Читаем без скачивания Миссис Макгинти с жизнью рассталась - Агата Кристи

– У нас их больше, чем четверо. Помните, Ева Кейн была в доме Крейгов гувернанткой?

– Ну и что?

– Если есть гувернантка, должны быть и дети – хотя бы один ребенок… Куда девались дети Крейгов?

– Если не ошибаюсь, у Крейгов были девочка и мальчик. Их забрали какие-то родственники.

– Ага, вот вам еще двое. Еще двое могли хранить фотографию по третьей из упомянутых мной причин – месть.

– Я в это не верю, – сказал Спенс.

Пуаро вздохнул:

– Отмахиваться от этой версии все равно нельзя. Мне кажется, я уже знаю правду, хотя один факт меня крайне озадачивает.

– Рад слышать, что вас хоть что-то озадачивает, – подпустил шпильку Спенс.

– Мне нужно кое-что прояснить, дорогой Спенс. Ева Кейн уехала из Англии до того, как был казнен Крейг?

– Совершенно верно.

– И тогда она ждала ребенка?

– Совершенно верно.

– О боже! До чего же я глуп, – пробормотал Эркюль Пуаро. – Ведь дело-то – проще не придумаешь, верно?

После этих слов едва не произошло третье убийство – старший инспектор полиции Килчестера Спенс едва не убил великого сыщика Эркюля Пуаро.

– Мне нужно, – потребовал Эркюль Пуаро, – позвонить по личному делу. Миссис Ариадне Оливер.

Но позвонить миссис Оливер оказалось делом непростым. Миссис Оливер работала и просила ее не отвлекать. Пуаро, однако же, ничего не желал слышать. Наконец на другом конце провода раздался голос писательницы.

Он был сердитым, дыхание – прерывистым.

– Ну, что у вас там?! – воскликнула писательница. – Неужели это не могло подождать? Мне пришла в голову блестящая идея для романа – убийство совершается в магазинчике трикотажных изделий. Знаете, такой старомодный магазинчик, где продают трико и всякие забавные вязаные жакеты с длинными рукавами…

– Нет, не знаю, – прервал этот восторженный поток Пуаро. – Во всяком случае, я хочу сообщить вам нечто более важное.

– Едва ли вам это удастся, – усомнилась миссис Оливер. – Может, для кого-то важное, но не для меня. Мне надо немедля набросать план романа, иначе идея улетучится!

Но эти муки творчества не тронули Пуаро. Категоричным тоном он принялся задавать четкие вопросы, на которые миссис Оливер стала давать туманные ответы.

– Да… да… небольшой театр с постоянной труппой… как называется, не помню… Да, одного из них действительно звали Сесил, фамилию не помню, а того, с кем я разговаривала, звали Майкл.

– Великолепно. Это все, что я хотел узнать.

– Но почему вас интересуют Сесил и Майкл?

– Мадам, можете спокойно возвращаться к трико и жакетам с длинными рукавами.

– Не понимаю, почему вы еще не арестовали доктора Рендела, – удивилась миссис Оливер. – Будь я начальником Скотленд-Ярда, я бы давно это сделала.

– Если бы да кабы… Желаю успешного убийства в трикотажном магазинчике.

– Вся идея уже улетучилась, – пожаловалась миссис Оливер. – А по чьей вине? По вашей.

Пуаро принес ей свои глубочайшие извинения. Положив трубку, он с улыбкой взглянул на Спенса.

– Теперь мы поедем – если вы не можете, я поеду сам – поговорить с молодым актером по имени Майкл, который занят на второстепенных ролях в театре в Калленках. Уповаю на бога в надежде, что это тот Майкл, который нам нужен.

– Но за каким, черт подери…

Пуаро не мешкая отвел от себя праведный гнев, который готов был выплеснуть на него инспектор Спенс.

– Знаете ли вы, мой друг, что такое секрет Полишинеля?

– У нас с вами что, урок французского? – спросил преисполненный ярости инспектор.

– Секрет Полишинеля – это секрет, который доступен всем. Но если кто-то про этот секрет ничего не знает, он так и живет в неведении – никто ему об этом секрете не говорит, ибо зачем же говорить об общеизвестном?

– Уму непостижимо, как я вас до сих пор не задушил, – заявил в ответ на эту тираду инспектор Спенс.

Глава 25

Дознание было закончено. Оно признало: миссис Апуорд была убита одним лицом или несколькими лицами.

После дознания по приглашению Эркюля Пуаро все присутствовавшие перебрались в Лонг-Медоуз.

Пуаро с присущим ему тщанием навел в гостиной какое-то подобие порядка. Стулья были расставлены аккуратным полукругом, псов Морин хоть и не без труда, но удалось выдворить, и Эркюль Пуаро, взявший бразды правления в свои руки, отошел в конец комнаты и, смущенно прокашлявшись, открыл заседание.

– Дамы и господа… – Он выдержал паузу. А потом, ко всеобщему удивлению – что за нелепость? – продекламировал:

Миссис Макгинти с жизнью рассталась,На небо улетела, на небе осталась.С жизнью рассталась, рассталась. А как?Стоя на колене, как я, вот так!Миссис Макгинти с жизнью рассталась,На небо улетела, на небе осталась.С жизнью рассталась, рассталась. А как?Вытянув руку, как я, вот так!Миссис Макгинти с жизнью рассталась,На небо улетела, на небе осталась.С жизнью рассталась, рассталась. А как?Вот так…

Видя озадаченные лица собравшихся, он продолжал:

– Только не считайте меня сумасшедшим. Да, это считалочка из детской игры, но это вовсе не значит, что я впал в детство. Возможно, в детские годы кто-нибудь из вас тоже играл в эту игру. Миссис Апуорд в нее играла. Она даже повторила мне эти строчки – только с небольшим изменением. Она сказала: «Миссис Макгинти с жизнью рассталась, на небо улетела, на небе осталась. С жизнью рассталась, рассталась. А как? Высунулась сильно, как я. Вот так!» Да-да, она сказала именно это, именно это она и сделала. Сильно высунулась – и рассталась с жизнью, как и миссис Макгинти…

Чтобы провести наше расследование, давайте вернемся к самому началу – к миссис Макгинти, которая, стоя на коленях, скребла полы в чужих домах. Миссис Макгинти убили. По подозрению в убийстве был арестован Джеймс Бентли, его судили и приговорили к смертной казни. По некоторым причинам старший инспектор полиции Спенс, ведший это дело, усомнился в справедливости приговора и виновности Бентли, хотя улик было вполне достаточно. Я с ним согласился. И приехал сюда, чтобы выяснить: как и почему рассталась с жизнью миссис Макгинти?

Не буду занимать ваше внимание долгими и запутанными историями. Скажу лишь, что на след меня навела очень простая вещь: бутылочка чернил. В газете «Санди компэниэн», которую миссис Макгинти прочитала в последнее в своей жизни воскресенье, были напечатаны четыре фотографии. Вам про эти фотографии уже все известно, поэтому скажу лишь, что одну из них миссис Макгинти узнала – такую же она видела в одном из домов, куда ходила убираться.

Она сказала об этом Джеймсу Бентли, но он тогда – да и потом – не отнесся к ее словам серьезно. Он вообще слушал ее вполуха. Однако у него создалось впечатление, что миссис Макгинти видела эту фотографию в доме миссис Апуорд и, когда она говорила о женщине, которой будет нечем гордиться, если все выйдет наружу, она имела в виду миссис Апуорд. Полагаться на Бентли в этом деле мы не можем, но слова насчет гордости, безусловно, были сказаны, а миссис Апуорд, несомненно, была женщиной горделивой и надменной.

Как всем вам известно – кто-то из вас присутствовал при этом лично, остальные узнали от очевидцев, – я показал эти четыре фотографии в доме миссис Апуорд. Я заметил, что в глазах миссис Апуорд мелькнула искорка удивления – она явно кого-то узнала, – и не преминул сказать ей об этом. Ей пришлось признаться, что так оно и есть. Она видела одну из этих фотографий, только не помнит где, – так она сказала. Когда я спросил, о какой фотографии идет речь, она указала на маленькую Лили Гэмбол. Но это, позвольте вам сообщить, было неправдой. По каким-то своим соображениям миссис Апуорд решила пока не обнародовать свое открытие. И показала не на ту фотографию, чтобы отделаться от меня. Но одного человека она не могла обмануть – убийцу. Один человек точно знал, какую именно фотографию узнала миссис Апуорд. Я не буду ходить вокруг да около – речь идет о фотографии Евы Кейн, женщины, которая была соучастницей, жертвой, а может быть, и вдохновительницей в нашумевшем деле Крейга.

Назавтра вечером миссис Апуорд была убита. Причина убийства та же, что и в случае с миссис Макгинти. Обе они высунулись – и их постигла одна участь.

Незадолго до смерти миссис Апуорд в квартирах трех женщин зазвонил телефон. Миссис Карпентер, миссис Рендел и мисс Хендерсон получили приглашение навестить вечером миссис Апуорд. У ее служанки был выходной, а Робин Апуорд вместе с миссис Оливер отправились в Калленки. Логично предположить, что с каждой из этих трех дам она хотела поговорить наедине.

Но зачем говорить с тремя? Знала ли миссис Апуорд, где она видела фотографию Евы Кейн? Или только знала, что видела где-то, а где именно – не помнила? Было ли у этих женщин что-то общее? Пожалуй, ничего, кроме возраста. Каждой из них приблизительно около тридцати.

Наверное, все вы читали статью в «Санди компэниэн». Там есть сентиментальные строчки о дочери Евы Кейн, выросшей в счастливом неведении. По своему возрасту каждая из женщин, приглашенных миссис Апуорд, вполне могла быть дочерью Евы Кейн.