– Дай угадаю. А хочешь ты, чтобы мы поднялись в спальню.
– Без разницы куда. Я просто хочу быть с тобой рядом. Где угодно.
Ага. В горе и в радости...
Часть 3. Глава 9
– Как звали твою мать? – задумчиво спрашиваю, поглаживая за ушком задремавшего на груди у Раду котёнка. Мелкий бандюган, кажется, сам выбрал себе хозяина. Остаётся ему в глубине души позавидовать, ведь меня таким правом обделили.
– Илеана, – Раду смотрит в потолок, то наматывая на палец, то разматывая прядь моих волос.
– Необычное имя.
– Елена, если перевести на русский.
– Прости, – тихо произношу.
Всего одно слово, но он кивает, подтверждая, что понял. И всё. Никаких упрёков или фальшивых заверений, что для него разбитая кукла мелочь. Тема закрыта достойно и наглухо.
Раду словно издевается, методично связывая меня по рукам и ногам. Сначала предложением проваляться остаток дня в постели, на деле абсолютно невинного с учётом градуса наших отношений. Затем ослабив поводок – полным отсутствием давления и попыток что-либо навязать.
Как-то незаметно мы начали обсуждать кошачьи повадки, причуды. Потом, как Раду на спор научился готовить, как я мечтала ездить верхом, при этом жутко боясь лошадей, как плакала над сбитым голубем, как он дрессировал бельчонка...
Слово за слово неожиданно разговорились. Весь день проболтали ни о чём и как-то незаметно я обнаружила себя пригревшейся у него под боком. Обида немного отпустила, улеглась. Я даже вскользь задумалась над возможностью оставить всё как есть. Порыв, как оказалось, опрометчивый.
– Готова тянуть карту?
Всё то время, пока я без задней мысли делилась воспоминаниями, Раду прекрасно помнил ради чего мы здесь. Но толковых идей как вырваться из-под его влияния за день так и не появилось.
Я неопределённо пожимаю плечами, понимая, что если сейчас пустить ситуацию на самотёк, потом справиться с ней будет гораздо сложнее.
Раду отстраняется, уже привычным движением достаёт колоду из заднего кармана и растягивает карты в ровный ряд между нами.
– Пусть будет эта. – С безразличием простукиваю ногтями по ламинированному прямоугольнику.
Разницы никакой. Желания что-то делать тоже. Мысленно вновь перебираю способы выторговать назад свою независимость. Вот ради неё я сейчас готова на что угодно: просить, умолять, зарезать барана в центре пентаграммы. Только вот Раду ничего этого не нужно.
Нахмурившись, решительно переворачиваю карту. Бездействие угнетает.
– Туз, как ты и хотела, только без вычета карты, – он чему-то усмехается, ловко убирая себе за спину потянувшего лапу к картам котёнка. – А ты говоришь, Радик тебя не любит. Негодник даже помочь порывается.
– Я придумала. – Перехватываю его руку, мешая убрать колоду. – Тяни следующую карту. Выполнишь то, что на ней будет написано за меня.
Его взгляд проскальзывает по пурпурным, полностью идентичным рубашкам и замирает на мне.
– Может, ещё подумаешь? Тузов осталось всего два.
Выражение его чуть расширенных глаз настораживает. Как и тень нервозности, скользнувшая по лицу.
– В самый раз. Хочу вычесть один день плена за твой счёт.
– Мне показалось... – Он порывисто выдыхает. Чувствую, как напрягается кисть под моими пальцами, сжимаясь в кулак. – Для тебя это по-прежнему только плен?
Объяснение вроде и правдивое, логичное по крайней мере, а всё равно какое-то притянутое за уши. Больше подозрительное, конечно, ведь даже куклу Раду согласился разбить практически не торгуясь.
– Возможно, не только плен, – Пытливо прищуриваю один глаз. – Во всяком случае начинаю сомневаться. Вот и помоги мне разобраться в себе.
– Ты сегодня решила добить меня невыполнимыми квестами?
Смешок негромкий и с отчётливым оттенком раздражением придаёт его реакции совсем уж нехороший подтекст.
– Что-то я не пойму, тебя моё желание не устраивает, что ли? – Разбиваемая противоречием между подозрительностью и, по сути, наивным доверием к Раду, отпускаю его руку. Скованно отстраняюсь. – Там же нет ничего такого, чего бы не пришлось делать мне. Тяни карту, говорю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он долго молчит, поджигая во мне кровь одним взглядом. Проскальзывает кончиками пальцев по моему предплечью, но от недавней мягкости в этом жесте ничего. Если та вообще была когда-то настоящей.
Наконец, Раду усмехается. Чуть прикусив губу, кивает вниз, указывая на карточный ряд.
– Вытяни её для меня сама.
Вытягиваю пиковый туз. Точно такой же, как предыдущий.
– Ещё одну? – Раду неторопливо ведёт рукой над картами в ироничном раздумье.
Я стискиваю челюсть, глядя на очередной, уже третий, пиковый туз, часто дыша и умоляя себя успокоиться.
Ну, мухлевал и что? Меня же недавно от паники разрывало, как бы с первой карты не вытянуть чего позабористее! И слава богу, что всё обошлось... А вот, собственно, чего тянул? Щадил мою психику нежную?
Ну да, ещё ж под венец тащить. На черта ему наследник от полоумной.
В моменты, когда я не терзалась чувством стыда или страхом, конечно, сомнения в его честности проскакивали, но мне тогда не было особой разницы, в какой последовательности выполнять желания. Так было, пока я верила, что Раду хочет заполучить именно меня. Сейчас его конечная цель под большим вопросом. И это всё кардинально меняет.
– В придачу ко всему ещё и жулик...
– Нужно было нагнуть тебя сразу с порога? – резко осекает меня Раду. – Я дал тебе время привыкнуть. В чём проблема?
Ни капли раскаяния. Ни в мимике, ни в тоне.
– Проблема в том, что ты врёшь, как дышишь.
Я резко сажусь, но подняться дальше пока не получается. Смотрю на затихшего котёнка невидящим взглядом, всё так же часто дыша и не зная, с чего лучше начать. Разочарование напополам с облегчением рвут меня на части. Вот он, мой шанс.
Я солгу, если скажу, что не хочу остаться. Хочу. Но отдаю себе отчёт, что повелась на образ. Пусть одержимый и дикий, но приемлемый образ, к которому ещё можно объяснить своё влечение. Образ совершенно несоответствующий реальности.
– Посмотри на меня. – Голос требовательный, с хорошо скрытой тенью обеспокоенности. Я её слышу только потому, что знаю, у Раду есть веский повод переживать сейчас за приумножение своих капиталов.
– Видеть тебя не хочу.
– Что, даже по морде не заедешь?
Часть 3. Глава 10
– Что, даже по морде не заедешь?
Раду тоже садится. Пальцами поворачивает моё лицо за подбородок к себе. Без нажима, но властно. Долго смотрит, пристально, будто кожу срывает. И судя по нахмуренным бровям, ответа, которого искал, не находит.
Для себя я уже уяснила, что пока он объясняет мой гнев очередной придурью, радикальных мер не предпримет. Капризы он осаживает словами. Мне бы только как-нибудь продержаться. Потом хоть потоп, главное сейчас не показывать растерянности.
– Зачем такие крайности? – выцеживаю сквозь зубы, скрывая замешательство. – Ты сам себя провёл. Я других карт здесь не вижу, стало быть, мы в расчёте. Закрой за собой дверь.
– Ты не в том положении, чтобы командовать.
Ну да, внушай мне и дальше.
Поэтому весь напрягся?
– Я ухожу.
– Я разве тебя отпускал? – произносит он, раздражённо глядя в мои стеклянные глаза. – С картами или без, оставшиеся дни ты проведёшь со мной.
– Пошёл ты. – Превозмогая ватную слабость, высвобождаю подбородок из его руки. Дохожу до двери, но возвращаюсь, чтобы схватить упирающегося котёнка. – Радика я забираю с собой. Курорт здесь, знаешь ли, так себе. Даже ветеринара нет.
– Тряпки свои тоже сама потащишь?! – взрывается он, подрываясь с кровати.
Я ускоряюсь.
– Себе оставь. Можешь носить под настроение. – Быстро сбегаю в прихожую. – Замри, сказала! – Это уже возмущённому перспективой выбраться на мороз котёнку, всячески пытающемуся удрать, пока я одной рукой зашнуровываю ботинки.
