Временный аэродром в северной части острова Чепель с 6 января находился под ударами советской артиллерии, а с 7-го числа его уже нельзя было использовать. В связи с этим немецкая сторона организовала ряд мощных контрударов с целью снова занять ипподром с расположенным там аэродромом. Командир 66-го моторизованного полка майор Шёнинг считал, что эти атаки были бессмысленными, так как он не видел возможности занять здания правее и левее от ипподрома. Между ним и Шмидхубером разгорелся ожесточенный спор, так как последний настаивал на выполнении приказа. Но необходимую для его выполнения пехоту можно было получить лишь за счет оголения оборонительных позиций, которые занимал 2-й батальон 66-го полка, с надеждой, что противник не обратит на это внимания. Десять штурмовых орудий батареи капитана Шандора Ханака, а также группа в составе примерно двухсот немецких и венгерских солдат скрытно сосредоточились для атаки за деревянным забором стадиона. Ханак наблюдал за событиями через дыру в заборе:
«Как только мы заняли позиции, нам сообщили, что в нашу сторону с песнями направляются русские. И действительно они открыто шли на нас, распевая песни, плечом к плечу. Они готовились атаковать, скорее всего находясь при этом в состоянии алкогольного опьянения! Я приказал орудиям открыть огонь. Сбросив забор, мы применили по этой массе осколочные гранаты и пулеметный огонь. Они побежали к трибунам, где и разгорелась кровавая бойня. Наши штурмовые орудия сносили один ряд сидений за другим. Немцы сообщили о примерно восьмистах убитых».
Немецкие и венгерские потери тоже были очень велики. Как вспоминает Шёнинг, «атака завершилась катастрофой меньше чем за час под ураганным огнем русской артиллерии. 13-я разведывательная группа совсем не смогла продвинуться вперед, 2-й батальон 66-го полка при поддержке храбро шедших вперед венгерских штурмовых орудий сумел занять дальний угол ипподрома, но ему не удалось удержать его. К вечеру в наших руках был оборонительный рубеж с разрывами по ипподрому, трибуны и конюшни». Из-за нехватки пехоты дальнейшее продвижение вперед оказалось невозможным. Ипподром так и не удалось вернуть назад.
7 января советские и румынские войска продолжили наступление в Зугло. В Кёбанье 22-я кавалерийская дивизия СС и венгерская штурмовая артиллерия под командованием генерал-лейтенанта Билльнитцера предприняли девять безуспешных контратак, прежде чем к вечеру им пришлось окончательно оставить этот район. Продолжались бои в окрестностях вокзала Кёбаньяальшо и здания MAV (венгерская государственная железная дорога), на улице Вашпай и на идущей параллельно к ней железнодорожной насыпи. Большая часть сил 22-й кавалерийской дивизии СС была уничтожена. В Кишпеште и Пештсентержебете рвались вперед советские гвардейские стрелковые дивизии. В донесении штаба IX горнострелкового корпуса СС говорилось:
«В Кишпеште разгорелись ожесточенные уличные бои. Южнее Восточного вокзала в ходе контратак предотвращены две попытки прорыва линии обороны. Несмотря на то что мы регулярно шерстим штабы и тыловые службы, из-за огромных потерь в нашем распоряжении с каждым днем остается все меньше средств для того, чтобы удерживать фронт. Чрезвычайно опасное положение со снабжением, в особенности из-за отсутствия снабжения с воздуха в нужных объемах. Общие потери в период с 24 декабря по 6 января составили 5621 человек».
8 января советским войскам удалось добиться лишь небольших успехов, в основном на участке 22-й кавалерийской дивизии СС, где ими был полностью взят Кишпешт. Но у станции Йожефварош немецкой пехоте при поддержке трех венгерских самоходок удалось отбить не только здание вокзала, но и часть так называемого Народного парка, возведенного в железнодорожном районе (MAV). Несколько часов подразделения 66-го моторизованного полка выполняли немыслимую задачу. В ходе оперативных перемещений один ефрейтор пытался изобразить массовую оборону, будто бы за каждым столбом, за каждым углом скрывался немецкий солдат. После этой операции он был награжден Рыцарским крестом. Несмотря на все усилия немцев, советские войска все равно прорвали их оборону у железнодорожной насыпи и устремились в Народный парк. На северо-восточном участке Пештского фронта советская атака была еще более успешной. Красноармейцы смогли достигнуть железнодорожной станции Ракошрендезо и углубились в кварталы западнее Пештуйхея. Приблизительно в то же самое время части 7-го румынского армейского корпуса атаковали со стороны улицы Эгреши почтовое отделение. К вечеру после скоротечного боя здание почты было захвачено.
Удары в Зугло вскрыли намерение Малиновского расколоть надвое Пештский плацдарм. В то время как территория, занятая обороняющимися, с севера на юг все еще составляла 15 км, наступавшие с востока советские передовые части уже находились всего в 4 км от Дуная. Ряд предпринятых в районе выступа в Зугло контратак свидетельствует о том, что и немецкое командование было полностью в курсе грозившей оборонявшимся опасности, однако ни одна из контратак не привела к решительному успеху.
9 января советский 30-й стрелковый корпус, имевший подавляющее (преувеличение. — Ред.) преимущество над противником, перешел в общее наступление по боковым улицам Чёмёри с целью захватить станцию Ракошрендезо. Утром, в первые часы, наступление было остановлено, однако из донесений, поступавших из венгерских частей, к полудню натиск значительно усилился, и вскоре стало ясно, что «противник пытается отрезать войска в Ракошпалоте и Уйпеште с целью расколоть Пештский плацдарм. С этой целью он постоянно усиливает натиск в направлении на станцию Ракошрендезо, усиливая наступающую группировку пехотой, танками, используя огнеметы. В результате станция была им захвачена. В полдень передовые подразделения противника обнаружены на территории парка Варошлигет». Для того чтобы избежать окружения, генерал-полковник Шмидхубер отдал приказ незамедлительно эвакуировать Уйпешт. Он был намерен отвести линию фронта назад, к северному участку железнодорожного кольца, что ему на первом этапе удалось, особенно после того, как была отбита станция Магдольнаварош. Но к вечеру среди вагонов с имуществом снова появились советские танки.
В то же время Зугло был уже захвачен советскими войсками полностью, и фронт отодвинулся к железнодорожной насыпи неподалеку от улицы Мексики. На соседнем участке румынский 7-й армейский корпус, захватив ипподром, пересек так называемое Венгерское кольцо на пересечении с улицей Керепеши. Немецкая пехота при поддержке венгерских штурмовых орудий сумела вернуть северо-западную часть Народного парка. В южном Пеште фронт стабилизировался по улице Хатар. В это же время началась эвакуация острова Чепель, который невозможно стало оборонять после советского наступления в Буде и Пеште. Остатки сильно потрепанного немецкого 93-го гренадерского полка влились в 66-й моторизованный полк.
Штаб IX горнострелкового корпуса СС продолжал забрасывать командование группы армий «Юг» отчаянными телеграммами: «Если не наладится снабжение по воздуху, боеприпасов к пулеметам, минометам и полевым орудиям хватит только до 9 января, прочих боеприпасов — до 12 января, фуража и горючего — до 10 января, продовольствия — до 11 января. В Будапеште находятся 3880 раненых, из них 1400 — тяжело. Сложившаяся обстановка требует немедленного решения».
Ночью 10 января дивизия «Фельдхернхалле» отступила от Уйпешта, но не смогла удержаться на оборонительных позициях в районе железнодорожной насыпи. Советские войска, осуществлявшие преследование противника в южном направлении, прорвали оборону вокруг станции Андьяльфёльд и вышли к речке Ракош-Патак в районе улицы Лехель. Кроме того, они заняли станцию Ракошрендезо. Советские и румынские части пересекли Венгерское кольцо на пересечении с улицей Мексики и заняли парк Варошлигет. 2-я рота будапештского полицейского штурмового батальона, а также примерно триста жандармов выбили противника из парка и заняли оборону на его северо-восточной окраине.
Бои в Буде и Пеште до 11 января 1945 г.
В результате совместной с 13-й танковой дивизией атаки они продвинулись до улицы Америки и до улицы Коронг, однако в этот момент имевшийся в их распоряжении единственный устаревший танк «Ансальдо» времен абиссинской войны 1935–1936 гг. был уничтожен. Кроме того, было убито примерно половина солдат полицейских подразделений. В результате советского контрудара силами целой дивизии потрепанной группе пришлось откатиться назад, до улицы Арены, где ее сменила будапештская штурмовая рота под командованием Тибора Кубиньи. Рота очень своевременно предприняла контратаку и при поддержке двух немецких танков сумела вернуть примерно половину территории парка. В южной части Пешта советская гвардейская стрелковая дивизия наступала вдоль улицы Шорокшари в направлении на станцию Ференцварош. К тому моменту была завершена эвакуация острова Чепель.
