— Я просто хотел напомнить вам, госпожа, что у вашей сестры появился любимый раб. И раб этот успел доставить ей немало проблем.
— И что? — спросила Нариана несколько раздражённо и всё же почти мягко, потому что чувствовала, что Эстегар решился заговорить не просто так.
— С вашего позволения, госпожа, напомню о том, что у многих в замке так же есть любимые рабы. О том, что не все относятся к своим любимцам с таким безразличием, как вы.
— Ты смеешь меня попрекать?
— Никогда, — хором ответили Эстегар и Рансар. Последний при этом, пользуясь тем, что принцесса не смотрит, закатил глаза.
— В надежде заслужить милость госпожи, я бы рискнул кое-что предпринять, — закончил Эстегар. — Могу ли я рассчитывать на награду, если сумею рассорить княжну Ариану и этих троих?
— Сначала рассорь… — рассеянно заметила Нариана, впрочем, в её глазах Эстегар прочитал: «да». Больше принцесса уже не смотрела на него и, вновь заговорив, обращалась уже тоже не к нему. — А ты бездельничаешь, Рансар. Тебе давно пора начать собирать дружину для меня.
— Госпожа?.. — озадаченно переспросил тот.
— Ты меня слышал, — Нариана дёрнула плечом. — Как ещё мне привлечь внимание отца? Полагаю, он станет больше меня уважать, если я вернусь со славой и артефактами. Тем более теперь, когда он ждёт этого от Арианы.
— Что вы хотите от меня? — глухо спросил Рансар.
— Не знаю, — Нариана дёрнула плечом. — Придумай сам, ты же мужчина, в конце концов… подкупай, уговаривай, угрожай… Собери пару дюжин тех, кто станет драться за меня. Разумеется — отборных бойцов. И этих пятерых, которых выбрала Ариана, я тоже должна взять с собой.
Бой за право превосходства оказался предсказуемым и недолгим.
С вечера Ариана немного волновалась и потому спать не пошла, а вместо этого поднялась на верхнюю площадку башни и, сев посреди неё, медитировала до самого утра. Спустившись перед боем вниз, она велела принести завтрак в лабораторию — чтобы не разбудить Сэйда. Но от Йена узнала, что тот ушёл ещё вечером, едва заглянул после тренировки и, поняв, что Ариана не собирается спускаться в спальню, отправился в гарем.
Ариана хмыкнула, но велела себе не обращать внимания на подобные странности. Слегка заглушив голод, но так, чтобы тело не стало медлительным, она отправилась к месту встречи. Кайсан бился красиво, его удары были быстрыми, но Ариана была быстрей, изящней и смертоносней. Конечно же, поражение не обрадовало противника, но данному слову он остался верен.
— Когда настанет час выходить — позови, — сказал он и отправился к себе, бинтовать ушибы.
Ариана же осталась на площади, раздумывая о том, что делать дальше. Трое - это всё ещё было слишком мало, да и уверенности в команде Кайсана она по-прежнему не испытывала. Выходило, что и они собираются пойти за ней по принуждению. Она уже намеревалась отправиться к Сайпферу за советом, когда одновременно два события разрушили её планы: во-первых, Ариану охватила паника. Иррациональная, острая, яростная и абсолютно непохожая на всё, что чувствовала княжна в своей жизни. Нахлынувшая волна охватила всё её существо. Ариана почувствовала себя хищником, загнанным в ловушку, прижатым к скале под прицелами охотников.
Ровно в то же мгновение и ни секундой раньше, Ариана увидела, как вдалеке над нижней крепостью, там, где находился гарем, в небо взметнулись яростные языки огня.
Ариана выругалась, мгновенно вспомнив о том, что Сэйд с вечера собирался туда. Бросилась в сторону гарема бегом и остановилась только у самых ворот — увидев Йена. Пожар за оградой тушили десятки рабов, а Йен бросился к ней наперерез с криком:
— Госпожа! Я как раз собирался вас искать! Ваш раб устроил драку и поджог!
22
Вечером, после тренировки, Сэйд, по обыкновению, вернулся в башню, однако Ариану не застал.
Он быстро понял, где находится госпожа — на крыше, на смотровой площадке, куда они пару раз поднимались вдвоём. Ариана любила медитировать там, глядя на чёрный купол неба. Знал Сэйд и то, что Ариана предпочитает медитациям активные практики, и если уж занялась чем-то столь нелюбимым, значит, тому были серьёзные причины. Сэйд поднялся за ней, какое-то время понаблюдал за неподвижной фигурой наследницы из тени дверного проёма и, не сказав ни слова, спустился вниз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Находиться в покоях Арианы без самой Арианы было тяжело. Каждая вещь заставляла вспоминать мгновения, проведённые вместе. А у Сэйда тоже были вполне конкретные планы на вечер — всё время, на которое не претендовала Ариана и которое было свободно от тренировок, он тратил на то, что пытался разобраться в подаренном Сайпфером фолианте. Тут и там Сэйд узнавал отдельные знаки и обрывки слов, но знаний не хватало, чтобы соединить их вместе и начать читать. Он постепенно вырабатывал для себя методику расшифровки этого текста — вычленял знакомые слова, записывал символы, обозначавшие их окончания, сопоставлял их с теми словами, которые стояли рядом, и постепенно создавал и дополнял алфавит этого архаичного языка. Дело шло медленно, времени и опыта у Сэйда было мало, но его не покидало чувство, что книга хранит какую-то тайну, которую он обязан разгадать. К тому же, ему просто нравилось копаться в старинных записях и знаках.
Этим же он собирался заняться теперь, раз уж Ариана тоже была погружена в тренировки. Однако, почувствовав, что не сможет сосредоточиться здесь, в спальне наследницы, он решил отправиться в свои новые покои в верхнем гареме. «А заодно, наконец, забрать из бараков кинжал и одежду».
То, что Сэйд имел в виду под «одеждой», теперь казалось ему смешным — это были несколько набедренных повязок, которые ему кое-как удалось собрать за время обитания в твердыне Вараана. Но в этих повязках, кроме прочего, была зашита пара амулетов и несколько монет, а давать невольнику деньги Ариана не спешила.
У дверей нижнего гарема его ожидало небольшое разочарование — время стояло позднее и уже пробили отбой. Двери были заперты, и Сэйду нечего было сказать стражам, чтобы его пропустили. Он решил не создавать себе лишних сложностей, не тратить на препирательства такую замечательную ночь и оставить вопрос с вещами на завтра. «Если их до сих пор не украли, то не украдут и за эти несколько часов», — решил он и свернул к зданию верхнего гарема.
Здесь его пропустили без вопросов, а сонный коридорный мгновенно вскочил и предложил подать ужин.
Сэйд отказываться не стал. Вошёл к себе и, немного помучавшись с кристаллами — обычно Ариана включала их сама — устроился на кушетке у окна с книгой. Ужин принесли через четверть часа, Сэйд с удовольствием поел и продолжил читать. Уснул он также у окна, с книгой в руках, и проснулся отдохнувшим незадолго до рассвета от странного чувства — нечто будоражило кровь. Как будто он участвовал в бою или смотрел на него, вот только никакой опасности рядом не было.
Сэйд кликнул слугу, приказал принести завтрак, а сам тем временем опустился на кровать и какое-то время просто лежал, удивляясь тому, что оказался здесь. Потом быстро перекусил хлебом с молоком и, убедившись, что осмотр рабов во дворе уже подходит к концу, направился в нижний гарем.
Вот здесь-то он и столкнулся с первыми неприятностями, хотя неприятности эти изначально никак не касались его.
Он даже до койки с вещами дойти не успел, как застал неприятную картину — трое молодых, высоких и довольно ухоженных рабов прижали в углу четвёртого: хрупкого, измождённого и, судя по всему, новенького.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сэйд стиснул зубы. Никаких оснований лезть в это у него не было. Кроме одного: ему просто не хотелось на это смотреть.
— Отстаньте от него, — довольно мягко попросил он.
Выяснить подробности того, что происходило дальше, Ариане никак не удавалось. Поговорить с Сэйдом времени не было. Собственные наблюдения подсказывали только одно — тот, наконец-то, овладел магией огня.
«Овладел», впрочем, было не очень удачным определением того, что Ариана видела перед собой.
