Читаем без скачивания Лунная магия. Книга первая: Луна трех колец. Изгнанники звезд - Андрэ Нортон

Я думал, что Малик запротестует, но она даже не взглянула на него, а смотрела на огонь, потихоньку отпивая из рога.

Глава 13

Крип Борланд

Было яркое утро. Крепкий, как вино, ветер освежал нос и глотку, солнечные лучи слепили незащищённые глаза. Человек и животное чувствовали, что жизнь хороша. Ещё до того, как солнце осветило наш лагерь, Майлин села на верхового каза, которого Малик оседлал для неё, и выехала на запад. Мне очень хотелось бежать рядом с ней, но здравый смысл, останавливающий меня, был крепче любых прутьев клетки.

Когда Майлин скрылась из виду, Малик прошёл вдоль ряда клеток, открывая дверцы, чтобы их обитатели могли выходить и входить по их желанию. Некоторые ещё спали, свернувшись меховыми шарами, другие моргали, просыпаясь. Вышли немногие. Симла толкнула дверцу плечом и бросилась ко мне, пронзительно визжа в знак приветствия, её шершавый язык уже готовился ласково облизать меня, но Малик опустил руку на её голову. Она сразу же посмотрела на него, припала к земле и, метнув взгляд по сторонам, исчезла в кустах.

«Что это значит?» — спросил я Малика.

— Майлин говорила, что на холмах люди. Возможно, они и не собираются нападать на Осколда, но где-то рядом бродят объявленные вне закона.

«Ты думаешь, они нападут?»

— Чтобы выжить, нужна пища, а достать её они могут только одним способом — силой. У нас очень мало запасов, но отчаявшийся человек будет драться за каждую крошку.

«Животные…»

— Некоторые вполне могут послужить мясом для такого отряда. Других просто уничтожат, потому что люди, лишённые надежды, убивают ради убийства. Но если придёт беда, маленький народ может спастись, бегством.

«А ты?»

Ответ последовал не сразу. Малик занялся приготовлениями, словно считал, что набег вот-вот произойдёт. На поясе у него висел длинный нож, который у жителя Йиктора считался обычной частью одежды. Меча на поясе не было, но в лагере я видел боевой лук. Теперь Малик улыбался.

— Я хорошо знаю местность, лучше, чем те, кто может напасть на нас. Наши часовые поднимут тревогу, и налётчики найдут лагерь пустым.

Я догадался, что Симла ушла в дозор.

— А ты, если хочешь… — продолжал Малик.

Почему бы и нет? Я бросился в кусты по примеру Симлы и пустил в ход нос, глаза и уши. Через несколько минут я оглянулся назад, на фургоны. Их было четыре — на одном, поменьше и полегче остальных, приехала Майлин, а три других Малик, видимо, привёл из Ырджара. Но кто же правил ими? Ведь Малик был один, если не считать животных. Я задумался. Возможно, казы просто шли следом за тем фургоном, которым правил Малик.

Хотя клетки были вытащены из фургонов и расставлены вокруг ещё дымящегося костра, остальное имущество не было распаковано. Я видел, как Малик ходил от фургона к фургону и делал что-то внутри них. Возможно, он снова увязывал то, что нужно было взять с собой.

Я не мог понять, зачем Малик привёз нас в эти опасные земли. Взобравшись на холм, я нашёл хорошо скрывающий меня кустарник. Хотя листья уже облетели, частая поросль, по-моему, была отличной маскировкой. Отсюда я хорошо видел лагерь и местность вокруг него. Дороги к лагерю тут не было, только следы от колёс фургонов были пока ещё видны на увядшей траве и на земле, но вряд ли можно было уничтожить их.

Малик скрылся в одном из фургонов, не было видно и животных, вышедших из своих клеток. Сцена выглядела спокойной, сонной, убаюканной ожиданием. Утихающий ветерок донёс до меня лёгкий запах. Я стал принюхиваться. Симла, видимо, скрывалась с южной стороны. На западе, надо думать, тоже находились стражи.

Солнце плыло по безоблачному небу, играло совершенно по-летнему, хотя стояла уже середина осени.

Из фургона вышел Малик с коромыслом на плече, на крюках покачивались ведра. Он спустился к ручью, которого мне отсюда не было видно — только вспыхивающие тут и там на воде солнечные блики слепили мои глаза. Затем один раз громко пролаяла Симла.

Я выскочил из своего укрытия. Порыв ветра донёс предупреждение и до меня. Я прыгнул вниз, в густой кустарник, и пополз, хотя он жестоко кололся. Единственный военный клич Симлы — и больше ничего… Ничего, только запах и звуки, которые человеческое ухо не могло бы воспринять, но барск слышал их как фанфары. Я выскользнул из кустов, пробрался ползком в лагерь и подлез под фургон.

Малик, шатаясь, поднимался по склону от ручья. Коромысло и вёдра исчезли. Он спотыкался и скользил, одна его рука была прижата к груди, а другую он откинул, как бы пытаясь ухватиться за какую-нибудь опору, но рука ничего не находила…

Он упал на колени, дополз до клеток и медленно качнулся вперёд. Между его лопаток дрожала от тяжёлого дыхания стрела. Он попытался оттолкнуться от земли, но тщетно. Вскоре он затих.

Остававшиеся до сих пор в клетках животные, как по сигналу, выскочили и молча разбежались. Возможно, они и скрылись от человеческих глаз, но не от моего слуха и обоняния.

Я пополз, хотя такой способ передвижения был трудноват для барска. Кто-то поднимался с берега, пытаясь двигаться бесшумно, в чём, с моей точки зрения, мало преуспел.

Держась в тени фургона, я подбирался к костру. Малик не шевелился, но напавший на него был очень осторожен. Возможно, он не знал, что Тэсса был в лагере один, не считая животных. Я коснулся мозга Малика. Он был ещё жив, но уже не осознал моего мысленного послания.

Я добрался до конца фургона. Здесь стояли клетки, но у меня не было уверенности, что они достаточно высоки, чтобы послужить укрытием. Может, мне лучше бежать открыто, изображая испуганное животное? Пока я раздумывал, слева от меня мелькнула рыжая полоса. Симла! Что она тут делает?

Она не остановилась возле Малика, а свернула к тому, кто был в разведке перед лагерем. Я вскочил и помчался за ней. Ещё не видя её добычи, я услышал человеческий вопль и в следующий момент увидел яростную битву человека и венессы. Человек больше не кричал, а только старался оттолкнуть её зубастую пасть от своего горла.

Я тоже прыгнул и вцепился в него, а Симла вгрызлась ему в горло. В эти секунды я был больше барском, чем человеком, во мне кипела дикая ярость, которую, кажется, нельзя было потушить.

Раздался крик, что-то просвистело так близко от моего плеча, что меня как бы обожгло. Симла всё ещё терзала свою добычу. Я прыгнул второй раз и опрокинул тело врага на землю своим весом.

«Оставь! — послал я мысленный приказ. — Оставь и беги!»

Снова пролетела стрела. Запах крови распалял мою звериную ярость, но я боролся против этих эмоций.

«Оставь и беги!»

Я разинул пасть, чтобы схватить Симлу. Тогда она выпустила свою жертву, посмотрев на меня сверкающими красным блеском глазами, и зарычала, как бы отгоняя меня от её законной добычи.