стараюсь ни о чём не думать, боясь, что мысли могут исполниться.
Посреди ночи в травматологии очереди не было. Но нам всё равно пришлось ожидать дежурного доктора минут двадцать. Первым делом он осмотрел Сашу, когда врач подтвердил, что это лишь небольшая ссадина, в кабинет отправился Кристофер. Всё это время я мерила коридор шагами и с каждой минутой ожидание становилось всё невыносимее.
— Всё будет хорошо, — попыталась успокоить всех Нина.
— Ты сама-то в это веришь, — горько фыркнул Денис. — Там явно ничего не хорошо.
На этих словах я замерла, по спине пробежала дрожь.
— Перестань, — шикнул на друга Саша.
Возможно, он подал парню какой-то знак относительно меня, потому как в следующий миг Денис выпалил:
— Прости, Лина.
Я глубоко вздохнула и опустилась в кресло.
— Не извиняйся. Да, для меня это важно, но для Кристофера важнее, даже если у него травма. Травмы имеют свойство заживать.
— Это может затянуться.
— Это могло случиться с каждым, — ответила я резче, чем рассчитывала.
— Ты права.
Нина нервно сглотнула.
— Просто давайте будем верить, что он быстро восстановится.
Думаю, наши хмурые лица были красноречивее любых слов. Любая травма… мы все понимали, что это значит.
Дверь распахнулась, и из палаты выглянул доктор.
— Можете зайти.
Повторять не требовалось, мы со всех ног поспешили за ним. Комната была простой, со светло-зелёными стенами, явно призывающими к успокоению. У самой дальней стояли стулья и стол. Судя по груде бумаг и компьютеру, именно за последним выписывались рецепты и выдвигались приговоры.
Кристофер сидел на высокой кожаной каталке, напротив него возвышался белый экран. Когда мы облепили друга со всех сторон, доктор начал развешивать рентгеновские снимки.
— Не надо ничего показывать, просто скажите, насколько это серьёзно, — выпалил Кристофер, врач замер.
Мне стало жаль друга. Прямо сейчас решалась его судьба, его карьера. Думаю, он уже успел во всю себя извести.
— Если вам так угодно, то это не очень серьёзно. У Кристофера был тыльный вывих кисти, — пояснил мужчина для нас — мы его уже вправили, но на восстановление потребуется время. К тому же картину дополнило несколько растяжений третьей степени.
— Это значит… — нахмурившись, начал Денис.
— Полный разрыв нескольких связок кисти, — закончил врач.
Кристофер с шумом выдохнул, я же, казалось, совсем забыла, как дышать.
— Но я восстановлюсь? — сквозь зубы зашипел парень.
— Конечно, — улыбка мужчины стала такой широкой, словно это произойдёт завтра. — Если ты будешь соблюдать мои рекомендации и не станешь пропускать плановые осмотры, то твоя рука полностью восстановится. Будет как новенькая.
На этот раз вздохи были облегчёнными.
— Слава Великим Силам, — вздохнул Саша.
— Вот видишь, а ты так нервничал, — Нина нежно погладила парня по плечу, словно это не из-за неё он полез в драку час назад.
Кристофер посмотрел на меня, затем в пол, слегка нахмурился и лишь потом задал свой новый вопрос.
— И сколько времени это займёт? — его голос звучал словно не из этого мира.
— Если бы разрыва не было, то отделался бы тремя неделями. Но так как растяжение третьей степени, придётся держать руку в полном покое полтора-два месяца. А после снятия бинтов ты должен будешь в течение двух недель постепенно увеличивать нагрузку. Возможно, если всё пойдёт лучше, чем обычно, ты восстановишься на пару недель раньше, но я бы особо на это не рассчитывал.
— Это очень долго, — засопел парень. Я увидела, как дрожат его плечи. — Как я буду тренироваться? Без практических занятий меня могут исключить. От этого зависит вся моя жизнь!
— Кристофер, я всё помню. За последние полчаса ты рассказал мне о своей Академии раз пять. Могу тебя утешить, твоя травма не воспрещает тебе заниматься танцами. Никаких гипсов мы накладывать не будем, это же не перелом лучевой кости. Травма сама по тебе компактная, хоть и противная, но мы вполне можем обойтись простым эластичным бинтом. Если ты придумаешь, как заниматься танцами так, чтобы твоя кисть оставалась в полном покое, то флаг тебе в руки. Остальное ведь тело у тебя вполне здорово, ведь так?
Кристофер даже слегка опешил.
— Да, да, с остальным всё хорошо, — несколько мгновений он почёсывал подбородок здоровой рукой, явно успокаиваясь. — То есть вы разрешите мне тренироваться, если на кисть не будет нагрузки?
— Разрешу, но повторяю снова: первые полтора-два месяца — полный покой в состоянии перевязки, потом постепенное увеличение нагрузки.
— Это же совсем здорово, — воскликнула Нина. — Ты по-прежнему сможешь танцевать все сольные партии, Офелия наверняка разрешит тебе пропустить некоторые элементы в современном танце, правда с па-де-де будет трудно, ведь… ой!
Нина резко прикрыла рот рукой, поняв, о чём вообще говорит.
— Нина, — прошипел Кристофер.
— Прошу меня извинить, — только и смогла выговорить я, прежде чем кинуться вон из палаты.
Я побежала по коридору, ища любой укромный уголок. Добравшись до ближайшего поворота, я завернула и прижалась к стене спиной. Затем сжала руку в кулак, так что костяшки побелели, и укусила, пытаясь сдержать слёзы. Но они всё равно полились. Одна за другой.
Я так радовалась, когда нас с Кристофером поставили в пару. Он был опытным современщком, что позволяло нам лучше понимать друг друга, и в тоже время он много лет профессионально занимался балетом. Я думала, что это чудо — партнёр, который поможет мне разобраться во всех хитросплетениях классического парного танца. Кристофер говорил, что научит меня всему, что я упустила, что мы будем упорно работать и даже сдадим экзамен Хелены на отлично. Но теперь… теперь у меня не то, что бы плохой партнёр. Теперь я попросту его лишилась. Лишилась человека, который обещал меня спасти.
Самое забавное в том, что Крис почти ничего не потерял. Он будет также ходить на уроки, будет также учить партии. Подумаешь, друг не сможет поднять меня ни в одну поддержку каких-то два с половиной месяца. Сразу после восстановления, с опытной партнёршей у него это выйдет без труда, ведь парень делал их неоднократно. Но я далеко не опытная, и мне, в отличие от него, эти недели тренировок были нужны как воздух. Без них я попросту провалю экзамен. Кристофер ни за что не захочет рисковать своим местом в Академии и наверняка попросит заменить меня на другую партнёршу. Я же попросту останусь ни с чем, а потом меня отчислят. Да, именно так всё и случится.
Глава 8
Говорят, что в состоянии шока человек частично теряет память. Кажется, это правда, ведь то, что происходило после слов доктора, я помню лишь маленькими отрывками.
Кадр первый — Саша находит меня
