не додумался.

- Действительно, - сказал он, - наверняка международное право не запрещает одному государству требовать выдачи преступника у другого государства даже в случае отсутствия специального на то соглашения.

- Конечно, запрета такого нет, - ответил Форре стол. - Но дипломаты очень щепетильно относятся к факту косвенного признания формально непризнанных государств, и в связи с этим государственный департамент опасается, что мы можем скомпрометировать себя, обратившись непосредственно к правительству Абако.

- Каким же образом вы себя скомпрометируете? - спросила супруга президента.

Форрестол на секунду задумался.

- Лучше всего я смогу вам это объяснить, если расскажу одну историю, случившуюся во время второй мировой войны, - начал он. - Генерал де Голль решил послать гориллу, пойманную во Французской Экваториальной Африке, в подарок президенту Рузвельту. Как только дипломаты в госдепе узнали об этом, они очень забеспокоились: дело в том, что мы еще не признали тогда правительство де Голля в изгнании. Госдеп считал, что принять подарок означает косвенно признать его. С другой стороны, они отдавали себе отчет в том, что отказ глубоко обидит де Голля. К счастью, сама горилла помогла решить эту проблему - она подохла по дороге в Штаты...

- Как жаль! - воскликнула Мадж Форрестол, абсолютно не понимая, к чему ее муж рассказал эту историю.

- Так уж повелось, - продолжал Форрестол, - государства обычно не признают территорию, объявившую о своей независимости - и примером тому случай с островами Абако - до тех пор, пока режим не утвердит себя. Например, ни одно государство мира не признавало наши южные штаты во время Гражданской войны...

Он умолк, поскольку появились официанты, начавшие менять сервировку перед следующим блюдом.

- А вот и десерт, - сказала супруга президента. - Надеюсь, все любят ореховый торт?

Дворецкий, наклонившись, что-то прошептал ей на ухо.

- Ой, простите, - воскликнула первая леди, - кажется, орехового торта не будет, будет апельсиновый.

- Хэнк, я несколько погорячился, - неожиданно сказал президент, смягчившись. - Но мы должны найти какое-то решение, чтобы этот сукин сын Снэйт предстал перед Большим жюри, и как можно скорее.

Форрестол вздохнул.

- Конечно, вы правы, и я прекрасно это понимаю. Но, - он пожал плечами, - мы ничего не сумеем предпринять до тех пор, пока Снэйт не окажется в какой-нибудь стране, с которой у нас есть соглашение о выдаче преступников. Без этого я и представить себе не могу, что мы сможем сделать...

Президент задумчиво жевал.

- Хэнк, напомните-ка мне, - проговорил он, нарушив тяжкую тишину, воцарившуюся за столом, - каким образом израильтянам удалось вывезти Адольфа Эйхмана из Аргентины?

Форрестол и супруга президента обменялись недоуменными взглядами.

- Они... они похитили его, - ответил Форрестол осторожно. - Но, господин президент...

- Минуточку, Хэнк, - перебил его президент, все еще не отрывая глаз от тарелки. - А что было потом? - Он помахал в воздухе ложечкой. - То есть после того, как они его похитили?

- Дело это давнее, - начал Форрестол, тщательно подбирая слова, - но, насколько я помню, Аргентина потребовала его возвращения, а Израиль ответил отказом. Потом вопрос этот обсуждался в Совете Безопасности ООН, который потребовал от Израиля, если я не ошибаюсь, "возмещения ущерба в соответствии с Уставом ООН и международным правом".

- Но этого не сделали? - спросил президент.

Форрестол покачал головой.

- Израильтяне утверждали, будто Эйхман покинул Аргентину по собственной воле. Помимо всего прочего, было неясно, кто были его похитители - являлись ли они частными лицами, действовавшими по собственной инициативе, или совершили эту акцию с молчаливого согласия правительства Израиля. На самом деле это были, безусловно, агенты израильской службы безопасности...

- Безусловно! - с улыбкой заметил президент.

- В общем, все кончилось тем, что оба правительства опубликовали совместное заявление, из которого следовало, что они считают инцидент исчерпанным. Как вам хорошо известно, Эйхмана никто и не думал возвращать и никакого "возмещения ущерба" произведено не было.

Президент отодвинул тарелку и закинул руку за спинку стула.

- Следовательно, можно похитить человека в нарушение всех законов и выйти сухим из воды! - объявил он, очень довольный собой.

- Господин президент, - начал Форрестол, укоризненно покачав головой, если вы задумали то, что я предполагаю, лучше забудьте об этом. Арест скрывающегося от правосудия преступника официальными представителями одного государства на территории другого является prima facie* нарушением международного права.

______________

* Прежде всего (лат.).