К тому же ты знаешь, как много для меня значит это путешествие, — утомленно продолжал он. — Я потратил столько сил и времени и теперь просто не могу от него отказаться, не могу!
С этим все тоже было просто и понятно — пока он не встретил Нелл Спрингли.
— Пожалуй, — согласился Друри. — Особенно учитывая то, что капитаном твоего судна сможет быть Чарли. Как раз сегодня я получил от него письмо. Думаю, он написал и тебе в Грэншир-Холл, чтобы сообщить эту новость. Он уже подал в отставку и надеется уйти с тобой в плавание — в качестве капитана, твоего ассистента, боцмана и даже юнги!
— Отлично! — обрадовался Бромвелл. — А я-то ломал голову, кого пригласить в качестве капитана, и вдруг такое прекрасное предложение! Если бы удалось с такой же легкостью достать недостающие средства!
— А отец по-прежнему не желает тебе помочь?
Бромвелл покраснел:
— Мисс Спрингли была не единственной, кого он надеялся подкупить. Он и мне предложил полностью финансировать экспедицию, если перед этим я на ней женюсь. Правда, стоит ему узнать о ней правду, и он наверняка передумает. Но я могу опросить денег и у других. Однако это может подождать, а пока нужно немедленно посоветоваться с Джейми Сент-Клером.
— Хорошо. — Друри встал из-за стола и направился к двери. — Навестим его, а потом заглянем к некоторым другим моим коллегам на Флит-стрит. Попросим их выяснить все, что нам нужно, об этом титулованном развратнике.
— Боже, неужели это ты, Титус?! — огласил фонтанный зал зычный голос графа Грэншира.
Несколько человек в большом зале с высокими окнами обернулись и стали с любопытством перешептываться, когда знатный дворянин направился к фонтанчику воды, около которого стоял высокий и дородный, роскошно одетый джентльмен со скошенным подбородком. Человек, которого таким образом приветствовали, улыбнулся, поставил на стойку бара стаканчик с лечебной водой и обменялся с графом крепким рукопожатием.
— Титус, старина, почему ты не сообщил мне, что едешь в Бат? — спросил граф. — Сколько же прошло времени? Неужели целых десять лет с тех пор, как ты в последний раз ступал на эту землю? Как поживает твоя жена? Она тоже приехала принимать воду?
— Увы, здоровье жены слишком слабо, чтобы покинуть Стейнсборо, — ответил лорд Стернпол, одергивая жилет горчично-зеленого цвета.
— Тогда что же привело тебя в Бат? Ты выглядишь здоровым, как конь.
— Так, небольшое дельце. А как твоя очаровательная жена? И знаменитый сын? Поздравляю тебя с его успехом!
— Благодарю, — отвечал граф. — Мальчик действительно здорово потрудился на ниве науки, хотя, не стану отрицать, лично я предпочел бы, чтобы он выбрал другое поприще для славы. Но давно прошли те времена, когда дети учитывали мнение родителей, не так ли?
— Действительно, — согласился лорд Стернпол. — Боюсь, сегодня слишком многие молодые люди не уважают тех, кто старше возрастом или выше по положению.
— Или тех, кто исполняют свой долг, — заметил граф. — В наши дни сын знатного человека серьезно относился к своему долгу. Женился, имел наследника, заботился о поместье и уважал родителей. Сейчас они все больше увлекаются азартными играми, гоняются за юбками или бродят по свету, совершая открытия, которые никого не интересуют, кроме них самих.
Лорд Стернпол кивнул, соглашаясь с графом, который мысленно себя одернул.
— Хотя, конечно, мы с женой полностью одобряем и поддерживаем сына. И очень гордимся тем, что его книга заслужила такую широкую известность. Ты надолго приехал в Бат, Титус? Дело в том, что через две недели я устраиваю бал в честь открытия охотничьего сезона и буду рад твоему присутствию.
— Я намеревался провести в Бате несколько дней, так что с удовольствием принимаю приглашение, если это не доставит тебе хлопот.
— Помилуй, какие еще хлопоты! Где ты остановился?
— В «Лисице и гончей».
— Ах да! Добрая старая гостиница! Помнишь ту горничную? Как ее звали, дай бог памяти? С такой пышной грудью…
— Бесси.
— Да-да! Кажется, она умерла.
— Да, говорят, от какого-то несчастного случая.
— Бедняжка Бесси! Она была такой услужливой внимательной.
— За хорошую цену… Полагаю, твой сын имел такого рода приключения во время своего путешествия.
Покраснев, граф оглянулся, не подслушивают их.
— Очевидно. А ты слышал про его татуировку? Это знак воинской доблести и мужества, только он об этом умалчивает.
— Неудивительно, что он до сих пор не женился, — заметил лорд Стернпол.
— Он не женится потому, что сначала хочет отправиться в новую экспедицию. Но надежда у меня есть, — с улыбкой подмигнул, граф.
— Вот как? Ему приглянулась какая-то молодая леди?
— Приезжай на бал и сам все увидишь. Мне остается только убедить сына осознать свой долг и сделать ей предложение. В конце концов, одну экспедицию он уже совершил — зачем ему другая, особенно когда у него есть очаровательная молодая леди из блестящей семьи, которая, кажется, готова на брак с ним и только ждет его предложения. Кто знает, сколько мне осталось жить, так что мне нужен наследник! — Граф понизил голос, когда несколько человек оглянулись на него: — Уверен, леди Элеонора быстрее, чем любой отец, поможет ему занять высокое положение в обществе.
— Леди Элеонора?
Граф перешел на шепот:
— Да, Элеонора Спрингфорд. Ты помнишь ее отца, герцога Уаймертона? Уже в десять лет он был страшным занудой, а еще эта его заячья губа! Но как видно, он нашел себе красавицу жену, потому что дочка оказалась просто чудо как хороша… Что только показывает, каким упрямым бывает мой сын. Это он в свою матушку. И представляешь, он встретился с леди Элеонорой в почтовой карете! К счастью, она опрокинулась, а не то он даже не смог бы ей представиться.
Да-да, я понимаю, тебе кажется странным, что оба воспользовались почтовой каретой, — поспешил он сказать, заметив пораженное лицо лорда Стернпола. У моего сына есть кое-какие плебейские воззрения, а у нее… Впрочем, не стану распространяться о ее семейной ситуации, пока у них там все не уладится, но ты помнишь ее отца? Он всегда был диктатором, вечно нами командовал, выдумывал разные нелепые правила, когда его назначили старшим учеником.
— Леди Элеонора будет на твоем балу?
— Да. Она остановилась в Грэншир-Холле.
Лорд Стернпол растянул тонкие губы в подобие улыбки.
— Прекрасно. Я буду рад с нею встретиться и узнать, как поживает ее отец.
Бромвелл взбежал по лестнице городского дома своего отца. Несколько часов назад он представил в Линнеевском обществе свой доклад о бразильском странствующем пауке. Как всегда, его слушали с большим интересом, но сам он не испытывал обычного энтузиазма и жажды поделиться результатами своих наблюдений.
