Ночь — лучшее время для человека в пустыне. Ночной холод, пока двигаешься, не страшен, хищники спят, жара не донимает, солнечные лучи не жгут кожу. На боку полная фляга воды, половина котомки полна мясом. Иди, да иди. Не путешествие, а отдых. Это со смертоносцами невозможно совершать ночные переходы — от холода они постепенно «засыпают», теряя способность не только шевелиться, но и мыслить.
К счастью для ночной живности, той же напасти подвержены и стрекозы, и сколопендры, и жужелицы, и скорпионы. Поэтому нечего опасаться шорохов за спиной или осыпающегося песка на склонах дюн. Ночь — время царствования Homo sapiens.
Ранним утром правитель вырыл неглубокую яму на западном склоне одного из барханов и после долгого, почти суточного перехода мгновенно провалился в глубокий сон. Отдыхал Найл не меньше десяти часов, и примерно за час до захода солнца со свежими силами двинулся в дальнейший путь. Пустыня между городом и Дельтой почему-то не желала давать приют никаким живым существам, и ничто не могло отвлечь Посланника от бесконечного процесса преодоления песчаных барханов — склон за склоном, гребень за гребнем. Путеводную звезду заменял темный овал на усыпанном звездами небе — странная аномалия над Комплексом Магини, видимая даже отсюда. Привычный к странствиям правитель почти не устал, а потому продолжал путь еще часа два после рассвета, и только потом остановился на привал. Он доел мясо — на жаре оно слишком быстро портится. Лучше три дня обойтись без пищи, чем потом выбрасывать протухшие припасы. Воды оставалось еще половина фляги.
Подкрепив силы, Найл зарылся в уже теплый песок и закрыл глаза.
* * *
Он летел по длинному темному тоннелю, который становился все уже и уже. Мрачные ледяные стены сужались вокруг него, норовя раздавить, а пятнышко света впереди становилось все меньше и меньше. Вспышка!
Он охватившего его ужаса Найл вскочил, инстинктивно схватив копье, огляделся.
В двух метрах от него, на медленно осыпающемся склоне стоял «злой божок» — прорвавшееся сквозь время напоминание Мага о своем существовании. Этот маленький каменный идол мог означать только одно: за Найлом пришла смерть.
Не дожидаясь подробностей, Посланник торопливо зашагал по склону прочь — бежать по осыпающемуся песку оказалось невозможно.
За спиной послышался шорох — правитель резко развернулся, широко расставил ноги и наклонился вперед, крепко сжимая копье. Он собирался дорого продать свою жизнь.
Шагах в пяти от того места, где он только что спал, из склона высунулся светло-серый червяк. Кусок тела диаметром с ногу и длиной около метра свился в кольцо, резко развернулся — в воздух соскользнул яркий желтый шарик, улетевший метров на пятьдесят в сторону. Резко запахло послегрозовой свежестью.
Замерший Найл, облизнув пересохшие губы, ждал продолжения. Единственной оставшейся в голове мыслью было сожаление о так и не выпитой воде.
Червяк изогнулся буквой «Г» и поворачивался из стороны в сторону, словно принюхиваясь. Если бы не «злой божок» рядом с ним, зрелище могло показаться забавным.
Спустя несколько минут червяк решил перейти к более активным действиям, и начал выбираться на поверхность.
Когда под солнечными лучами оказалось около трех метров тела, он неуклюже покатился вниз по склону и замер во впадине между барханов.
Никто и никогда не признал бы в нем сколько-нибудь опасного существа, однако каменный идол — символ смерти — никуда не исчезал, и Посланник решил не рисковать. Он стал осторожно подниматься вверх по склону, с удивлением отмечая, что верхний слой песка слипся в хрупкую тонкую корочку.
Заметивший движение червяк резко свился в кольцо. Найл немедленно приготовился к обороне — однако с головы странного существа всего лишь слетел еще один желтый шарик, а в воздухе повеяло озоном. Червяк изогнулся и снова начался «принюхиваться».
— Что ты хочешь почуять? — прошептал Найл. — Признайся, мне интересно.
Посланник начал понимать, что его пытаются убить. Самое кошмарное — он не понимал, каким образом. В воздухе повеяло грозой. Значит, червяк использует для охоты электричество. Сразу вспомнился встреченный обугленный панцирь жука-бомбардира — и все стало ясно.
— Поджарить меня хочешь, электрический червяк? — усмехнулся правитель. Нюхаешь, зажарился уже или нет? Ползучая электростанция решила изменить методику поиска — сжимаясь и вытягиваясь всем телом, она двинулась в сторону Найла. Человеку это не понравилось, и он попытался отступить еще выше по склону. Найл не успел сделать и трех шагов, как червяк свернулся в кольцо.
Правитель мгновенно замер, пытаясь представить себе, как чувствует себя зажаривающийся живьем человек. Мелькнул в воздухе желтый огонек, запахло озоном…
— Интересно, а почему я еще жив? — задался Посланник не очень приятным вопросом.
Действительно, появление «злого божка» говорило о скорой неминуемой смерти, червяк не меньше трех раз выпускал свои электрические разряды. Почему тогда правитель все еще жив? Почему не изжарился, как недавней памяти жук?
Найл замер, наблюдая, как в десятке шагов ниже по склону извивается смертельно опасный, но явно слепой враг. Очень хотелось продырявить его копьем — но кто знает, что у него внутри? Уж не разнесутся ли во все стороны накопленные монстром убийственные заряды, снося все на своем пути?
Червяк замер, то ли раздумывая, то ли прислушиваясь.
Найл совершенно перестал дышать. Умей он это делать — сейчас он остановил бы и сердце.
Как же этот монстр убивает свои жертвы? Итак, он выпускает разряд. Что дальше? Электричество расходится по сторонам и убивает всех вокруг. Нет, что-то не так. Будь все так просто, Посланник уже лежал бы на песке, зарумяненный до золотистой корочки. Значит, разряд просто прошел по песку под ним, не причинив никакого вреда. А если бы на его месте оказался жук?..
— Вот оно! — невольно воскликнул правитель.
Червяк мгновенно свился в кольцо и метнул свой желтый шарик. Как только в воздухе пахнуло свежестью, Найл бросился бежать вверх по склону — не может же этот ползучий разрядник испускать электричество непрерывно?! Наверняка ему нужен хоть небольшой перерыв для отдыха!
Правитель успел взмыть на гребень бархана, и в тот миг, когда червь снова свернулся; в кольцо, Найл уже успел замереть, стоя на одной ноге.
По песку вновь пошел разряд. Песок очень плохой проводник электричества — живая плоть проводит его куда лучше. Окажись вблизи от червя любое четвероногое, шестилапое или восьмилапое существо — и разряд неминуемо облегчит свой путь, проторив дорогу сквозь несчастную жертву, изжаривая ее внутренности. Тоже самое произойдет и с человеком, окажись одна его нога позади другой. Однако Найл стоял лицом к врагу, и ноги его находились на одинаковом от червя расстоянии. Между ногами не имелось никакой разницы потенциалов — и разряд прошел под правителем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
