— Оракул? — спросил Лерка. — Ну и что?
— Прежде, чем я отрезал голову этой говорящей кукле, — сказал Гевол, — я выбил из нее последнее предсказание. Тебе не суждено убить меня, рыцарь.
— Да? Кому же?
— А почему бы не сказать? — пожал плечами Гевол. — Пожаловаться на судьбу? В конце концов, это не покинет нашего тесного круга, не так ли? Кстати, вам не надоело быть ребенком? Примите свой истинный облик, рыцарь.
— Ага. — Лерка боролся с желанием вытащить из ножен меч. Их разделяло метров десять, и если быстро пройти вперед… — Я люблю быть ребенком. Так кто вас убьет?
— Это будет бродяга, — сказал Гевол. — Всего лишь жалкий, бездомный…
— Может быть рыцарь — это тоже бродяга? — парировал Лерка.
— И я, — радостно отозвался маг. — И я так думал! И поэтому спросил оракула. Нет. Ты слышишь, рыцарь — НЕТ! Рыцарю Света убить меня не суждено.
— А кому? — снова повторил Лерка. Он решил, что меч пока что может подождать. — Как в точности звучало пророчество?
— Какая разница?
— Мне любопытно.
— Меня убьет ничтожный маленький человечек, — сказал Гевол, пожимая плечами, — без семьи и очага, что-то в таком роде… Что здесь смешного, рыцарь?
Забавная вещь, эти пророчества, — подумал Лерка. — И Зирт тоже на эту заморочку купился… И это их главное Пророчество — наверняка тоже с юмором. Если этому самому рыцарю и правда через шестьдесят три года судьба остановить их Идущего на Черный Трон, то, наверное, это тоже будет что-то не совсем то, что они ожидают… Что-то обидное, как насмешка… Хорошо пошутил оракул. Теперь ясно, что понял Зирт перед смертью…
— Маленький — не обязательно ничтожный, — сказал он вслух. — Это может быть просто — ребенок.
Гевол промолчал, но поза его как-то вдруг стала менее раскованной. Подобрался.
— А без семьи и очага — это не обязательно бродяга. Это может быть просто сирота. Вы знаете, что я сирота, Гевол?
— Неплохо, — кивнул маг. — Вы меня почти убедили, рыцарь. И все же — вам не суждено…
— Эта часть — самая смешная, — сказал Лерка. — Рыцарю Света предстоит родиться через тридцать два года. Я — не он, вы ошиблись, Гевол. Вас сбил с толку мой меч…
Он не договорил — стоящая перед ним затянутая в черный шелк фигура издала хриплый крик, выбросила вперед сжатый кулак и замерла, словно ожидая, что с кулака этого сорвется молния и поразит Лерку через все эти десять метров. Затем Гевол в недоумении уставился на свой кулак и повторил жест, но уже не так быстро. Лерка украдкой скосил глаза на скалу, где по-прежнему находился эльф. Теперь ясно, что он тут делает — нейтрализует Гевола с его магией.
Неужели я прав? — с веселым ужасом подумал он. — Неужели я теперь всегда буду прав?
Наконец Гевол понял, что его магия не действует на этого странного мальчишку. Он коснулся пряжки на шее, и черный плащ плавно упал на землю за его спиной. Затем маг вскинул руку в салюте, и черный меч выпрыгнул в нее из ножен.
— Познакомься с Атласом, — сказал Гевол. — Этот меч не знает равных в Кристалле.
— Познакомься с Чернышом, — в тон ему сказал Лерка, вытаскивая свой клинок. — Он тоже очень острый…
ЭПИЛОГ
— Значит, сны закончатся через месяц, — задумчиво произнес Семен Семенович.
— Он сказал — месяц-два, — поправил его Лерка.
— Да, верно… Жаль, вы только начали входить во вкус…
— Очень жаль… Я за этот месяц планирую проплыть на юг вдоль побережья, там, говорят, много красивых мест. С Леной, Андреем и Женькой. Если удастся, Таню подберем у Рталага, только ведь не отпустят ее пираты… А мог бы еще в джунгли сходить и в горы… У гномов, говорят, под землей целые города… Да что там говорить!
Они стояли на мосту через Москва-реку, рядом с Парком Культуры, и смотрели в воду. По воде, разбивая отражения вечерних облаков, медленно плыла баржа с песком. Народ шел из парка мимо двух облокотившихся на поручни фигурок сплошным потоком.
— Смешно, — задумчиво сказал куратор. — Мечта любого шпиона — знать будущее. Что будет завтра… Через неделю… Мы заглянули вперед на полвека, и что? Ничего нельзя менять…
— Потому что иначе погибнет целый мир, — кивнул Лерка, — то есть, не возникнет. Останется компьютерной игрой…
— Да. Кто еще об этом знает?
— Полностью? Никто. Вы да я.
— Все-таки непонятно, как эти маги… Да ладно, какое это в конце концов имеет значение!
— Во всем виноват оракул, — сказал Лерка. — Но вот как оракул из компьютерной игры узнал, что надо сделать, чтобы мир стал настоящим…
— Значит, еще чего-то ты не знаешь, Валера.
— Ага. Еще где-то под камнем зарыта книга… И так до бесконечности… Мне Зирта жалко. Получается, он по ошибке прожил так долго и умер — тоже по ошибке. Потому что этот Гевол меня за рыцаря принял.
— Да он просто слепой, этот Гевол, — куратор вытащил из кармана сигареты. — Разведчик — ладно, но Светлый Рыцарь!
— У меня был меч… — возмутился Лерка. — И в конце концов, я же победил!
— Да, верно. Ладно, Валера, чего там… Ты прекрасно справился.
— Вы только доживите до две тысячи пятидесятого, — попросил Лерка.
— Это ты, братец, загнул, — усмехнулся Семен Семенович. — Ты представляешь, сколько мне тогда будет лет?
— Вы — хороший разведчик, — серьезно сказал мальчишка. — А хорошие разведчики умирают в глубокой старости, это все знают.
— Ну, не знаю, не знаю. Ты и то, может, не доживешь.
— Я доживу, — сказал Лерка. — Насчет меня — точно известно.
— Откуда это? — поднял брови куратор. — Еще одно пророчество?
— Вроде, — Лерка усмехнулся. — Только пророчества эти… то есть те… Им верить — себе дороже…
— Жаль, что мы не знаем, где живет, точнее, где будет жить этот рыцарь Света — до того, как застрянет в Кристалле.
— Зачем он вам? — мальчишка удивленно посмотрел на своего наставника. — Мы же решили ему не мешать?
— Мешать, и правда, не стоит. Подучить, — его наставник пожал плечами. — Чтобы, и правда, сделать мастером клинка. А то ведь пропадет… надежда мира…
— Я его найду, — пообещал Лерка. — Не волнуйтесь. Я представляю, где искать. Ваша задача — все-таки дожить до того, как у них сломается Кристалл. До двадцать шестого ноября две тысячи пятидесятого.
— Да зачем мне это нужно? — не выдержал куратор. — Ну доживу, что дальше?
— Дальше… Неужели непонятно? Я, например, пойду туда. Не как старик пойду, а… Понимаете, они всем входящим давали те же тела, что у них были здесь, — так написано в «Истории» ихней. Потому что к новому телу человек очень долго привыкает. Кроме, написано, особых случаев и за отдельную плату. — Лерка снова вспомнил подпись под письмом. Знать будущее — так хорошо… Если, конечно, будущее хорошее… Гевол, впрочем, тоже думал, что знал…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
