class="p1"> - А как же: Гайдар командовал полком в 16 лет, и вот это вот всё?
- Ну… - замялся Семчев, - в особых обстоятельствах проявляются особые таланты, и требуют столь же неординарных решений.
- Десятник меланхолично пожал плечами: - Вот этим и руководствовались наши адммины.
Генерал недовольно нахмурился, ему уже порядком надоели эти мутные руководители со своими возражениями и препирательствами, без пожарного они тут совсем разболтались – никакой субординации, а Семчев отвык от такого довольно давно. Впрочем, какой проект, такие и руководители.
- Ладно, ну а этот ваш, Еврипид, - Семчев кивнул на верхнюю капсулу, - он-то чем отличился?
- Он организовал небольшое поселение, причём без всяких донатов, выдержавшее пару визитов рейдерских групп от более сильных городов, а затем исхитрился упокоить экзогенна, поймав того в им же и придуманную ловушку, - ответил Десятник. – Правда вскоре потеряв последнюю жизнь. Ну а мы уж предложили ему потом загробную жизнь на втором этапе.
Семчев задумчиво потёр щетинистый подбородок: - Удалой, видать, мужик… Странно, сейчас он на этой свалке впечатления такого не создаёт – скорее на философа похож, с этими своими цитатами латинскими. Как же он этих ваших монстров валил с добродушной улыбкой?
- Да он раньше вроде бы таким и не был… - сказал Академик, и сам призадумавшись.
Генерал с Десятником одновременно уставились на него. Академик пожал плечами на не высказанный вопрос:
- Я общался с ним лично, когда готовили его для погружения, ничего такого он тогда не говорил.
- Что ты хочешь этим сказать? – осведомился Десятник.
Академик снова пожал плечами: - Ничего не хочу.
- Ну а зовут-то его, на самом деле Еврипидом? – спросил генерал.
- Нет.
- А как же тогда?
- Платон.
- Тьфу ты, пропасть… - - генерал устало потёр лицо, массируя веки. – Где там этот ваш Гектор, мы будем подключаться к этой капсуле, или нет?
- Вероятность мала, - заметил Десятник, - мы так и не поняли как это работает.
- А что ты предлагаешь? – раздражённо спросил генерал. – У нас связь со всем проектом только от одного источника, так дело не пойдёт — надо что-то менять!
- Уже… - раздался голос из полумрака, вместе с шорканьем приближающихся шагов. Через несколько мгновений все трое опознали в приближающимся силуэте Гектора.
- Что уже? – не понял генерал.
- Уже поменялось, теперь у нас нет ни одного источника — сигнал пропал…
Глава 13 - ни слова о ЖО
Тьма… кромешная тьма и невесомость… Может я в космосе? Нет, это глупость – в космосе светло как днём, ибо звёзды; ну и пусть там небо, если так можно выразиться, чёрное, света там всё равно полно. Конечно глупость… да только привычными понятиями и определениями эту ситуацию тоже не описать, а тогда и глупыми предположениями брезговать не стоит.
Последнее что я помню: жёлтые вертухаи, как выразился бы Еврипид, конвоировали меня, затем толкнули к двери проржавелой, перед которой я остановился, и вот тебе приехали – тьма… Вырубили что ли меня? В некотором смысле, похоже, особенно это ощущение выпадения из реальности – нечто подобное я уже ощущал в поезде, перед тем как осознать себя в вагоне. Как почувствовал собственное тело и твердь под ногами, и сам не понял, просто в какой-то момент ощутил себя… привычно ощутил, словом; но эту невесомость списать на дезориентацию от толчка, и прочую рациональщину, не получится – раз такое испытаешь, уже не забудешь. А ещё, оказавшись в полной темноте, я заметил, что у меня будто рефлексы сработали: первая мысль – нужно выставить руки вперёд, нащупать стену, это самое главное – нащупать первый ориентир.
Мои пространные мысли, метущиеся во тьме, прервала световая линия, появившееся прямо посередь темноты. Горизонтальная линия, на уровне моей головы, обломилась на левом конце, и прочертилась вертикально вниз, образовав угол – эдакую тонкую букву «Г».
Раздался шорох, скрежет по металлу, ритмичные перещёлкивания, после чего линии превратились в ослепляющий поток света. Я рефлекторно зажмурился, прикрывшись рукой, а когда открыл глаза снова, луч света смотрел уже в пол.
- Живой? – просипел голос, словно кирпичом по асфальту прочертил.
Я проморгался, глаза немного адаптировались к слишком уж контрастному освещению, и смог увидеть первые детали обстановки.
В отражённых от яркого светового пятна на полу лучах света, виднелись обшарпанные, потрескавшееся стены, такой же пол, раскрытая дверь, фигура мужика, если судить по небритости, с фонарём в руке, луч которого вновь направился мне в лицо, из-за чего опять пришлось закрываться руками.
- Пред… Пред… Придурок что ли? – поинтересовался обладатель фонаря, морща глаза, в попытке, видимо, прочитать мою нашивку. – Ты слышишь меня, припадочный?
- Слышу-слышу, фонарь убери.
Яркость снизилась, я осторожно открыл глаза, в которых медленно растворялись световые зайчики.
- Целый? Руки, ноги на месте? – просипел мужик.
- На месте всё, - буркнул я, - ты кто такой? И где это мы?
- Я ключник, - ко мне обращаться именно так. Мы в жопе мира. Если других идиотских вопросов у тебя больше нет, то следуй за мной.
- Куда?
- Следуй за мной, – меланхолично перебил меня ключник, - или тебе помочь?
В правой, свободной от фонаря руке, замерцало синим, послышался треск.
- Следую, следую… чего сразу орать…
Выйдя из помещения, в котором я каким-то образом оказался, мы двигались по коридорам: луч фонаря периодически выхватывал куски осыпавшейся штукатурки на полу, какие-то пятна на стене; миновали пару дверей; когда подошли к третьей, ключник остановился, нашёл нужный ключ, отпер дверь, не забыв взяться за дубинку с встроенным электрошокером, кивнул мне на проём: - Заходи.
В мазнувшем по внутренностям помещения луче фонаря, я успел заметить пару человек, сидящих на корточках, закрывших глаза руками, после чего ключник подтолкнул меня внутрь, заперев дверь. Оставшись в полной темноте, слыша удаляющееся шаги, я постоял немного, даже не зная что сказать в такой ситуации, «вечер в хату» что ли? Решил оставить своё появление без комментариев; нащупал стену слева от двери, также присел на корты, прислонившись к ней.
Спёртый воздух, незнакомые
