голого ушлепка, — Или, если попросишь, я сам.
В ответ на мое предложение девушка лишь разрыдалась. Судя по ее виду и тому, что он с ней делал, она мечтала об этом вот уже несколько последних недель. Но теперь не хватает духу.
— Ладно, сиди тут. Я теперь знаю кто его папа, и куда мне надо идти. — Я развернулся, но остановился в дверном проеме, поняв, чего она боится, — А из-за кнопки этой не переживай, охранники, которых он вызвал, вон там лежат, — кивнув в сторону выхода, я улыбнулся, и вышел из помещения.
Два поворота направо, пройти по длинному коридору, вырубить четверых охранников без единого выстрела, и вот, я стою у роскошной огромной двери. Постучаться? Можно попробовать…
— Здрасьте! — я вышел из астрала стоило только просочиться сквозь бронированную дверь.
С виду она была обычной, деревянной, и я попытался выбить ее с ноги, за что поплатился сломанной пяточной костью. Благо, запас сил позволяет залечивать такие мелочи за считанные секунды.
В помещении находилось по меньшей мере тридцать человек. Сливки общества, не иначе. Сама комната пышет роскошью, всё здесь говорит о том, что местные жители — не простые. По крайней мере они себя к обычной черни точно не относят. Отделанная золотом вычурная мебель, картины на стенах, роскошная люстра. Даже имитация окон с прекрасными видами на горы и водопады. Всё для того чтобы господа не чувствовали себя здесь неуютно.
Похоже на какую-то комнату для совещаний. Прежде чем я добрался сюда, пришлось поблуждать по этажу. Бойцы кончились довольно быстро, и начальство призвало новеньких с верхних этажей, но те пока являться сюда не спешат. Может лифт сломался, а возможно бойцы просто ждут когда я разберусь с высшими чинами.
— Если честно, я думал увидеть здесь президента, или хотя-бы кого-то из его заместителей…
— Ты кто, мать твою, такой? — рявкнул самый жирный, а значит и самый главный из них. Кстати, папочка того самого сорванца, что лежит сейчас высушенный и едва живой в своих покоях.
— Я? — я указал пальцем на себя и на всякий случай обернулся. Вроде никого.
— Да, б*ять, ты! — тыкнул в меня пальцем он, — И как ты сюда попал?
Странно, я думал именно они сидят за пультом и смотрят камеры. Вообще странно, что здесь не подняли всеобщую тревогу. А может я просто положил всех, кто это мог сделать.
— А, я Лёша. Друг твоего Игорька. Как раз он и прислал меня сюда, — он открыл рот, но я поднял ладонь вверх, — Погодите, мужики. От него я узнал довольно много. Вы тут чё, средневековье устроили? Рабы, низшие сословия и всё такое?
От их эмоций я начал выходить из себя. Никто из них не боится меня. Они чувствуют себя хозяевами положения, как и раньше, надеясь на своих охранников и правоохранительные органы. Что, собственно, одно и то же. Все здесь присутствующие свято верят в то что они по прежнему находятся у власти. И так, конечно, было, но лишь до момента моего случайного появления здесь.
Да, мне нужен центр управления бункером, но первым делом следует разобраться с этими тварями. Никто не выйдет отсюда живым.
— Ты чё, падаль? Сдохнуть покрасивее решил? Так легко не получится! — заверещали наперебой важные шишки. Пришлось выслушать много чего интересного. Они предлагали и всевозможные пытки, и угрожали родственникам. Только сейчас я стал осознавать каким образом тут держится власть. Все сюда приехали целыми семьями. Просто берешь, приставляешь оружие к ребенку, и родители сразу же начинают выполнять любые приказы. И почему я сразу этого не разглядел?
— Всё, хорош. — я поднял руку, но гвалт не затих, а лишь наоборот, криков стало только больше. Лишь через минуту ублюдки начали осознавать, что кнопка вызова охраны почему-то не работает. — Охрана не придет. И побеседовать со мной придется в любом случае.
Не обращая внимания на ор и угрозы, я сделал шаг вперед, и сразу получил по лицу кулаком от ближайшего ко мне ублюдка. Раздался хруст, и тот схватился за свою руку. Вот так бывает, когда бьешь системщика с вполне себе прокачанными характеристиками.
Но долго орать он не смог. Ярость, что всё сильнее закивала во мне, наконец нашла выход. От моего удара он подлетел на полтора метра и ударился о потолок, свалившись вниз словно мешок с перемолотыми костями. Из множества травм потекла кровь, что стало для меня словно красная тряпка для быка.
За считанные секунды крики злобы сменились на панический визг. Люди, если их можно так назвать, начали ломиться в запертую бронированную дверь, а я метался от одного к другому, разрывая ногтями их глотки и впиваясь зубами в кровоточащие раны. Всё было словно в тумане, взгляд покрылся красной пеленой, и единственной моей целю стало насыщение.
Раньше я боялся того, что потеряю всё человеческие и буду жрать людей. Что-ж, в этом, как оказалось, нет ничего зазорного. Я с упоением впитывал весь их страх, выворачивал сознание наизнанку, и поглощал всю жизнь без остатка. До крупицы.
Всего минута, и звуки стихли. Лишь в последний момент я смог остановиться. Одежда моя и без того была пропитана засохшей кровью, но теперь я промок в ней до нитки. Всё лицо покрылось липкой теплой жидкостью, и из под кровавой маски на жирдяя скалилась безумная улыбка.
— Вот теперь поговорим! — прорычал я не своим голосом и схватил урода за лицо. Тот что-то замычал, но я не стал его даже успокаивать. Его страх придает мне сил и заполняет душу радостью. — Как ты понял, пришло, наконец, возмездие за все твои заслуги перед народом.
Насколько я понял, он здесь был главным. И очень хорошо что я его не добил сразу. Ведь информации в его голове довольно много. Например о том, кто следит за камерами.
Обычные бойцы, что сидят неподалеку отсюда. Попасть к ним крайне трудно, но это не про меня. Преодоление двери метровой толщины займет у меня всего минуту. Судя по всему, дежурные либо проспали всё веселье, либо по каким-то причинам не стали сообщать никому о вторжении.
Пришлось посмотреть и на гадости, которые тут происходили до моего появления. Мои догадки насчет шантажа оказались верны. Практически все здесь работают и подчиняются верхушке исключительно из-за страха. А эти творят что хотят. Практически все на нижнем этаже — прислуга. Выполняют всё, что только пожелают господа. Рабство здесь проявляется во всей красе, и с каждым днем элита начинает позволять себе всё больше и больше.
Но теперь всё это позади! Вдоволь налюбовавшись тем,
