Нин-дзюцу Кога и Ига, как полагают японские историки, восходит к одному и тому же источнику, а именно к ямабуси-хэйхо. В Кога основным центром практики ямабуси была гора Иидзака, облюбованная отшельниками в глубокой древности. До отделения Кога от Ига это был единственный центр сюгэндо на севере Ига. Только позже в 49 деревнях Ига появились храмы ямабуси, которые, согласно легенде, были построены Кукаем, основателем «тайного учения» школы Сингон. Таким образом, военное искусство Кога и Ига, и нин-дзюцу в том числе, проистекает от ямабуси с горы Иидзака.
Но в политическом отношении, начиная с периода Камакура, ситуация в Ига и Кога сильно различалась. В то время как в Ига коалиция дзи-дзамураев смогла потеснить позиции буддийских монастырей и подчинила себе почти всю провинцию, уезд Кога после вхождения в провинцию Оми оказался во власти сюго этой провинции, обладавшего значительной военной силой. Поэтому дзи-дзамураи из Кога утратили свою самостоятельность и превратились в вассалов рода Сасаки.
Первым сюго провинции Оми был Сасаки Садацуна, один из крупных военачальников сёгуна Минамото Ёритомо. Отец Садацуны в период войны Гэмпэй сражался в провинции Оми с Хиратой Иэцугу, сторонником Тайра и сложил свою голову в бою. За подвиги, совершенные в сражениях с Тайра, Сасаки получили важнейший пост сюго провинции Оми, который стал передаваться из поколения в поколение в их семье.
В конце периода Камакура главой рода Сасаки стал выдающийся полководец Такаудзи, который известен в истории также под своим монашеским именем –Сасаки нюдо Доё. Он очень умело использовал шпионов, набирая их среди жителей Кога и все более и более укреплял положение рода Сасаки. Начиная с этого периода, кланы ниндзя из Кога стали действовать как единая организация под командованием Сасаки Такаудзи и, по-видимому, именно к периоду его правления относится возникновение знаменитой коалиции госи из Кога, которая получила название «53 клана Кога».
Глава 6. На пороге «золотого века»
***
-е гг. XIV в. ознаменовались яростной борьбой между императорской фамилией и захватившей власть в сёгунате семьей регентов Ходзё за власть в стране. События 1333-1336 гг. в японской истории получили название реставрации Кэмму –по девизу правления императора Годайго. Хотя Годайго сумел разгромить Ходзё и на некоторое время установил прямое императорское правление, удержать власть ему не удалось, так как против него восстала новая могучая сила –знатный самурайский клан Асикага во главе с Такаудзи. При поддержке многих самурайских родов Такаудзи в 1336 г. основал сёгунат Асикага, или Муромати –по названию сёгунской ставки в столице Киото. Однако военные действия продолжались еще несколько десятилетий.
Чтобы легитимизировать свою власть Такаудзи возвел на трон своего ставленника из так называемой «северной» ветви императорской семьи. В то же время потомки Годайго, или «южный» двор, укрепились в Ёсино. Период борьбы между этими ветвями, продолжавшийся с 1336 по 1392 г., известен под названием «Намбоку-тё» –период «Южной и Северной династий».
С событий реставрации Кэмму начинается «золотой век» нин-дзюцу, отряды ниндзя появляются практически во всех армиях, создаются первые агентурные сети. Вообще этот период весьма знаменателен в истории военного искусства Японии. Именно в это время возникают первые школы (рю) бу-дзюцу. Одной из них была Катори Синто-рю, оказавшая огромное влияние на все боевые искусства страны Восходящего солнца.
Кусуноки Масасигэ –гений военного дела. Нин-дзюцу школы Кусуноки-рю
Важнейшую роль в событиях реставрации Кэмму сыграл выдающийся полководец Кусуноки Масасигэ, вошедший в историю как символ нерушимой преданности императорскому роду и военного таланта.
Масасигэ буквально ворвался в историю Японии. Легенда рассказывает, что император Годайго укрылся от преследования врагов на горе Касаги, однако положение его было чрезвычайно сложным. Однажды ему приснилось огромное дерево, под которым стоял императорский трон. Поначалу никто не мог растолковать значение этого сновидения, но когда через некоторое время на горе появился некий Кусуноки, заявивший, что желает поддержать императора в его борьбе за реставрацию императорской власти, это было сочтено божественным знамением, указывающим на источник помощи в борьбе со всесильными Ходзё (иероглиф «кусуноки» составлен из двух иероглифов –«дерево» и «юг» –и обозначает «камфорное дерево»).
Никто из придворных прежде никогда не слыхал фамилию «Кусуноки». И до сего дня точных сведений о происхождении этого рода нет. По одним данным, Кусуноки Масасигэ был представителем богатого рода из провинции Кавати, имел право на разработку месторождения киновари, содержащей ртуть, и продавал добытую руду в Киото. По другим, он был главой поселения сандзё –презираемых людей, которые в обмен на выполнение каких-либо несельскохозяйственных «грязных» работ, получали право на монополию в той или иной деятельности, например, на рыболовство. В основном, жителями сандзё были иммигранты. Особенно много сандзё было в провинциях центрального района Кинки –Ямато, Кавати, Сэтцу, Идзуми, Ига и Исэ. Случалось, что главы сандзё накапливали значительные богатства и имели возможность использовать на работах многих людей. Иногда они назначались сёэнскими чиновниками, боролись с дзито, брали подряды на уплату налогов с сёэнов или, наоборот, терроризировали их.
Как бы то ни было, к началу XIV в. род Кусуноки располагал довольно солидной военной мощью. Сам Масасигэ с детства участвовал в военных кампаниях отца, который без конца воевал с соседями, и приобрел в этих столкновениях незаменимый военный опыт.
В младенчестве родители отослали его на учебу в монастырь школы Сингон Кансин-дзи в Кавати, где он, подобно Минамото Ёсицунэ, досконально изучил военное искусство монахов и ямабуси. Однако, в отличие от своего великого предшественника, Масасигэ не стал мастером рукопашного боя, но зато превратился в замечательного тактика и стратега, о котором впоследствии говорили, что он способен управлять войсками, не выходя из палатки и находясь при этом на расстоянии в 10000 ри от поля боя! И это очень важное различие между Кусуноки Масасигэ и Минамото Ёсицунэ. Оно свидетельствует о том громадном прогрессе в военном искусстве, который произошел за разделяющие их 150 лет. К этому времени военачальник перестал быть рыцарем, скачущим в бою впереди войска, и превратился в «шахматиста», перемещающего отряды силой своего приказа, наблюдающего за ходом сражения со стороны и обдумывающего дальнейшие ходы.
После «выпуска» из Кансин-дзи Масасигэ продолжил свое военное образование под руководством семьи Оэ (вероятно, именно через Оэ Кусуноки сумел нанять на службу отряд ниндзя из Ига), хранившей секреты классической военной науки Китая. Таким образом в юном гении соединились китайская ортодоксия и нестандартное искусство ямабуси. Позже из этого сочетания родилась одна из важнейших школ японской «военной науки» Кусуноки-рю, в состав которой был включен и раздел нин-дзюцу. Кусуноки-рю в момент своего создания была наиболее передовой школой военного искусства в Японии и по своему уровню значительно превосходила даже знаменитую школу Ёсицунэ-рю.
Гениальное военное дарование Масасигэ раскрылось в сражениях с многократно превосходящими силами Ходзё. Когда войска Ходзё напали на крепость Акасаку, принадлежавшую Кусуноки, у него было лишь 500 воинов, да и крепость представляла собой простой частокол с несколькими деревянными башнями общей площадью в 543 кв. м. Гарнизон «крепости» составляли всего 200 самураев. Еще 300 спрятались в лесу на близлежащем холме. Когда отряды врага начали наступление на Акасаку, лучники Кусуноки буквально скосили первые шеренги, а на тех, кто все-таки сумел приблизиться к стенам, обрушились огромные бревна, камни и дождь кипятка. Когда же воины Ходзё начали отступать для перегруппировки, в тыл им ударил засадный отряд Масасигэ и обратил их в паническое бегство.
Одолеть Кусуноки было очень трудно, но сам он прекрасно понимал, что рано или поздно громадный перевес в силах обеспечит победу Ходзё. В этой ситуации Масасигэ решил прибегнуть к уловке. Его план заключался в том, чтобы заставить врага поверить в гибель свою и всего гарнизона. Ночью его воины просочились маленькими группами через кольцо Ходзё, а в крепости остался лишь один ниндзя из Ига по имени Сахэй, который должен был сжечь трупы павших и создать иллюзию самосожжения гарнизона. Когда враги ворвались в крепость, они нашли там лишь горы трупов да Сахэя, воющего над обуглившимся трупом якобы самого Кусуноки. Ниндзя сыграл свою роль столь убедительно, что Ходзё попались на крючок и, уверившись, что Кусуноки и его бойцы отправились в мир иной, убрались восвояси.
