выдохни. – Ее советы тупо, как будто из-под воды, слышатся как одно слишком длинное слово. – Я открою окно, дам тебе воды и глюкозу, – услышал я перед тем, как ее лицо поплыло, а комната и все предметы обстановки упали в какую-то черную дыру.
– Симон?! Ты меня слышишь? Ну давай! – доносилось до меня все громче. Как будто я нырнул в глубину и снова оказался на поверхности воды.
Кто-то шлепал меня по щекам, по правой, потом по левой.
Я моргнул и медленно открыл глаза.
– Слава богу. Добро пожаловать назад.
Слегка затуманенным взглядом я посмотрел на Алису, перевел его на комнату и опять вернулся к голубым обеспокоенным глазам.
– Что… что случилось? – молвил я абсолютно сухим ртом.
– Проблемы с кровообращением.
– Серьезно? – Мог бы и не переспрашивать. Потому что мой голос прозвучал так же слабо, как я себя чувствовал.
– Ты ненадолго потерял сознание. Такое случается, если вести себя как идиот. – В ее глазах сверкнула ярость. – Или я все придумала? – Она выдвинула ящик металлического контейнера на колесиках, что стоял рядом, и что-то оттуда взяла. Это была ампула, от которой она открутила колпачок и капнула несколько капель в стакан с водой.
Только сейчас я понял, что не сижу. Спинка кресла расположена горизонтально, а подставка для ног максимально поднята, так, что мне видны мои ботинки.
Я не мог осознать, что упал в обморок. Во время сеанса тату. Перед Алисой. После того, как уже опозорился со своим единорогом по самое не хочу. Можно я остановлю планету и сойду?
– Что ты туда налила?
– Двадцать пять капель кородина. Сердечно-сосудистое. У тебя есть астма или другие заболевания дыхательных путей?
– Нет.
– Аллергия на витамин С?
Я замотал головой.
– Тогда можешь смело пить. – И протянула мне стакан.
Я приподнялся, чтобы было удобнее. Руки тряслись.
– Лежи спокойно. – Она мягко вернула меня в горизонтальное положение и взяла пустой стакан. – А еще вот глюкоза, а то у тебя в лице ни кровинки.
Вообще говоря, это должно было случиться, как бы неловко это ни выглядело.
– Открой рот! – скомандовала она и засунула мне между губ таблетку декстрозы.
– Спасибо, – сказал я с вымученной улыбкой.
– Почему ты ничего не сказал?
– Потому что ни за что не хотел есть мешанину из кетчупа с майонезом, – пошутил я, но Алиса и не думала смеяться.
– Это не смешно, Симон.
– Ты назвала меня Симон? Единорог канул в Лету? – продолжал я дурачиться.
– У меня для тебя новое имечко: Сопляк! – Гнев в ее глазах, пожалуй, настоящий, потому что он звенит и в голосе. – Ты думаешь, это круто – корчить из себя мачо и притворяться, что все хорошо?
Черт возьми. Она реально злится. И имеет право.
– Прости. Я просто не хотел…
– Показать слабость? – Она вскинула брови. – Ты серьезно? Потому что если так, то я совершенно ошиблась в тебе. К сожалению.
Я открыл и закрыл рот. Чтобы не ляпнуть очередную глупость или несуразицу, лучше подержать рот на замке и сделать виноватый вид.
Алиса вздохнула.
– Очень важно, чтобы в следующий раз ты меня предупредил, как только почувствуешь слабость. То, что я вовремя среагировала и успела тебя уложить – чистое везение. Иначе ты бы упал вперед, и тогда мне тебя было не удержать. Могло закончиться очень плохо.
– Ты права. Больше такого не повторится. Обещаю.
Она примирительно улыбнулась и села рядом на краешек стула.
– Ну как себя чувствуешь?
В голове звенело, будто я неслабо так ударился. Я немного отодвинулся, давая Алисе место.
– Вполне ничего, а ты?
– Я? Шутишь? – Она вопросительно подняла бровь. – Вроде из нас двоих не я тут упала в обморок.
– Обморок? Я? В самом крайнем случае это был приступ слабости. – Я сокрушенно улыбнулся, глядя ей в глаза. – Ты отбираешь у меня все силы.
– Порядок… – без тени веселья сказала она и встала. – Тебе, похоже, действительно лучше.
– Когда ты лежала рядом, мне было еще лучше.
– Сидела.
– Что?
– Я сидела рядом, не лежала.
– Видимо, у меня фантазия разыгралась. – Я пытался вызвать у нее улыбку. Напрасный труд. – Ты еще злишься?
Алиса глубоко вздохнула.
– Нет… Но рейтинг твоей крутизны слегка ушел в минус.
Я состроил гримасу.
– Что мне сделать, чтобы его повысить?
– Прекрати отвлекать меня от того факта, что тебе стало плохо. Потому что – извини, что говорю это, – выглядишь ты довольно дерьмово. – Она скрестила руки. – Итак, еще раз: как ты себя чувствуешь на самом деле?
Я на секунду закрыл глаза. Пойман с поличным да еще измотан, потому что изображать крутого парня не только глупо, но и чертовски утомительно.
– Ну-у… – начал было я свою исповедь. – Мне правда получше. Думаю, еще пару минут, и мы сможем продолжить.
– Ты хочешь продолжать?
– Чтобы закончить.
– Но не сегодня.
Я засопел.
– Ну ладно тебе. Мне… хорошо.
Она замотала головой.
– Наверное, с сегодняшним сеансом мы слегка погорячились, ранам нужно зажить. Давай через месяц.
– Ты хочешь сказать, что следующий сеанс только через четыре недели?
– Самое раннее. Я бы рекомендовала так. Но на сегодня в любом случае все, тебе надо отдохнуть.
Отдохнуть. На диване у родителей, и это в субботу, когда все дома? Дохлый номер. Ну, хоть в метро не надо ехать, я взял машину у папы. Он просил меня перед сменой купить пару ящиков воды.
– Тебя может кто-то забрать? – озабоченно поинтересовалась Алиса.
– Не нужно. Я на машине.
Она в ужасе уставилась на меня.
– Я ни в коем случае не пущу тебя за руль! Ты весь бледный. Или ты ждешь, пока полностью придешь в себя, поешь, попьешь, или… Я тебя отвезу. Других клиентов у меня сегодня нет.
– Ты всерьез беспокоишься обо мне, – с усмешкой констатировал я.
– Меня, скорее, беспокоят те невинные, которых ты с твоим головотяпством и нестабильным кровообращением, сев за руль, можешь отправить на тот свет, – парировала она. – Так что? Что ты выбираешь?
Я мог бы позвонить Алексу. Он бы сразу примчался, если не занят ничем важным. Возможно, после чашки кофе или стакана колы я бы и сам был в состоянии. Но перспектива прокатиться с Алисой выглядела весьма привлекательной. К тому же она права – не стоит рисковать. Один раз я сегодня уже повел себя как идиот. Поэтому я вытащил ключи из кармана штанов и с улыбкой протянул их Алисе.
– Но смотри не поцарапай отцовскую машину.
Она закатила глаза.
– Не беспокойся.
– Тогда поехали. – Я посмотрел по сторонам, взял с подголовника свитер, но она, зашипев, вырвала его у меня из руки.
– У тебя до сих пор кислородное голодание мозга, придурок. Мне надо сначала обработать тебе тату, закрыть ее пленкой.
Упс.
Все-таки не так плохо, что она меня отвезет.
24
Алиса
– Все время прямо. – Симон показывал мне дорогу в одном из роскошных предместий Гамбурга на берегу Эльбы. Чтобы понять, что мы движемся по Эльбшоссе, необязательно было смотреть на указатель. Мимо одна за другой мелькали виллы эпохи Грюндерства, и в какой-то момент мы въехали на Бланкенезер Хауптштрассе. Улица вилась между больших и маленьких холмов, словно какой-нибудь морской пескожил.
– Теперь вниз, и не гони,
