Читаем без скачивания Кифа, или Святой Пётр - Луи Бриньон

Глава 34

Решение

Уже в воздухе, полулежа в кресле самолёта, Боуд раз за разом осмысливал весь рассказ Александровой, пытаясь найти для себя точку опору. Он отчётливо понимал, что это тема святая святых, и он не имеет право ошибаться. Кроме всего прочего, Боуда мучило одно обстоятельство. Почему не появились сто сорок мучеников? Ведь во всех прошлых загадках все концы точно сходились. А здесь нет. Почему? Почему они не появились? И что вообще означали эти слова? Он впервые двигался дальше, имея позади себя вопросы. И этот факт не мог его не беспокоить. Боуд оглянулся. Олеся и профессор Коэл спали в креслах. Александрова о чём–то задумалась. Боуд кашлянул. Услышав кашель, Александрова посмотрела в его сторону. Боуд жестом показал, что хотел бы с ней поговорить. Ни слова не говоря, Александрова покинула своё кресло и села рядом с ним.

— Хотелось бы задать вам несколько вопросов, Ольга? С вашего позволения разумеется!

— Давайте уж без церемоний, Джемс! — ответила Александрова. — Что вы хотите узнать?

— Меня беспокоит один момент, — без предисловий заговорил Боуд, — в шестой части тайны остался невыясненным один момент. Если вы помните, в пятой части говорилось о ста сорока мучеников. Так вот. Ключи найдены, а эти слова не получили каких–либо реальных очертаний. Их как будто и нет вовсе. Создаётся ощущение, что они вообще не были нужны. Однако я полагаю, что это всего лишь ощущение и не больше. Они должны получить подтверждение. Больше того, я полагаю, что без ответа на этот вопрос, мы не сможем найти последнюю, седьмую часть тайны. Хотя, допускаю, что в этом конкретном случае я могу и ошибиться.

Александрова со всем вниманием выслушала его.

— Что вы хотите услышать от меня, Джеймс?

— Только то, что вы думаете об этих словах. Чтобы они могли значить, по–вашему?

Александрова задумалась. Думала она долго, но так и не пришла к определённому выводу. Это было заметно по выражению её лица.

— Ничего вообще? — с надеждой спросил Боуд.

— Ничего, Джеймс. Я даже близко не представляю, что могут значить эти слова. К сожалению. — Александрова явно расстроилась по причине того, что не смогла помочь Ьоуду.

— Давайте пойдём с другого конца? — предложил Боуд.

— Всё что угодно, Джеймс, если это только в моих силах, — с подкупающей искренностью ответила Александрова.

— Спасибо вам, Ольга. А сейчас, не могли бы вы ответить вот на такой вопрос. — Боуд замолчал, но чуть позже очень медленно продолжил. Он словно раздумывал о том, какой именно вопрос задать. — Вы рассказывали, что под собором Святого Петра был найден целый Некрополь.

Александрова кивнула.

— Так вот, не может быть так, что там есть нечто,…ну скажем, архитектурное сооружение

— Постойте, — неожиданно перебила его Александрова. Её взгляд загорелся. — Я, кажется, начинаю понимать, о чём идёт речь.

— Неужели? — Боуд просто не мог поверить в такую удачу.

— Да…точно. Я вспомнила. Площадь Святого Петра…кончено же, — Александрова радостно засмеялась, — как я могла забыть? В центре площади святого Петра стоит обелиск. Его установил ещё Юлий Цезарь. Говорят, что на самой верхней точке обелиска есть маленький железный шар. И в нём покоится прах великого Цезаря. Так вот, — с видимым азартом продолжала рассказывать Александрова, — вокруг этого обелиска, или вернее полукругом, площадь окружают двести сорок высоких колонн.

— Двести сорок не наше число, Ольга!

— Это колонны. Они как раз и созданы для того, чтобы держать мучеников. Иными словами говоря, на колоннах, окружающих площадь Святого Петра, стоят статуи ста сорока мучеников.

— Это точно?

— Абсолютно точно и не подлежит никакому сомнению. Вы что, ни разу не бывали в Ватикане? — удивлённо спросила Ольга.

— Нет, но я просто счастлив, что вы там бывали и всё знаете. — Боуд поблагодарил Александрову открытой улыбкой.

— Ну, если это всё? — Александрова приподнялась с места.

— Всё. Огромное вам спасибо, Ольга!

— За что? Мы все обязаны сделать всё возможное в создавшейся ситуации.

Оставшись в одиночестве, Боуд снова погрузился в раздумье. «Итак, можно принять за основу сказанное Александровой. Если так, то уже сейчас можно говорить о возможности разгадать последнюю часть тайны». — Боуд почувствовал лихорадочное волнение. Вернейший признак того, что он движется в правильном направлении. «Отсюда простой вывод, — продолжал размышлять он, — если Александрова права, а я полагаю, что так оно и есть,…значит,…эти ключи каким–то образом должны изменить положение всех скульптур. Именно всех, раз указано полное число. И именно таким образом, а не иначе. Ведь вначале шли слова про ключ и уж потом о том, что сто сорок мучеников восстанут. Значит, мы движемся в правильном направление. И это направление упирается…в площадь Святого Петра. Ватикан…именно там находится отгадка. Именно там. В этом не может быть никаких сомнений. Возможно в одной из колон. А может и в этом самом обелиске. — Боуд зацепился за следующую мысль. — А может в этом самом железном шаре, который находится на обелиске? Вне всякого сомнения, достойная мысль. В любом случае, мне нужно просмотреть всю площадь. Возможно, повезёт как в прошлый раз, и я найду нечто, что откроет нужное место. Хотя, — Боуд задумался, — хотя ответ может лежать и в самих мучениках или ком–то ещё, кто может находиться рядом с ними. Точно,…чёрт возьми, ведь это на самом деле прекрасная мысль! А вдруг? — Боуд осёкся и снова кашлянул. Александрова оглянулась на него.

— Скажите, Ольга…рядом с мучениками случайно нет статуй Христа и Иоанна Крестителя?

— Есть! — вполголоса ответила Александрова. — Они стоят на самом соборе.

— Спасибо!

Боуд откинулся назад в кресле. Он был не в силах сдержать радостную улыбку. «Вот и ответ. Вот и ответ!», — радостно повторял он в уме. Он бы продолжил размышления, но в эту минуту раздался звонок. Боуд достал телефон. Через мгновение он услышал глубоко расстроенный голос:

— Приходится констатировать, что ты в очередной раз оказался прав, Джеймс. На наш флот напали,…ты не поверишь кто, Джеймс…это сделали какие–то средневековые пираты. Сотни пиратских кораблей возникли из ниоткуда. Они объединились с остальным войском и двигаются сейчас в сторону Рима. Мы все в растерянности. Что можно сделать в возникшей ситуации, Джеймс? Всех интересует твоё мнение.

— Господин президент, — ответил Боуд, — если вы позволите, я сам постараюсь решить все вопросы силами нашего управления. Если мы не сможем, вы уж поверьте, господин президент, никто не сможет. И армия не поможет.

— Что тебе нужно, Джеймс?

— Три вещи. Первое. Все жители должны немедленно покинуть город. Второе. Место в Риме, где я смогу рассредоточить агентов нашего управления, транспорт и боеприпасы. А так же помощь…Ватикана в случае, если возникнет такая необходимость.

— Хорошо, Джеймс. Мы поможем всем, чем только сможем. Действуй по собственному усмотрению. Я заранее одобряю все твои распоряжения. И да поможет тебе Господь!

В трубки раздались гудки. Боуд некоторое время раздумывал, а потом начал набирать номер и приложил телефон к уху. Послышался женский голос:

— Шеф, мы засекли третий уровень…

— В море, не так ли?

— Откуда вы знаете, шеф?

— Неважно. Метсон, слушайте меня внимательно, — отрывисто заговорил Боуд, — немедленно начинайте переброску всех агентов управления, весь наш транспорт, оружие и боеприпасы в Рим. Вам выделят необходимое количество транспортных самолётов и отдельный аэропорт в Риме. Об этом я позабочусь.

— Так плохо, шеф? — раздался на другом конце провода донельзя расстроенный голос Метсон.

— Хуже некуда, Алисия,…мы должны использовать всё, что только имеется в нашем распоряжении, ибо… идём на последнюю битву.

Глава 35

Аэропорт Фьюмичино

Терминал «С» аэропорта Фьюмичино напоминал встревоженный муравейник. Военные транспортные самолёты садились на посадочную полосы аэропорта один за другим. С самолётов быстро выгружались белые джипы и серебристые ящики с оружием и боеприпасами. Оружие и боеприпасы завозились в огромные багажные помещения терминала, и здесь аккуратно складывали. Джипы отгоняли к ангарам и выстраивали в длинный ряд. Боуд наблюдал за всеми этими действиями управления из окна диспетчерской терминала. Именно здесь был создан временный командный пункт. Соответственное оборудование уже было установлено. Около десяти сотрудников осуществляли непосредственную связь между диспетчерской, центром и боевой операцией. Метсон находилась на постоянной связи. Она должна была руководить действиями боевых групп из центра управления. В случае возникновения сложной ситуации, управление операцией должны было перейти непосредственно сюда, в диспетчерскую терминала. Наблюдая за разгрузкой, Боуд запросил центр управления. В диспетчерской раздался громкий голос Метсон: