Читаем без скачивания Гелен Аму. Тайга. Пионерлагерь. Книга первая - Ира Зима

Он наконец-то заметил повязку, развернул руку, отвернул пластырь; не видно ни хрена, но он что-то там проверяет.

— Страшно мне было, потом вылезла посмотреть в обрыв, она лежит там внизу, на плите; не ору, знаю, тот кто ее столкнул рядом, тихо вниз ползу, потом бегу…

— Почему, какого хрена, он мог… — Егор хватается за лицо и трет его руками.

— Знаю, мог, но мне было не до этого! Пришла, Алены там нет, а плита мокрая. Где он ее спрятал? Ищу, а нахожу Олю… Все понятно? Не знаю я, кто там улетел в Москву, но точно не Алена, и тот, кто убил ее, готовился к этому. Ты будешь ее искать, сводки там, группу напрячь, обшарить все с собаками, мол, так положено? Алену надо найти, похоронить, я должна это сделать… — Егор резко развернул меня к себе.

— Кого ты собралась искать? Пойдешь за ней следом, только этот «кто-то» заподозрит, что есть свидетель! И никто не знает, что тут, происходит! Увезти тебя пора, увезти и все. Какие расследования? Пока мы Алену не найдем, я ничего сделать не могу — некому в розыск ее объявлять, она взрослая, год без родителей живет, даже у родителей «заявление» сейчас не примут! Но тебя я отвезу домой, ты никого тут больше не ищешь! — и трясет за плечи.

— И что я делать буду одна? Зоя на своих «Столбах» до осени, ушла с группой черт-те-куда! Предлагаешь мне в четырех стенах сопли на кулак наматывать? Убили мою подругу! Нет, убили двух моих подруг! Да, пусть «этот» приедет и укокошит меня дома, и придумывать ничего не надо, сижу одна с «картонной» дверью! Неужели не странно будет, если я резко брошу так скандально заработанное «капитанство»? Тот, кто это сделал, точно из «местных», а значит и знает про нас все! — я намеренно сгущаю краски.

— В Москву отправлю, к Ане! — он меня туда уже отправил, судя по решительным движениям желваков!

— Егор, не пошел бы ты со своей заботой, займись своей жизнью, пора уже! Сама разберусь, что мне делать! Ты хочешь, чтобы он убил еще кого-то, другого, только бы не меня? Он не знает, что я там была, правильно, и ничего мне не грозит! — все это бесит уже, все эти разборки без дела.

— Будешь показываться мне на глаза каждые два часа, и никаких гуляний по тайге и свиданий в темных углах, а то сразу отправлю подальше… — он все еще держит меня за плечи, но до него уже дошло, что он мне не указ, вот еще!

— Ну ладно, а ты узнаешь что-то про Алену, сразу мне расскажешь, только так! Егор, тебе пора перестать меня опекать, я тебе благодарна, но у тебя своя жизнь, даже если ты любил мою мать, — ну я как-то так объясняю его рьяное опекунство.

— В смысле любил… — он отстранился в недоумении.

— Ну как обычно. Откуда такая беготня со мной?

— Совсем ни черта не сечешь? Посмотри на меня…

Смотрю! Ну и что? Держит за спину рукой и ногой — тесновато, неловко от такой близости, другой рукой тянет к себе… и целуется со мной как со взрослой, как парень с девушкой! И так как я просто застыла от полного краха всех моих жизненных ориентиров, он запросто продолжает то, что начал. Действительно, смотрю на него как никогда, как на парня, и раньше на такое у меня просто не хватило бы наглости! Это же Егор!!!

Оказывается, Егор всегда был для меня парнем, только он был «большим и нереальным», но я догнала его и это все, что действительно изменилось. Он мне не брат, не отец, не друг семьи, он — мой Принц! Он стал для меня тем нереальным идеалом, которых выдумывают себе девочки, ради встречи с которым растут и всю жизнь готовят все свои планы к этой встрече и ждут, и ждут потом, когда этот водораздел между мечтой и жизнью будет преодолен. Все ради Идеального Парня, пусть без коня и королевства, но где-то в нем должен быть этот потенциал с привкусом мечты и ее свершения! И с первого мгновения, как Егор взял меня за руку, лет шесть мне тогда было, он стал Принцем со всеми прилагающимися обязанностями: спасал меня в моих мечтах от чудовищ, которых я себе богато представляла, чтобы быть спасенной, при этом привозил к моим ногам все мыслимые трофеи и прежде всего себя. Потом я стала старше, «принц» живет своей жизнью, я своей, понимая, что точно не «принцесса», и не стремлюсь ею быть; моя жизнь с некоторых пор не располагает к таким мечтам, поэтому я отталкиваю его от себя сильно, внятно и ухожу…

Как мы теперь будем общаться? Что, я совсем осталась одна?

Вернулась в пустую комнату. Ванька долго еще будет меня игнорировать? Ромку я выгнала сама, как «слабое звено». Егор из надежного щита вдруг превратился в хрупкую, нестабильную детскую мечту. Наташка пропала в своей личной жизни. Оля давно не «тут», и к Тае пойти не могу; из витражей изолятора, что смотрят на подножие «Красной горки», я могу увидеть ее, Алену. И я боюсь, что она прицепится ко мне как вампир и будет пить мою жизнь, и жить за мой счет, пока я ее не похороню, а до этого мне придется терпеть ее мелкое, неразвитое, почти зверьковое нутро постоянно, круглые сутки. Но где мне ее искать? Выход один: нужно прятаться от Алены, а пока она будет блуждать в своих дебрях, я найду ее тело, и тогда… Все будет хорошо.

Простые дела способны вытащить из патовой ситуации любой склонный к отклонениям организм, меня вытаскивают репетиции и выпуск новой «программы»; уже на днях «Отборочный тур» КВН и пройдет он на нашей территории. Помимо основной темы «Приветствия», которое уже готово, пора подготовить «СТЭМ» и «Капитанский зачет», и оба номера требуют моего присутствия, иначе, какой я «капитан»! Собственный мандраж по этому поводу и настороженность команды простреливают меня сейчас даже сильнее, чем неперевариваемый выкрутас Егора и отрешенное состояние Валевского; и даже маячащий призрак Алены перестал меня так пугать, как накануне!

Конечно, не вижу я наяву никаких «призраков», все эти страсти из готических романов, все эти «лысые тени» — бред чистой воды, на самом деле все намного хуже: ощущение Присутствия, от которого не сбежать, не деться — намного реальнее любых теней. Увидеть того, кто в наглую нарушает личное поле, разрывает тонкую оболочку — просто, достаточно мысленно пропустить внимание через область «меж бровей» на белое «внутренне поле» и принять решение увидеть нарушителя внутренних границ, а потом отправить его вон! «Застрявшие» умершие очень разные, но в основном беспокоят те, кому нужна помощь, некоторых прогнать не хватает совести, но вампирить себя никому не дам, если «чего нужно» — ждите за дверью! Управляться с такими явлениями я научилась не вполне, уж слишком этого боялась в детстве; пройти по пустому коридору, если все спят и темно, было всегда пыткой, но как-то я набралась мужества и разобралась, с чем имею дело. «Присутствие» чужого в ауре трогает за плечо, дышит то старостью, то паникой или просто стоит тактично на пороге и ждет участия, молитвы или тепла; но как бы я ни сочувствовала, такие контакты не проходят бесследно, растрачивают, лишают сил, повышают чувствительность до предела так, что и жить становится больно, а дурные мысли посторонних людей начинают причинять реальный вред. Словно мысли становятся вещественны; получается, что «такие» контакты растворяют границы меж реальностями «этой» и «той» стороны, и в повседневной жизни быть «размытой» трудно и опасно. И чтобы все это контролировать, времени на жизнь не останется, так что я держусь от медиумизма подальше, заперта я для таких контактов, теперь только очень близкие могут достичь меня, вот и Алене я доступна. Но тут все скорбно, она еще при жизни решила убить меня на полном серьезе. И как иметь дело с таким явлением?

Энергополе Алены плотное, почти как живое, она и не знает, что умерла, и ей, такой «тяжелой», ничего не осознающей, «наверх» не подняться, не освободиться от оболочек, пока она не смирится, что эта жизнь прошла и пора делать новый шаг. Но оставить тело так неожиданно утраченное, человеку «неосознанному» почти невозможно; ритуалы, захоронение играют решающую роль, чтобы душа смогла вознестись. Все это крутит меня теперь постоянно; чувствую Алену где-то рядом и мне нельзя оставаться одной, чтобы не терять связь с реальностью, а со мной рядом никого нет. Но подготовка к игре все же вытаскивает меня на активный жизненный уровень, стресс от предстоящего самовыставления «на публику» насилует крепче, чем все страсти с парнями и призраками. Как же меня так угораздило?

Вот только Егора в качестве раздражителя мне не хватало! Простой до крайности! Ходит тут по горизонту и буравит дырки во всех моих надличностных полях, даже не смотрю на него и к себе приближаться не позволяю, но это и не требуется, и так знаю, где он, всегда знала, просто не хотела замечать такой абсолютной связи между нами. От него исходит то же ощущение Присутствия, как от призрака, только его Присутствие живое, деятельное, конкретное, без холода соприкосновения с «чужим», инаковым, оно родственно полному вовлечению, словно всегда держишь человека за руку или соприкасаешься спиной, хотя на самом деле человек далеко. Теперь стало ясно, почему он всегда меня находит, эта связь двусторонняя: с самого детства фактически могла определить, где Егор находится, с любой стороны лагеря, его местонахождение «пульсирует», и я просто шла на этот пульс. И ничего не изменилось, не поворачиваясь знаю, что Егор торчит тут, на галерке и мешает мне жить своим сосредоточением на моем затылке! Но и говорить с ним я совершенно не готова. Собственно, о чем? Парень перенервничал, мизансцены попутал? Случилось и случилось, чего мне нервы-то трепать, шел бы уже к своим Полинам. Ну его к черту!